Мужчина с длинными светлыми волосами брел по лесу, наслаждаясь тишиной ночи. Он хозяин тайных тропок и заповедной чащи. Редкий целитель отважится заглянуть сюда, особенно в предутренний час. Смельчаки на подходе к лесу возносили молитву богу Эрфиану, своему покровителю. Его временем была предрассветная мгла. Эрфиан покидал землю до того, как первые птицы начинали приветствовать солнце, и возвращался, когда мир вновь окутывала тьма. Боги-матери и боги-отцы создали оба мира, отделив свет от тьмы, но раньше существовала только она. Благословенная тьма, в которой скрывались ответы на все вопросы, и которую он так любил. Все начинается с тьмы и заканчивается тьмой, говорили его жрецы. Свет приходит на землю как гость, а потом уступает место истинной госпоже этого мира. У тьмы тысяча лиц, миллион голосов, и Эрфиан знает их все. Его сердце, в существование которого никто не верит, бьется спокойно и размеренно. Вряд ли что-то в двух мирах может удивить создание, которому дарована власть над жизнью и смертью. Он будет бродить по этому лесу до тех пор, пока свет и тьма не станут единым целым – а все знают, что этого никогда не случится. Но все изменилось одной лунной ночью, когда бог Эрфиан, задумавшись о своем, вышел на берег реки и увидел ее. Черноволосая женщина стояла по пояс в воде и смотрела на него. Во взгляде фиалковых глаз не было ничего, кроме вежливого интереса, но на ум ему пришла фраза, которую любят повторять странствующие жрецы безумной богини: «Слушай свое сердце».
Женщина с длинными иссиня-черными волосами сбросила на землю платье, и, переступив через ткань, вошла в воду. Весенние дни становились жарче, но ночью река оставалась холодной. В мире, где жила женщина, было много холода. Взять хотя бы ее ледяное сердце. Когда-то у женщины было имя, но она успела его забыть. Ее жрецы нарекли ее Охотницей и построили для своей богини уютный храм. В его стенах всегда царит полумрак, а воздух наполнен ароматами незнакомых благовоний, свечного воска и крови. Охотница подарила своим жрецам магию, дающую власть над сновидениями, и за это ее прозвали госпожой снов. Они лечили, убивали и воскрешали с помощью этого дара, создавали другие миры и уводили в них забредших в деревню путников. Великий дар требует великой платы: железной воли, острого ума, сердца, в которое не закрадывается страх. Боятся шаманы-Сновидцы только одного: увидеть госпожу купающейся в реке в ночной час. Глупое суеверие, под стать малолетним эльфятам из близлежащей деревеньки, но не могущественным магам. Охотница нащупала дно ногами, выпрямилась в полный рост, откинула за спину мокрые волосы… и заметила его. Светловолосый незнакомец стоял на берегу и наблюдал за ней. Во взгляде серо-голубых глаз не было ничего, кроме вежливого интереса, но Охотница вспомнила любимую присказку своих жрецов: самое сложное испытание, которое может выпасть на долю смертного или бессмертного – испытание чувствами, потому что ты борешься с собственным сердцем.
Хрупкая девушка, дочь бога смерти и госпожи снов, ступает в окутанные зеленым туманом воды реки. Она провожает души умерших в царство своего отца, в мир, откуда нет выхода. Ее сердце холодно, как лед, оно бьется спокойно и размеренно. Вряд ли что-то может удивить Лиэну, единственное в двух мирах создание, способное уходить в зеленый туман, а потом возвращаться назад. Она часто стоит на берегу, всматриваясь в воду. Пряди светлых волос перебирает ветер, во взгляде фиалковых глаз нет ничего, кроме темной тоски. Она думает о матери и отце, которые слишком поглощены друг другом для того, чтобы уделять ей время. Когда-то Лиэна выпила черного вина из храма Охотницы и нырнула в реку, опустившись до самого дна. Она была уверена, что умрет, но боги спасли ее. Или прокляли, тут уже как посмотреть. Лиэна получила власть над пространствами и временем – совсем как мать. А вместе с этой властью получила и обязанности: приводить к отцу души темных существ. Она останавливалась у дверей его дома тысячу раз, но до сих пор не нашла в себе сил переступить порог. Он ждет ее и готов простить. Он никогда не держал на нее зла. Но готова ли она просить его? У меня нет ответа на этот вопрос – так говорили жрецы матери, у которых боги отняли способность лгать. Но когда-нибудь она найдет ответ. У нее есть все время в двух мирах. До того мгновения, пока тьма и свет не станут единым целым. А все знают, что этого никогда не случится.