- ...выбирайте...
Он смотрит на меня, как... никак он на меня не смотрит, ему нечем смотреть, он только говорит... и не говорит, говорить тоже нечем, но, -
- ...выбирайте.
Оглядываю... то есть, оглядывать мне нечем, ну скажем там, анализирую товар, что я вообще понимаю в человеческой анатомии, ничего не понимаю, вот это вот что, а это, а это, а это вместе, или по отдельности, а это...
- ...подсказать?
Вздрагиваю, не ожидал, что мне что-то будут подсказывать, что тут можно подсказать, если об этом вообще никто ничего не знает...
- А... нет... то есть... то есть, да...
- Так да или нет?
- Да, - отчаянно киваю, - да, да.
- Вот это возьмите. Вам же для...
Снова киваю:
- Для.
Вот, возьмите...
Смо... то есть, не смотрю, ощупываю влажный упругий шарик, кто-то тут же отдергивает мои манипуляторы, вы что, вы что, они же хрупкие, вы что так...
Все так и холодеет внутри, сейчас сломаю, потом в жизни не расплачусь...
- Значит... этот шарик?
- Берите два.
- Да ладно, мне и одного...
- ...два берите. По два берут.
- А три... можно?
- Не, три не берут.
- А что так?
Он презрительно смо... то есть, не смотрит, нечем ему смотреть, но отвечает, хотя отвечать ему тоже нечем:
- Так анатомия же...
Соглашаюсь, с анатомией не поспоришь, два, так два. Распла...
...нет, не расплачиваюсь, что-то не нравится, что-то настораживает, еще толком не могу понять, что именно...
Снова перебираю товар (а-а-а-а, осторо-о-о-ожне-е), наконец, нахожу то, что привлекло мое внимание, я еще не знал, что оно есть, а оно уже привлекло внимание, вот это, разделенное на четыре части, почему они становятся то меньше, то больше...
- Это...?
Он не понимает моего вопроса:
- Что это?
- Что это такое?
Ответ какой-то нечленораздельный и пренебрежительный, что-то вроде, а я-то откуда эту анатомию знаю...
- А сколько стоит?
Он недоверчиво смотрит на меня:
- А зачем вам это вообще?
- Ну... – я не знаю, как объяснить, почему я хочу вот это, не пойми что, из четырех частей, которые становятся то больше, то меньше... – сколько?
Он называет цену – присвистываю, что-то многовато получается, если не сказать резче. Уже думаю отказаться, что-то ёкает, да не что-то, а вон то, что я держу манипуляторами.
Киваю:
- Беру.
- Берете? – он, кажется, не верит своим ушам, которых у него нет, - это берете?
- Ну да, а... а что?
- А то... вы бы хоть подумали, что выбираете-то?
- Я... – хочу сказать «я подумал», понимаю, что это и близко не так.
.
- ...вы уволены.
- Но...
- ...уволены, - повторяет хозяин, - вам на дверь показать, или сами найдете?
- Но я же должен...
- Что вы должны? – вспыхивает он, - что вы должны?
- Я же должен... искать... в космосе...
- И чем вы искать будете, позвольте узнать? Чем искать-то будете? Этим вот? - он разгневанно тычет в то непонятное, разделенное на четыре, что я купил за каким-то чертом, сам не знаю, за каким.
- Ну... да...
- Ну, ничего себе, первый раз вижу, чтобы этой штукой поиски вели...
- А... а чем?
- Вы что, совсем того? Вы не в курсе вообще, чем смотреть надо?
- А... а чем?
- Да этими же, шариками...
Догадываюсь:
- Влажными?
- Вот-вот, влажными, горюшко вы мое... ступайте уже.
- Постойте... дайте мне хоть попробовать...
- Что попробовать?
- Этим посмотреть... попробовать...
Он презрительно фыркает:
- Ну-ну, посмотрите-попробуйте, посмотрим мы на вас, как у вас ничего не получится...
Иду смотреть-пробовать, вернее, не иду, потому что нечем иди, вернее, не смотрю, потому что нечем смотреть, потому что как смотреть вот этим вот, как, я спрашиваю, никак не смотреть.
Десять секунд до старта, девять, восемь, семь, и так далее.
Поднимаюсь в небо.
Выше.
Еще.
Пытаюсь смотреть вот этим, разделенным на четыре, которое становится то больше, то меньше, - четыре-больше-меньше даже не пытается смотреть, по-прежнему становится то больше, то меньше, раз, два, три, четыре, кажется, больше эта штука ничего не умеет...
Выше.
Еще.
Хотя здесь нет никакого понятия «выше», и все-таки хочется сказать – выше.
Еще.
Пересекаю расстояния и миры, добросовестно пытаюсь высматривать что-то на мирах, - больших, круглых, массивных, терпеливо пишу, как велено:
Не обнаружено.
(продолжение следует)