Непрухин открыл глаза и увидел жену. Она трясла перед ним чем-то маленьким и кружевным нежного розового цвета, таращилась и открывала рот. Видимо, что-то говорила, но Непрухин почему-то не слышал.
"Оба-на! Звук пропал!" — подумал он, и глаза снова закрылись сами по себе.
Так было намного легче. Голова казалась тяжёлой и словно набитой гравием. Камушки пересыпались внутри черепа с места на место, а прямо над правым ухом какой-то шибанутый звонарь бил в колокола. В горле было сухо, как в Каракумах. И где-то под самыми веками в густом кисельном тумане плавали чёрные и фиолетовые мошки.
Сквозь туман Непрухин чувствовал присутствие супруги. Кажется, она склонилась над ним. Непрухин потянул носом и ощутил возле лица её тёплое дыхание с лёгким ароматом смородины. Жена любила смородиновую жевательную резинку.
Родной запах расслаблял и убаюкивал. Поёрзав на жестковатом диване, Непрухин преисполнился уютностью момента, повернулся на левый бок и снова было расслабился, как...
"Стоп! А жена откуда взялась?!! — пронеслась в мозгу тревожная мысль, — Она же в командировке! Или уже вернулась? И в руках... Что у неё в руках?"
Непрухин замер, прижавшись щекой к шершавой диванной обивке, и слегка приоткрыл глаза.
Кружевное розовое в руках у жены было очень похоже на трусики... на изящные, весьма эротичные, милые женские трусики... Точно-точно... на них...
"Ё-моё!!! — ужаснулся Непрухин. — Это я чего такое вчера наделал, а? И это что? — Непрухин шоркнулся носом об ткань и сморщился. — Это же диван, да? Почему я на диване? Почему я не в спальне? А потому что... Ой, бли-и-ин!"
Непрухин перестал дышать и постарался максимально слиться с интерьером. У него был небогатый опыт по части обеспечения алиби. Из телевизора он знал, как прятать улики в гипсе и врать Мюллеру, но не был уверен, что эти методы работают с женой.
К тому же, о том, что было вчера, он помнил плохо. На диване рядом, к счастью, не было никого, но кажется где-то текла вода. И кажется текла она в дУше...
В совокупности с кружевным комочком в руках у супруги это весьма настораживало и даже пугАло.
Если супруга, вернувшись из командировки, крутит у твоего носа женскими стрингами без опознавательных знаков, а у тебя глаза после вчерашнего открываются с трудом, значит быть беде.
Непрухин попробовал сосредоточиться и поскрести по сусекам памяти.
Так...
Кажется, всё началось с Димона...
Тот купил себе гитару и пришёл к Непрухину репетировать.
Сначала он хотел репетировать дома, но жена его высказалась против и пообещала навсегда переехать к маме, если Димон не заткнётся.
И тогда Димон пришёл репетировать к Непрухину.
У Непрухина оказалась невероятно творческая обстановка: жена в командировке, а в холодильнике — кастрюля с борщём и котлеты.
И чтобы лучше репетировалось, Димон сбегал в алкомаркет за углом.
Но где-то на половине котлет выяснилось, что Димон проявил экономность, и надо снова бежать за угол.
Кроме того, чувствовалось, что под воздействием борща и сопутствующих сорокаградусных ингредиентов мастерство музыканта заметно выросло, и Димону потребовался зритель. И не абы какой, а желательно, чтобы тонкая художественная натура с высоким эстетическим вкусом.
Непрухин и сам понимал, что романтизм обстоятельств требовал погрязнуть... Хотя, мысль о том, что он человек женатый, не давала покоя.
Но Димон сказал, что когда речь идёт о великом искусстве, неуместны обывательские условности, и что воспитанные друзья так не поступают.
И ушёл в алкомаркет за углом и заодно где-нибудь раздобыть соответствующую аудиторию. На долю Непрухина досталось разогреть остатки борща и вытряхнуть пепельницу.
Димон вообще мастерски знакомился с девушками. При этом совершенно не отягощал себя ни цветами, ни цитатами из Гейне и Бродского. Девушки целыми компаниями велись на Димонову харизму и дружно плавились под его бархатным взглядом. Так что через пятнадцать минут Димон уже топтался в прихожей в сопровождении двух дам приятной наружности.
У Непрухина немедленно спёрло дыхание. Правда, к тому времени он уже на две трети состоял из спиртного, добытого Димоном в алкомаркете за углом.
Но он сразу понял, насколько одна из них богиня. Прямо соткана из воздушных ресниц, голых коленок и выпуклых гру.дей. Там, где у обычных людей значится заурядная безликая попа, у незнакомки имелись потрясающие ягод.ицы идеальной формы. И ещё были ноги, которые начинались там, где у сидящего на табуретке Непрухина как раз были глаза.
Непрухин вжался в стену, чтобы гостья не подумала, что он поглядывает, и замер, не зная, с чего начать. Глупо было с такой неземной красотой знакомиться постным вопросом "Как пройти в библиотеку?".
Сам Димон хватал вторую богиню за такие места, на какие Непрухин даже смотреть боялся. "Сердца у него нет," — подумал тогда Непрухин и стыдливо закрыл глаза.
Что было дальше, он уже помнил плохо. Судя по всему, он ступил на скользкую тропу ин.тимных отношений, но потерял сознание и пропустил всё самое интересное...
...
И вот сейчас в дУше бежала вода, сам Непрухин лежал, вжавшись больной головой в диванную поверхность, а внезапно приехавшая из командировки жена трясла перед его лицом женскими трусиками нежно-розового цвета. Выглядело очень убедительно.
На горизонте замаячил крепкий и счастливый развод.
Непрухин собрался с силами и начал приподниматься со своего ложа, заодно пытаясь придумать, как ему поудобнее сдаться на милость победителя. Тезис "Лучшая защита — нападение" к данному случаю явно не подходил в связи с отсутствием убедительных аргументов.
Скрипя словно поношенный чемодан он сел и осмотрелся. В комнате было всё как всегда, если не считать машущей трусами жены. Непрухин кряхтя встал и, молча обогнув супругу, так же кряхтя потащился в кухню.
Там тоже был идеальный порядок. Только в раковине сиротливо отмокала кастрюля из-под борща.
Оставалась ванная, в которой продолжала бежать вода. Непрухин ещё раз тщательно прислушался, на секунду замер, а потом решительно рванул дверь на себя...
— ...же мой! Ты оглох что-ли? — услышал он за спиной. — Я говорю, говорю, а он встал и попёрся как ни в чём не бывало... Как будто я место пустое...
— А? — затупил Непрухин в ответ и резко повернулся.
— Ну что "а"?! Что "а"?! Я приехала, ты спишь! — жена протиснулась мимо Непрухина и затрясла льющейся лейкой душа. — Я хотела в душ и к тебе. И кран сорвала. Теперь бежит. Но ты же починишь? Ты лучше посмотри, какие я себе стринги купила! От Виктория Сикрет! — И она, бросив лейку обратно в ванну, весело задрала юбку и начала поворачиваться вокруг себя, изящно покачивая бёдрами: — Вот! Я подумала, лучше надену, чтобы сразу видно.
Ошалевший Непрухин удивлённо разглядывал жену. Он вдруг вспомнил, насколько она богиня. Прямо соткана из воздушных ресниц, голых коленок и выпуклых гру.дей. Там, где у обычных людей значится заурядная безликая попа, у жены имелись потрясающие ягод.ицы идеальной формы. Да ещё и упакованные в чудесные розовые трусики от Виктория Сикрет. И ещё у неё были ноги, которые начинались там, где...
И Непрухин не выдержал и схватил свою богиню за такое место, за какое, он видел, хватался вчера Димон...
...
Полчаса спустя, когда слегка уставший Непрухин как раз докуривал сигарету, а жена, подхватив новые трусики, скрылась в ванной, блямкнул валявшийся у дивана телефон.
Пришедшая от Димона СМСка была короткой: "Котлеты отпад. Кастрюлю помоешь сам. Только болваны читают стихи девушкам с такими ногами."
Непрухин хмыкнул и отправил ответ: "Спасибо, Димон, с меня пиво", после чего, поёрзав на жестковатом диване, преисполнился уютностью момента, повернулся на левый бок и, наконец, расслабился...
© Окунева Ирина
Вот и всё! Жмите на весёлую варежку!
И, кстати, у этого рассказа теперь есть вроде как продолжение — "Песне ты не скажешь "до свидания!".
Если кому понравилось, то приглашаю подписаться на мой канал. Здесь есть и про меня, и просто по всё подряд.
И здесь тепло и уютно, правда-правда!
И хоть я не пишу каждый день, зато делаю это старательно и от всей души.
Вот пост-знакомство. 😊