- Иван, отвези меня домой…
Я не знаю, какие мысли были у него в голове после того, как, проехав уже, наверное, километров сто, ему пришлось повернуть обратно. Но на его лице они никак не отразились. Он просто развернул машину и продолжил путь.
Это не я возвращалась. Я бы поехала с Иваном. Может быть мы бы с ним подружились или даже… Но это было то, чему я, как повелось, сопротивляться не могла…
- Спасибо, - попыталась я хоть немного выглядеть благодарной, когда выходила из машины.
- Как тебя зовут? – услышала я перед тем, как дверь закрылась, а я, не оборачиваясь, и, не произнеся больше ни слова, пошла в направлении своего дома.
Уже занимался рассвет. В доме было темно. Не знаю почему, но я отправилась через сад к окну спальни, из которого вчера сбежала. Босые ноги тут же промокли от утренней росы на траве. Было зябко. Дрожа всем телом, я начала лезть в так и не закрытое окно…
Вдруг стало так светло, как будто было не раннее утро, а полдень. Причем полдень жаркого летнего дня.
Я стояла в собственной спальне, щурилась от солнца и не могла ее узнать. Бревенчатые стены были украшены развешанными наискосок белыми рушниками с красными петушками, вышитыми по краям. На кровати с металлическими, покрашенными в голубой цвет спинками возвышалась гора из подушек. Причем, верхняя из них была поставлена на уголок. И вся эта инсталляция была накрыта белой накидкой с замысловато выбитыми узорами. На полу были расстелены полосатые половички…Все это было смутно мне знакомо…
- Кто ко мне пришел! Ты, что через окно-то влезла, егоза? Я б тебя и через дверь впустила! – я вздрогнула и повернулась…
-Бабушка? – почему-то в моем вопросе было больше утвердительной интонации…
- А кто же еще, милая! Молодец, что в гости зашла ко мне. Не забываешь старушку. Пойдем, я тебе блинов испекла. Расскажешь мне, как там, в школе, у тебя дела. Отметки-то хорошие приносишь? Не ленишься?
Бабушка, усадив меня за стол, начала хлопотать, как наседка, выставляя на стол высоченную стопку блинов, миски с медом и сметаной, молоко в крынке. При этом она продолжала задавать мне какие-то вопросы, как будто я маленькая девочка…
Я не слушала. Я сидела, оглядываясь по сторонам, и блаженно улыбалась. Мне всегда было тепло и уютно в этом доме. Наверное, никто меня так не любил, как она! И я с лихвой платила ей взаимностью…
…
Я уплетала самые вкусные блины на свете, запивая парным молоком. Кстати, за этот месяц я даже и не помню, чтобы принимала пищу вот так, по нормальному, сидя за столом… Все какие-то перекусы набегу между «провалами»…
А бабушка сидела у окна, вышивала, мурлыкая какой-то старинный мотивчик, и то и дела поглядывала на меня.
Неожиданно она встала, подошла ко мне, положила мне руку на плечо и тихо сказала:
- Теперь все будет хорошо… Умничка… Справилась…Ваньку смотри, не обижай…
Я повернулась с открытым ртом, приготовившись задать миллион накопившихся вопросов…
Как будто кто-то выключил свет…
Диван, накрытый полиэтиленом. Темная комната с не разобранными больничными пакетами в углу… Вот только руки… Я поднесла их к лицу и понюхала. Руки блестели от масла и пахли бабушкиными блинами…
- Ваня!!! - неожиданно для самой себя закричала я и выбежала из дома, так и не обувшись …
Продолжение следует…
Читай заключительную часть