Папа снился мне всегда. Так мы с ним общались, поддерживали связь. Когда вышла замуж, сны постепенно сошли на "нет", видимо, передал эстафету заботы обо мне моему мужу.
И вот снова стал сниться. Может быть, потому что мы у него с мамой были долго. Может быть, весточка туда о моем возращении домой пришла с опозданием.
Но в моих снах, наоборот, как будто папа вернулся к нам. Но на этот раз мы в какой-то другой квартире — тоже большой, просторной.
И уже три собаки — три здоровых ротвейлера, тоже мои. Я их кормлю и предупреждаю папу, чтобы не трогал их миски, пока они едят, иначе укусят.
Моя любовь к животным — это от папы. Когда я нашла нашу третью кошку — совсем маленьким котенком, изможденным, обезвоженным, в окружении собак, б.м. был категорически против, чтобы мы ее оставляли дома. На самом деле он очень любит кошек, но боялся привязаться, чтобы потом не было жалко отдавать.
Я пообещала, что пристрою, как только вылечу, подкормлю. А сама смотрела на нее и понимала, что шансы найти ей хозяев невелики. Даже котенком она была неказиста. Окрас "черепаха", ушастая, на гладком носу вихор, вся какая-то угловатая. Она такой потом и осталась — неуклюжей, неказистой, но с большим чувством собственного достоинства. Такая клоунесса, которая сама себя видит драматической актрисой.
И вот настал час Х, надо пристраивать. Я молчу, б.м. не напоминаю. Мы стоим на кассе в торговом центре, и интуиция мне подсказывает, что б.м. мне сейчас задаст вопрос: "Ну и?". И я мысленно прошу папу: "Пожалуйста, помоги! Пусть она у нас останется!".
И вместо ожидаемого вопроса б.м. вдруг говорит спокойно, по-доброму: "Я так понимаю, мы ее оставляем?".
Папа, спасибо!
А Тошка стала любимицей б.м. Всегда рядом с ним.