От этой книги ожидалось большего. В первую очередь из-за личности её автора.
Бори́с Дми́триевич Па́нкин (р.1931) - советский и российский дипломат, журналист, публицист, литературный критик, за плечами которого - двадцать лет работы в «Комсомольской правде» (1953 - 1973), куда пришел стажёром, а уходил главным редактором; создание и руководство Всесоюзным агентством по авторским правам. Затем работа министром иностранных дел СССР (последним: август — ноябрь 1991), послом СССР в Швеции (1982—1990), в ЧСФР (1990—1991), послом СССР (затем — России) в Великобритании (1991—1993).
Понятно, что такому человеку есть что вспомнить: он общался на самых высших уровнях власти, как советской, так и российской и зарубежной; был знаком со многими деятелями культуры и всю жизнь вёл дневник. Кроме того, книга издана в 2011 году, то есть в год 80-летия автора, и её, наверное, можно расценивать как подведение жизненных итогов (дай Бог автору долгих лет жизни).
И действительно, в книге Борис Дмитриевич вспоминает о своих встречах и разговорах с очень многими и очень разными людьми, но, на мой взгляд, нет в ней какой-то цельности, какой-то ключевой идеи, что могло бы помочь стать книге именно итоговой. Как будто бы не хватило времени переформатировать накопленный жизненный материал, что-то неважное, сиюминутное, снижающее уровень и отвлекающее внимание, может быть, вычеркнуть, на чём-то, к примеру, на своей родословной, наоборот, сделать акцент.
И всё же книга неплохая. Видно, что её автор – человек умудрённый опытом, он не просто описывает какой-либо жизненный эпизод, но анализирует его, сравнивает с другими моментами, и лишь потом делает выводы.
Пара цитат.
«Не случайно такой талант, как Шукшин – злой, завистливый, хитрый, не обременённый культурой, исполненный лишь не ясной самому тоски, - способен стать героем «солоухинской школы» русской литературы и быть принятым многими читателями – от блатных до прекраснодушных докторов наук”, – с огорчением прочитал в «Памятных записках» Давида Самойлова, вышедших в 1995 году, уже после смерти их автора.
Кедрин в 30-е годы:
У поэтов есть такой обычай –
Вставши в круг оплёвывать друг друга»
«Дмитрий Губин (из «Огонька») – Шендеровичу:
-Знаете, Виктор, что бы ни говорили про Медведева, но своей любовью к «Роллинг стоунз», он вообще какой-то Сократ на фоне людей, которые массово слушают шансон и «Русское радио».
Чтобы оценить всю ценность комплимента, надо было услышать, что в том же эфире Губин говорил о Блоке:
- Отчасти Блок, как известно, был сволочь в бытовой жизни жутчайшая. Только что Коля Сванидзе показывал очередной сериал про Блока. Я сам думал: «Господи, какая сволочь, какая падла был Александр Блок, но гений и интеллигент, несмотря на то, что в быту был падла». А интеллигентом он был потому, что он каялся в том, что он был падлой по отношению к окружающим людям, которых, нужно признаться честно и откровенно, мучил».
«Все рекорды побил губернатор московской области Громов, генерал, выводивший в пору перестройки последние советские войска из Афганистана. Когда в результате тяжбы столичного Ивана Ивановича и областного Ивана Никифоровича из-за того, кому ремонтировать объекты на ведущем в международный аэропорт Шереметьево Ленинградском шоссе, тысячи пассажиров опоздали на свои рейсы, он порекомендовал незадачливым согражданам летать на вертолёте, так, как давно уже делает это он.
Надо было видеть на телеэкране, как захихикала свита новоявленного вельможи. За мелкое хулиганство, драку на какой-нибудь танцплощадке дают пятнадцать суток. А за крупное, циничное, издевательское – аплодируют».
На этом, пожалуй, ограничусь, хотя в книге отметила карандашиком ещё несколько мест, вызывающих то улыбку, то раздумья, то гримасу отвращения.
Этот материал ранее был размещён мною здесь: https://my.mail.ru/community/knigi/42D97922FCB6C68F.html