Родственники нам даны, чтобы мы их терпели ©.
Грустная комедия Мартина МакДонаха «Красавица из Линэна» на сцене Пермского театра «У Моста» создаёт полное ощущение чудовищной правды абьюзивных семейных отношений. С первых минут действия возникает почти невыносимое напряжение, которое держится до самого конца и прорывается в закономерно-надрывном финале, а экзотический, местами провокационный юмор, усиливает глубину образов.
В центре действия Морин Фолан (Анастасия Перова) и её пожилая мать Мэг Фолан (Регина Шнигирь), которые как будто изо всех сил пытаются испортить друг другу жизнь, но не могут выйти из этих взаимоотношений. Почему? Кто-то должен ухаживать за пожилой матерью, а из трёх сестёр не замужем только Морин, стало быть, это её крест. Да, мать ведь совсем не может позаботиться о себе: сварить кашу или суп без комочков, налить чаю. Обязательно опрокинет на себя сковороду с кипящим маслом, а потом будет беспомощно лежать. Или нет? Может быть, она только прикидывается? Привлекает к себе внимание? В начале спектакля зритель видит деспотичную мамочку, которая требует чего-то от Морин чаще, чем дышит, но постепенно градус драматизма повышается, и уже нельзя точно сказать, кто кого больше мучает и изводит.
Отношения в этой небольшой семье держатся на зыбкой почве постоянно повторяющихся циклов: дня и ночи, любви и ненависти, ласки и насилия. Но предсказуемость этой ежедневной пытки вдруг разрушается, когда на сцене появляется первый предвестник грядущих событий – Рэй Дули (Дмитрий Мурзаев), – который приходит с приглашением от своего брата Пэйто на прощальный ужин по случаю отъезда дяди в Бостон. Морин в этот момент нет в гостиной, и Мэг пытается скрыть эту новость, но не тут-то было. В крошечный мирок уже ворвался ветер из внешнего пространства, и фраза «Не забудь про дверь», повторяемая несколько раз в различных вариациях, становится метафорой осознания этих изменений. Больше здесь никогда не будет привычного баланса сил, а «спёртый воздух» будет перемешиваться с дыханием улицы.
Морин вернётся после ужина с Пэйто (Алексей Улановский) и даже проведёт с ним всю ночь. Что это, если не вызов старому укладу, сложившемуся в доме? Пэйто снова уедет из Ирландии, но Морин уже не будет прежней: она вдруг узна́ет, что на свете есть человек, который считает её красавицей, с которым у неё может быть какая-то другая жизнь... Но концентрация боли в её собственной доме окажется несовместимой с призрачным счастьем.
Зеркальная композиция спектакля усиливает воздействие повторяющихся во втором акте мотивов из первого. Появляется дополнительный объём за счёт более острого конфликта. Если Мэг скрывает от Морин приглашение в первом действии, то это выглядит чуть сильнее глупого и бессмысленного обмана, который фактически является самоцелью. Другое дело – скрыть письмо, которое перевернёт всю жизнь и Мэг, и Морин. Неслучайно и пытка, которую Морин использует во втором случае, несравненно более жестока.
Но хотя сила в семье Фолан на стороне Морин, у Мэг тоже появляется неожиданная поддержка в лице Рэя, у которого находятся старые обиды на Морин и который, как зритель замечает ближе к концу спектакля, присоединяется к старушке и даже заменяет её, применяя уже приёмы газлайтинга – психологического насилия в отношении Морин. Не случайно здесь появляется ещё один мотив – это сумасшествие. По ходу действия зритель узнаёт, что когда-то, двадцать пять лет назад, Морин лежала в психиатрической клинике, и причины этого события представляются весьма туманными. А теперь обстоятельства складываются так, что фактически убеждают её в том, что у неё с головой что-то неладно, а потом и вовсе сводят с ума.
Автор: Марина Щелканова