Дед, помню, ворчал, дескать Мичурин всё сорта тамбовские перепортил.
Лето, июль, жара. Старая дедова телогрейка летит под огромную яблоню Белый налив, я плюхаюсь на эту телогрейку и весь мир куда-то пропадает. Остаюсь я, книга, и яблоки. Достаточно протянуть руку, обтереть яблоко о сарафан, (кто бы их мыл!) и ты лопаешь эти яблоки ароматные, упругие, сладкие. И только мухи отравляют твою счастливую жизнь. В саду было много яблонь, но почему-то такой кайф был только под "Белым наливом" .
Через пару недель после Белого налив наступал черёд Грушовки и Летнего аниса полосатого. А у бабушки наступал сезон торговли. Вечером дед снимал хорошие яблоки, а мы с сестрой собирали падалицу. Хорошие шли в переработку: сушка и варенье, а прелые дед в тачке отвозил в овраг, его почему-то называли буерак.
Часа в три утра, дед с тачкой хороших яблок шёл на базар, занимать место, потому, и что торговля начиналась в 5 утра. А к Этому времени уже подходила бабушка и происходила смена караула.
Я не понимала глупости покупателей бабушкиных яблок. Первым делом они расхватывали невкусные, пресные яблоки, которые дед называл "Боравинка", но действительного названия сорта, я думаю, он и сам не знал. Они были изумительно красивы. Идеальной формы, белая кожура с ярко розовыми полосками. Бабуля не давала её спилить, потому что эти яблоки продавались лучше всех.
О традициях Рассказовского базара завтра. Заходите, читайте и