– Они найдут нас, – сказал я, прижавшись спиной к стене, – вопрос времени. И ориентируются они здесь лучше.
Проверили боекомплект, перезарядили оружие, по вискам пот струился ручьём, и в груди бухало, как после пробежки. Здесь мы словно загнанные в капкан звери, и решения нужно принимать быстро.
– Стоит обесточить лабораторию, – предложила Пиранья. Двери лифта открылись. Мы, выбежав в коридор, увидели указатель на стене «Лаборатория Икс-1». Рядом с входом предупреждающая табличка, подсвеченная люминесцентной лампой – «Посторонним вход воспрещён».
Вскрыв электрощит на стене, Студент глянул на нас, говоря, что у него припрятан фонарик. Я ответил, что тоже запасся на всякий случай, похлопав себя по карману. Сталкер обесточил лабораторию, вырвав главный кабель. Перчатки спасли Студента от ожога. Сноп искр посыпался на пол, и мы кинулись к разблокированным дверям, пока не включилось аварийное питание. В воздухе запахло палёной проводкой. Двери поддались, мы со Студентом, приладив фонари к винтовкам, шли первыми, Пиранья прикрывала нам спины.
Загудела сирена. Красным вспыхнули лампы, освещая тусклым светом лабораторию. Помещение казалось огромным. Тут и там сновали научники. Увидев нас, кто хватался за оружие, кто прятался за спинами коллег. Нам удалось пресечь попытки ответить нам на вторжение. Сбившись в кучу, семеро учёных не проявляли агрессивности. Подняв руки, застыли и ждали, что мы расправимся с ними. Наконец один из них подал голос:
– Сейчас восстановят питание, и вам не уйти.
– Это ещё посмотрим, – ответил я. – Отсюда управляется установка монолита в бункере?
Мне ответило молчание. Я выстрелил под ноги одному из научников, зная, что время играло против нас. Стойкие оказались ребята, словно воды в рот набрали.
Студент прошил автоматной очередью одну из установок, из которой повалил густой пар.
– Что вы творите, сволочи! – закричал один из учёных. – Вы ответите…
– Где профессор Иванов? – холодно спросила Пиранья, прервав крик научника ударом приклада винтовки по лицу.
Никто не хотел говорить, и мне пришлось выстрелить в одного, прострелив тому руку. Порой жестокость необходима, чтобы спасти других. Это место само по себе гноящийся чирей на теле Зоны. Я бросил взгляд на огромные колбы у стены. Там в зелёной субстанции зависли словно куклы – люди, мутанты. Внутри одной из установок гибернации увидел мальчика лет десяти. У него вместо рук клешни, как у краба. Сжал зубы, ощущая подкатывающую ярость.
Выстрелил по одной из колб, свечение внутри неё вспыхнуло и погасло. Крики научников оповестили, что я надавил на «нужную кнопку».
– Нам ничего не стоит здесь всё уничтожить, – проговорил я, сдерживая злость. – Много ли тут опасных веществ?
Выпустил пару пуль по мерцающим тусклым светом компьютерам.
– Хватит! – услышал вдруг голос. Ох и знакомым он показался мне.
Воспоминания пронеслись чёрно-белой кинолентой немого кино. Глянул в сторону одной из колб, видя внутри неё застывшего в нелепой позе солдата. На нём даже форма, только обуви нет. Я уже был здесь – плавал в резервуаре, как крыса, подготовленная для опытов. На операционном столе что-то пошло не так. Сумел вырваться, обезвредил охрану у двери в лабораторию. Вспомнил, как нёсся по лестнице вниз, как метался в поисках выхода.
Развернулся, глянул в сторону научников, искал глазами Иванова – главного мыслителя лаборатории «Икс-1». Он здесь. Застыл за спинами подчинённых, подняв, как и все, руки. Но именно он подал голос, когда я выстрелил по компьютерам.
– Оставь в покое подопытных. Не забирай последний шанс…
– Стать такой же тварью, как я когда-то?! – выкрикнул я, направляя на Иванова ствол. – Хватит экспериментов! Хватит тешить собственное желание стать богом!
Иванов вышел вперёд, и тут со стороны выхода раздались выстрелы. Студент рухнул с простреленной ногой на усыпанный осколками пол. Пиранья открыла стрельбу в ответ. Я перевернул стол с реагентами, затаскивая за металлическую столешницу раненного сталкера.
Научники бросились врассыпную
– Не упусти Иванова! – крикнула мне Пиранья, прячась в укрытии и стреляя в противников. Подскочил к профессору, ударил его в лицо. Он, пошатнувшись, упал мне в объятия, я втащил его за перевёрнутый стол, отстреливаясь от «идеалистов». Студент, немного оклемавшись, открыл пальбу, уложил одного. Прижался спиной к временному убежищу и поморщился от боли.
– Уходите с Пираньей, иначе нас всех перебьют. У меня ещё есть патроны. – Он перезарядил автомат. – Так просто не сдамся.
– Нет! – выкрикнул я. Гнев растекался по венам. – Сегодня никто не умрёт!
Новая порция выстрелов заглушила мой голос. Мы не могли даже высунуться, нас накрыла волна из свинцовых пчёл, искавших жертву. Пиранья сорвала с пояса гранату, вырвала зубами чеку и кинула РГД в сторону «идеалистов». Закрыли головы, вжавшись в пол, на спины посыпались осколки и мусор. Подхватил раненного Студента, а Пиранья, приставив дуло винтовки к спине Иванова, приказала показать другой выход.
– Хочешь выжить, выведи нас! – заорала она.
Профессор подчинился. Двигался не так быстро, как нам хотелось, перешагивая через тела погибших научников. Застывшая в воздухе лаборатории пыль и серый дым скрыли нас от оставшихся в живых служак лаборатории «Икс-1».
– Ходу-ходу! – закричал я, так и хотелось пристрелить гада, он знал, что мы не прикончим его, пока он нам нужен.
Скрывшись в дальнем отсеке лаборатории, мы снова услышали крики и выстрелы. На металлическом столе реагенты, какие-то препараты и несколько шприцев-пистолетов, наполненных зелёной жидкостью. Я вспомнил – это мутаген. Именно здесь из сталкеров делали мутантов. Профессор дёрнулся в сторону, решил сбежать. Схватив один из шприцев, приставил его к шее Иванова.
– Куда? Стоять!
Лицо Иванова побелело. Подача электричества возобновилась, лифты работают, только как теперь выбраться из лаборатории?
– Я выведу вас, – глухо отозвался профессор, бросил взгляд на бледного Студента, заявив, что нашему другу нужна помощь.
– Тебя спросить забыли, – рявкнул я. – Ты здесь главный?
– Он, – ответила за Иванова Пиранья.
– Не ожидал тебя увидеть, Дина, – горько усмехнулся профессор в седую бороду. – А ты подавала такие надежды…
Пиранья двинула ему в лицо. С его лица слетели очки. Профессор сплюнул сквозь зубы и ответил, что дверь в конце помещения.
Толкая его перед собой, я видел множество металлических столов. На них под капельницами, подключённые к аппаратам, лежали люди. Им суждено стать мутантами. Спину прикрывать осталось Пиранье, как и тащить слабеющего Студента. Мы шли практически наугад, не зная, выживем ли в этой мясорубке.
Остановились у незаметной двери. Иванов потянул на себя ручку, открывая проход в шахту, где зависла кабинка лифта. Втиснулись внутрь. Двери захлопнулись.
– Вам нужен «Исполнитель желаний»? – как мне показалось, насмешливо спросил Профессор. Он догадывался, что в живых его вряд ли оставят. На мгновение мне даже стало жаль его. Мы же не звери, и этот Иванов, возможно, тоже заложник тех, кто финансировал группировку «Идеал» и разработки лаборатории. Нет, мы не должны поддаваться чувствам, стучало в висках, хватит этой человечности. Она нас сделала слабыми перед предателями, как Лом, Иванов и такие, как он.
Лифт остановился, профессор хрипло проговорил, что нас всё равно остановят. Пиранья, усмехнувшись, бросила ещё одну гранату в закрывающиеся двери лифта. Спрятались за стеной от взрыва. Хлопок разворотил кабину, отрезав путь к отступлению. Мы в тоннеле. Тусклый свет освещал лица. Иванов держался стойко. Уверен, что его спасут?
Студент, остановившись, расстегнул комбинезон, под ним лёгкий летний камуфляж. Отцепил с раны на плече «папоротник».
– Раз выбрались, помоги, – он глянул на Пиранью. Она мотнула мне головой со словами:
– Мы догоним. «Папоротник» наложу, хоть немного поможет ему идти.
Я, кивая, толкнул профессора в тощую спину. Шёл тот нехотя, и я знал, путь сквозь тоннель приведёт нас к бункеру. Подумал, что мы так и не уничтожили лабораторию. Нас слишком мало, и почему сталкеры «Звезды» не сделали этого раньше?
– Разве невозможно остановить Импульс? – зачем-то спросил я профессора. – Или вам на руку делать из людей тварей?!
– Импульс – это как выхлоп негативной энергии Зоны, – спокойно ответил Иванов. – Если отключить установку, фильтрующую аномальную территорию отчуждения, она начнёт разрастаться. Импульс как генерирует энергию, так и сбрасывает накопленную. Это словно бьющееся сердце Зоны, и путь говорят, у неё есть душа, она живая. Вы слишком очеловечиваете её. Ищете, копаетесь, словно навозные жуки.
Как странно, подумал я про себя, вспоминая Лома, тот говорил точно так же.
– А что же Лом? Разве он остался жив? – нарочно спросил я Иванова.
– Лом остался в Зоне. – Профессор остановился и резко обернулся, щурился, глядя на меня. – Я просто проверил тебя, что ты помнишь, а что нет.
Меня разозлила его гадкая улыбка, и я врезал по ухмыляющейся физиономии научника. Когда нас догнали Пиранья и Студент, профессор лежал на камнях, а я виновато смотрел на товарищей.
– Понимаю, это бесит, – Пиранья глянула в сторону Иванова, – но пока он нам нужен.
Похлопав по щекам, она привела умника в сознание и приказала вести к бункеру.
– Что толку, – рассмеялся, оживившись, профессор, поднялся, злобно глянув на меня. Оно и понятно, взаимной любви друг к другу мы не испытывали. Он шёл впереди и слегка пошатывался. – Вы не понимаете, что желать, и словно насекомые, пытаетесь решить мелкие проблемы, используя монолит. Ничто не уничтожит станцию, ничто не прекратит существование Зоны.
Я устал его слушать. Повернулся к Студенту, спрашивая, как он. Сталкер улыбался, держался. На бледном лице капли пота. Знал, товарищу нужна помощь.
Когда мы остановились у стены, Иванов обернулся и спросил, хорошо ли мы подумали.
– Менять прошлое чревато последствиями. Они уже заметны сейчас. Если ты читал рассказ Бредбери «И грянул гром», ты бы понял, о чём я говорю.
– Читал, – хмуро ответил я, зная, о чём речь, думая о бабочке, которую раздавил главный герой, заставив измениться мир в будущем.
Иванов провёл ладонью по датчику на шершавой стене, он среагировал на прикосновение профессора, впуская нас в секретный бункер. Если в тот раз мы оказались рядом с «Исполнителем желаний», теперь стояли у пульта управления на площадке, обнесённой прозрачной защитной стеной. Вспыхнул свет. На панели замигали лампочки. Профессор уселся в кресло, скрестил руки на груди, потом набрал комбинацию на клавиатуре. Мы услышали голос, оповещающий о начинающемся самоуничтожении установки «Исполнитель».
– Ах ты, сука! – заорал я, ударяя Иванова в плечо.
Он улыбался и молчал. Прозрачная стена поднялась, и в лицо, словно дуновение ветра, ударил поток воздуха.
– Загадывай своё последнее желание, – проговорил профессор, усмехнувшись. – Мне уже терять нечего.
Я бросил взгляд в сторону друзей, в руке Иванова внезапно появился пистолет. Видимо, знал, где он тут припрятан. Ублюдок молниеносно выстрелил в грудь Пиранье, а потом и в Студента. Не ожидая подобного поворота, я застыл, ощущая, как пересохло во рту. В груди сжалось. Как? Как я не успел среагировать?! Противник, направив на меня ствол, спросил:
– Разве теперь у тебя не появились новые желания, Холод? В тот раз этот парень, – он толкнул ногой тело Студента, – загадал тебе стать человеком и спас никчёмную жизнь Призрака. Теперь твой черёд…
Устал от его трепотни, от мерзкого тонкого голоска и желания казаться умнее, сильнее. Выстрелил в грудь профессора, бросив под ноги шприц с мутагеном. Тишина повисла внутри бункера. Я снова один на один с изобретением «Идеала». Я не знал, как запустить его, и не ведал, чего желать. Друзья мертвы, к горлу подкатил комок. Злость, что участь смерти не постигла меня, наполнила лёгкие, я упал на колени и закричал, ударяя кулаками о пол. Боль, ярость, отчаяние, ненависть к миру, которому я в этот раз проиграл, сдавили грудь.
Почувствовав движение за спиной, увидел, как умирающий Иванов подобрал с пола шприц с мутагеном. Отбросил ударом руку научника в сторону, шприц ударился о стену и упал на бетонный пол.
– Скоро всё закончится, – улыбнулся профессор. – Подойди к двери и нажми вон ту кнопку. Возможно, тебе ещё удастся обратиться к «Исполнителю желаний».
Я увидел, как с площадки выдвинулась металлическая лестница. Холодный голос машины прозвучал, как приговор: «До уничтожения установки Монолит осталось две минуты»! Две минуты – это так много и так мало, пронеслось в мыслях. Спускался по железным ступеням на ватных ногах. Застывший «Исполнитель», серый, покрытый пылью, молчал. Знал, что стоило попросить его изменить что-то, и он выполнит желание.
Окончание следует
Понравилась история, ставь пальцы вверх и подписывайся на канал!
Читай первые два рассказа Сафари, Союзник о приключениях Холода.