Баюн шипел, вырывался и изо всех сил цеплялся когтями за деревянный парапет.
- Бабушка, - раздражённо сказал юноша, проверявший билеты. - В сотый раз вам говорю, нельзя на борт уличных котов тащить!
Он был так молод, что вместо усов и бороды у него был кудрявый пушок, который он то и дело с важностью приглаживал. Яга уже окрестила его мысленно "недобогатырь", пожалела, оттого и говорила с ним с той Мягкостью, на которую была способна. Ровно до этого момента.
" Недобогатырь" ошибся дважды. Фамильярную "бабушку" Яга ещё ни одной живой душе не простила. И позволить называть Баюна дворовым котом тоже не могла.
- Душенька... - начал было Кощей, уже догадавшийся, что вечер перестал быть томным. Да только разве против разгневанной ведьмы "душенькой" успеешь? Яга что-то пробормотала, до слуха юноши донеслось только странное:
- Чуфырь-чуфырь...
А уже через миг он мог похвастаться широкой, словно лопата, но совершенно седой бородой. От ужаса "недобогатырь" едва не лишился чувств, но та же необычная старуха в купальнике с пайетками легко поставила его обратно на ноги и прислонила к единственному уцелевшему на причале столбу.
- Так-то вот, дедушка. Ничего, погуляешь пару деньков, авось уму-разуму научишься.
- У меня свидание завтра, - взвыл юноша.
- Плохо дело, - искренне посочувствовал ему Кощей, хлопнув костлявой рукой по плечу. "Недобогатырь" сдавленно охнул. - Ну, бывай.
Он церемонно протянул руку супруге, но та лишь отмахнулась.
- Погоди ты, кота забыли. Али нельзя с ним на борт? - хитро прищурилась ведьма. Юноша лишь отмахнулся.
Зазевавшийся кот мигом был подхвачен под брюхо и заброшен на палубу прогулочного корабля. Его мутило и шатало, но сказать об этом он бы не решился, уж больно счастливыми выглядели Яга с Кощеем. Ради такого случая на Бессмертном красовались ярко-оранжевые шорты с пальмами, подсвеченными закатным солнцем и ультрамодная зелёная рубаха с дырочками. На ведьме же прямо поверх купальника была добрая дюжина разноцветных бус с ракушками и вязаная пляжная туника. Ехидная Яга, глядя на ажурную одежду, сообщила, что ниток-то рукодельницы пожалели, то ли дело её шаль!
Теперь же молодожёны стояли на палубе, словно милая семейная пара. Голова ведьмы уютно устроилась на костлявом плече Бессмертного, в руках - коктейль с пляжным зонтиком, а в глазах - счастье. Потому что вдалеке Яга уже присмотрела ту самую гору, восхождение на которую пообещал на завтра красноречивый экскурсовод.