План действий у Бориса созрел мгновенно. Почти все мужчины из его рода по отцовской линии были военными. Целая семейная династия из высших армейских чинов, люди старой закалки.
Поэтому, когда Борис, не теряя даром времени, связался со своим родным дедом, генералом в отставке, проживающем в Москве, тот лишних вопросов задавать не стал. Было неважно, кому нужна помощь, такой уж он был человек.
Ему только стоило сделать несколько телефонных звонков нужным людям. Пусть не вся, но достаточно внушительная сумма была собрана за короткий срок.
Время от времени Борис звонил Лебедевым, успокаивал и подбадривал Ольгу, а потом приехал к ним домой, чтобы обсудить дальнейшие действия.
Когда он увидел Наташку, его сердце чуть не выскочило из груди от радости. Но едва увидел, понял, что она уже все знает. Он мог вынести любые страдания сам, проще относился к горю других людей, но видеть слезы на Наташкином лице было выше его сил!
Никому и ни за что Борис не признался бы; он всегда опекал, защищал и вытаскивал из всяких передряг Сашку Лебедева не потому, что тот был его другом и одноклассником, а потому, что этого недотепу больше собственной жизни любила Наташка Ковалева, его первая и единственная любовь.
А сама Наталья относилась к нему, как к хорошему другу, всегда и вовремя готовому придти на помощь. Но он не роптал, не претендовал на место в её сердце. Её счастье для него было всего важнее, пусть не с ним.
- Боря, ну, как ты мог промолчать, ничего мне не сказал? Уж про кого, но про Димку! Мы же столько времени упустили! –
- Наташ, не сердись, но он сам не хотел, чтобы ты знала. Прости… -
Потом успокоившись, они сидели на кухне и оживленно обсуждали положение дел. В самый разгар раздался междугородный телефонный звонок. Звонили из Сочи и сообщили, что удалось быстро оформить продажу дедушкиного дома. Это были хорошие новости.
Стояла середина августа. До начала учебного года - две недели. Кристина оставалась пока с Надеждой Викторовной, а Наташка, не откладывая дело в долгий ящик, собралась в Москву, вместе с Борисом.
В накинутом на плечи белом халате, она быстро шла по лестнице. За ней едва поспевал Борис. Лицо его было напряженным и сосредоточенным.
- …Сюда! –
Наташа заглянула через стекло. Холодный, бледно-голубой свет в палате реанимации напугал её, как будто это был свет в морге. Сашка лежал, весь опутанный какими-то проводками, изо рта торчала трубка.
- Боже мой! – только и выдохнула Наташка. – Боря я хочу поговорить с врачом! Я все хочу точно знать! –
- Поговорим, успокойся, он скоро будет. Ты только не волнуйся, все будет теперь хорошо. –
- Как ты можешь знать?! Вчера все было безнадежно, а сегодня уже все хорошо? Разве так бывает? –
- Еще не так бывает , дорогая! – раздался неожиданно за её спиной голос неслышно подошедшего врача. Наташа обернулась, и увидела мужчину в белом халате.
Тот едва заметно кивнул им и вошел в палату. Через стекло было видно, как он смотрел на приборы, проверяя их работу, затем вышел, подал знак молодым людям, предлагая следовать за ним.
Уже в кабинете он взглянул на Наталью и представился: - Меня зовут Глеб Викентьевич. Не далее как вчера у меня беседа с вашими опекунами, все документы оформлены и подписаны. От вас уважаемая, согласия не требуется. -
Наташа поняла, что профессор принял её за Ольгу Лебедеву, и что нет острой необходимости разубеждать его, Борис только слегка сжал ей руку дав понять, что это ни к чему.
- На завтра запланирована отправка больного в Германскую клинику. Я лично уполномочен его туда сопроводить. –
Неожиданно профессор улыбнулся, взгляд из хмурого стал теплым и обнадеживающим:
- Дорогая, не волнуйтесь! В этой клинике уже долгое время оперирует наш соотечественник, великолепный нейрохирург, и, несмотря на такой тяжелый запущенный случай, я уверен, что исход операции будет удачным. –
Через неделю Сашке в Германии успешно сделали сложнейшую операцию. Потом снова привезли на реабилитацию в Москву, причем, в лучшую клинику. Он уже немного окреп, стал ходить по палате, разговаривать.
Все это время Борис опекал одноклассника, и, конечно, Наташку, которая просто поселилась на переговорной станции в Р..ске. Торчала там все время, свободное от работы в техникуме.
Если бы она только могла все бросить, она бы так и сделала. Её удерживала только Кристина. Теперь она училась в новой школе в Р….ске, и требовала к себе намного больше внимания, чем Сашка Лебедев, вокруг которого крутилось и так слишком много народа.
Прошло два месяца. Жизнь постепенно входила в привычную колею. Наташа преподавала в техникуме, заботилась о сестре. Кристинка очень изменилась, стала серьезнее относиться к учебе, и особых хлопот Наталье не доставляла.
В начале октября Наталье, как педагогу, выделили ведомственное жилье. Это была, конечно, не новая но вполне сносная двухкомнатная квартира на втором этаже, с балконом.
Кристина особо радовалась; у девочки наконец-то появилась своя комната.
Радость хороших перемен в жизни омрачала Людмила. Дочери все таки любили мать. Несколько раз ездили к ней, пытались поговорить, но та гнала их, даже не запуская в квартиру.
Наташа, несмотря на большую рабочую нагрузку, вполне справлялась со своими обязанностями. Еще будучи студенткой она снискала любовь и уважение всего преподавательского состава техникума.
Соседями Наташи были еще несколько преподавательских семей, поэтому, хотя она не особенно распространялась насчет семейных проблем, отношений с матерью, в таком большом, почти полностью женском коллективе скрыть что-то было сложно.
Узнав её историю, многие откровенно опекали и Наташу, и Кристину, как могли. Чтобы никого не обижать, Наташа помощь принимала, даже если не особо нуждалась, но и сама всегда старалась отплатить добром за добро.
Наступали ноябрьские праздники. Вроде бы и рано зиме быть, но она в этом году что-то особенно торопилась. По утрам здорово подмораживало, а потом внезапно, в ночь, выпал снег, и больше уже не таял.
Пришлось срочно переодеваться в зимние одежды. Утром, в первый день праздничных выходных в дверь Натальиной квартиры позвонили. На пороге возникла внушительная фигура Бориса Можаева.
-Боря! – повисла у него на шее Кристина. С тех пор, как Сашке сделали операцию, Борис несколько раз бывал в гостях у Наташи, и Кристина радовалась ему даже больше, чем сестра.
- Ну что, готовы? – спросил он.
В это раз Борис заехал, чтобы забрать девчонок в родной город. Надежда Викторовна пригласила своих учеников на свой юбилей. Заодно планировалось устроить вечер встречи одноклассников, кто мог приехать.
Можаев приехал за девчатами на своем автомобиле, и Кристина была в полном восторге и от машины, и от её хозяина.
- Ну все, едем! – торжественно провозгласила она под добродушный смех Бориса и сестры, усевшись на заднее сиденье. –