Глава 5.
- И, что случилось? – уставилась на него Лариса. – Перед гастрономом приземлилась тарелка с инопланетянами?
- Лучше бы они приземлились, — бросил Стёпа и намеренно перевёл разговор на другую тему. – Ты совсем не спала?
- Ждала тебя, — созналась Лариса, — не могла уснуть.
- Прости меня, — извинялся Стёпа. – Наверное, всю ночь просидела у окна с открытыми шторами?
- Почти. – Призналась она.
- Любимая, я знаю, как ты относишься к не зашторенному окну ночью, — прошептал он. – Прости, что тебе в эту ночь было хуже, чем мне. Обещаю, это больше не повториться.
Лариса внимательно разглядывала Степана, надеясь найти на его лице хоть какие-то следы недавних переживаний, но не нашла.
Молчание затянулось, она боялась выразить свои мысли в слова, а потом и произнести их вслух.
- Нам всем трудно вспоминать, а тем более говорить о прошлом. – Отметил он. – Прости. Хотя, ты знаешь моё отношение к закрыванию окон ночью.
- Знаю.
- Можно найти и более повседневное объяснение всему этому и мне кажется, что эти поверья появились в те времена, когда ночь и день были не просто фазами луны, а началом, а может быть и концом активизации кикимор и обыкновенных людей.
- Стёпа люди, а наше время неразумно решили, что бетонные стены и надёжная крыша, способны защитить человека от непогоды и чужих глаз.
- А разве не так?
- Прячась под одеялом мы, думаем, что застрахованы от неудач. – Грустно отметила Лариса. - Но выстрел прозвучал и теперь только время полёта пули отделяет человека от гибели.
- Я считаю, что не нужно стоять на прямой видимости от стрелка.
- Может быть, но как определить, что это стрелок, а не обычный человек?
- Хорошо, Лариса я с тобой согласен, что присутствует некая взволнованность, когда смотришь из освещённой комнаты в непроглядную тьму. И это объяснимо.
- Разжуй.
- Элементарно Ватсон! – продолжал Степан. – Всё это от того, что ничего не видно.
- Какое хорошее объяснение.
- Страх неизвестности пугает. – Нашёлся он. – Из-за неё, человек и придумал всякую нечисть, обращаясь к разным бабкам и колдунам. А потом страх правит человеком. Одним словом, где глупость, там и страх.
- Жить в городе за не зашторенными окнами ни так страшно, как на хуторе.
- Тут мне вспомнился один случай из детства, о котором я почти забыл. – Сознался он. – Мне с папой однажды довелось быть в гостях в деревне.
- И, что же случилось?
- Значить так, проснулся я ночью и до смерти перепугался.
- Это не смешно.
- А вокруг тишина и полная непроглядная тьма. – Улыбаясь, ответил он. - Подношу к лицу руку, а её невидно.
- Перестань, — теперь и Лариса улыбнулась.
- Вот где раздолье для воображения. – Теперь Стёпа рассмеялся и прижал её к себе.
Собрался поцеловать Ларису, но, что-то его остановило, и он внимательно посмотрел на её лицо.
– Плохо выгляжу? Синяки под глазами? Ты будешь кушать?
- Голодный как волк.
- Суп, будешь? – предложила она.
- Очень хочу.
- Я пошла, греть суп. – Сказала она, подымаясь с корточек и направляясь на кухню.
- А я в ванную, — ответил Степан, стягивая на ходу с себя белую рубашку.
- Постой, — остановилась Лариса, заметив на воротнике рубахи отметку от женской помады, ярко-красного цвета. – Откуда это у тебя?
Степан, застыл, ища оправдания пятну на воротнике рубашки. Кровь в один миг отхлынула от его лица.
- Не знаю, — прошептал он и развёл руки в стороны.
Лариса пришла в ярость от ответа Стёпы.
- Ты не можешь так поступать со мной! – она выхватила из его рук рубашку и стала рассматривать пятно. – Скажи мне правду!
Лицо его теперь, изменило цвет, оно потемнело. Он, молча, стоял перед Ларисой, опустив, руки и молчал.