Часть третья. Во имя великой цели. Глава 1.
Оставшуюся часть пути проделали в молчании, а там стало уже не до сомнительных шуток или выяснения отношений. Своего командира «Полоски» определенно ждали – с нетерпением и тревогой. Едва дозорный подал сигнал, как на палубу высыпали даже те, кто успел основательно захрапеть в уголке, по опыту зная, что солдат отдохнувший сражается гораздо лучше, а вот время на этот отдых порой приходится выкраивать, как повезло и где случилось.
Появление из-за густой приречной растительности капитана живьем и собственной персоной вызвало дружный торжествующий рев, тем более что Роше и его спутники шли совершенно открыто, а следовательно, можно было не опасаться каких-то вражеских подковык. Бьянка, похоже, так и просидевшая на бочке в ожидании, - вовсе едва не перевалилась через борт, всматриваясь сквозь пасмурную ночь, целы ли… И если сопровождение в виде Геральта ни у кого ажиотажа не вызвало, то хорошенько рассмотрев второго спутника командира, «Полоски» похватались за оружие, ощетинившись в сторону эльфа мечами и арбалетами.
Иорвет остановился, скривив губы в гадкой усмешке, - по-видимому, ему подобное приветствие только польстило. Он и бровью не повел, когда после окрика Роше у кого-то дрогнула рука, и сорвавшийся болт просвистел у его виска.
- Я сказал, отставить! – рявкнул Роше. – Тринадцатый, руки оторву и в жопу засуну!
- За то, что стрелял, или за то, что промахнулся? - ядовито полюбопытствовал Иорвет.
- Лучше заткнись, - сквозь зубы ласково посоветовал ему Вернон. - Дятел ты, а не «белка»!
- Но это же… - подали голос одновременно несколько парней.
- Да хоть император Эмгыр! Приказа не слышали?
Под грозным оком командира люди нехотя опускали оружие и отступали, позволяя всем троим подняться на борт каравеллы.
- Отплываем, - распорядился Вернон, едва ступив на палубу, четко обозначил, - и да, «белка» плывет с нами! Всем ясно?
Нестройный недовольный гул был ему ответом, но прямо возразить командиру никто не посмел, и Роше удовлетворенно кивнул, переходя к другим насущным вопросам, - сообщить новый пункт назначения, порадовать смертью каэдвенского короля членов отряда, которые, само собой, уже знали от Бьянки о подлой и бесславной участи своих товарищей, оговорить пребывание чужаков на борту... Геральт к себе никакого исключительного внимания не требовал и уже скрылся в трюме, обустраиваясь на том же месте, что занимал в коротком плавании до Вергена, а вот присутствие на «Парсифале» лидера скоя*таэлей стоило оговорить особо. Мягко выражаясь, не все были готовы отнестись спокойно к присутствию его персоны в пределах досягаемости.
Пожалуй, лишь Бьянку явление Иорвета «Синим полоскам» не взволновало абсолютно. Эльф с огромным интересом наблюдал, как после устроенного своим людям строгого внушения, Роше в сторонке обменялся с ней несколькими негромкими фразами: на его слова девушка, вздернув подбородок, резко тряхнула коротко стриженными волосами, но темерец, похоже, остался доволен ее реакцией и отпустил по поручению.
- Ну что, «белка», - обратился к так и стоявшему поодаль у борта скоя*таэлю вусмерть замотанный Вернон, наконец подойдя к нему, - следуй за мной.
Иорвет иронично приподнял брови в ожидании продолжения, проясняющего столь категоричный оборот речи.
- Дабы не провоцировать всякие неприятности, спать будешь у меня, - не разочаровал его Роше, с удовольствием уведомляя. – И не надейся, что нынче я опять уступлю тебе свою койку.
- Великодушно выделишь мне коврик? – невинно осведомился эльф.
- Увы, тебе не повезло, - парировал Вернон, - у меня нет коврика.
- Как же так, - демонстративно изумился Иорвет, со всей очевидностью языкастая зараза желал оставить за собой последнее слово, - бедная псина, у тебя нет своего коврика? Это нужно срочно исправить!
- Почему бы и нет, твоя беличья шкура вполне для него подойдет… - Роше тоже не собирался уступать.
Замолчали они оба, только наткнувшись на Бьянку у самой двери в капитанскую каюту. Девица, явно слышавшая их небольшую пикировку, одарила обоих озадаченным взглядом и шмыгнула мимо, нервно передернув плечами.
Вернон не стал ее задерживать, широким шагом пройдя к столу и жадно припав к бутыли с яблочным сидром из запаса, сделанного Бьянкой во Флотзаме вроде бы с помощью местной травницы. Иорвет же замешкался на пороге, с отстраненным видом оглядывая небольшое помещение.
…Когда он очнулся здесь и ощутил под собой не голые доски или прелую солому с тем специфическим, неистребимо врезающимся в память запахом из смеси испражнений разной степени давности, въедающихся даже в камни пота и рвоты, годами тухшей на радость паразитам крови и гниющей плоти, крысиного дерьма… Когда не почувствовал на себе ни колодок, ни цепей с веревками, лишь одеяло... В тот миг затуманенное лихорадкой полуобморочное сознание единственным объяснением выдало то, что тюремную барку захватили свои. Что его бойцы не растерялись, потеряв своего командира, и следуют намеченному им плану.
Да, все так, бойцы не растерялись, когг они действительно захватили и даже доплыли на нем до Вергена, не понеся никаких потерь либо ущерба, - по результатам их действий Иорвет мог по праву гордиться тем, как хорошо выучил и натаскал даже самых молодых и неопытных из своих «белок». Однако у судьбы довольно своеобразное чувство юмора, и стоило осознать реальность полностью, как бывшему офицеру «Врихедд» стало не до упоения от собственных заслуг.
Потому что отбитая скоя*таэлями барка плыла где-то далеко без его ведома и к нему отношения не имела, а здесь и сейчас его, обессиленного, практически беспомощного, без труда удерживал в руках, прижимая к койке, не кто иной как самый упорный, хваткий и опасный враг. Вернон Роше, уже четыре года как глава темерского специального подразделения «Синие Полоски».
А значит, предшествующее «рандеву» в трюме с четверкой ублюдков – это всего лишь ягодки, Роше возьмется за него всерьез...
Взялся. Только совсем не так, как полагалось по давно кем-то расписанным для них ролям.
- Пить хочешь? – голос Роше заставил эльфа вздрогнуть, резонируя с воспоминанием. – Иорвет, отомри! Ты ж не полковая лошадь, чтобы спать стоя. Тебе вообще-то любезно отдельный гамак повесили.
Ехидно ухмыляющийся темерец протягивал ему кружку с сидром, попутно с наслаждением впиваясь зубами в здоровенный кусок копченого окорока на лепешке.
- Что? – возмутился Вернон на ставший насмешливым взгляд эльфа. – Бьянка молодец, позаботилась и об этом. Не знаю, как ты, а у меня за весь день хлебной крошки во рту не было, брюхо к хребту прилипло.
- Вашему виду никогда не была свойственна умеренность, - надменно уведомил противника Иорвет, тем не менее подходя к столу и снимая перчатки.
- А вашему свойственен выпендреж на ровном месте, - отбил Вернон, прищурившись. – Жри уже, эксперт по умеренности.
Сам он, пока вяло жующий бутерброд эльф раздумывал, обидеться ему на прозрачный намек относительно неизбывно бедственного положения с провизией у скоя*таэлей либо нет, - добавил к своим перчаткам на дальнем от еды краю стола знаменитый шаперон, а сверху бережно опустил орденскую цепь с лилиями. Больше не обращая внимания на внезапного попутчика, Роше распустил перевязь и пояс, выставляя у переборки весь свой немалый арсенал, гамбезон и кольчуга были аккуратно сложены на сундук. Оставшись в рубашке и штанах, сел на койку, стягивая сапоги:
- Все завтра, ушастый, - не терпящим возражений тоном определил Вернон, подгребая к себе подушку. Уснул он, кажется, прежде, чем коснулся ее головой.
Иорвет даже растерялся, - вот так, запросто завалиться спать в присутствии давнего недруга? Причем, заметьте, Роше в отличие от него самого в похожей ситуации, - не был ранен, фисштех сегодня не употреблял и ничего крепче сидра не пил! То ли оскорбиться на подобное вопиющее пренебрежение, то ли глубоко задуматься о возмутительной и ненормальной направленности, которую внезапно стали приобретать взаимоотношения между ними.
Сколько лет уже длится их противостояние, что переросло в своеобразную дуэль? Как ни прискорбно, однако Иорвет был вынужден признать, что гораздо раньше уже ловил себя на мысли о том, что поражение от такого противника позором для себя не считает, но, также не оправдывает численным перевесом либо людской подлостью, а победы над ним тешат самолюбие. То есть, выходит, что он, aen seidhe, стал воспринимать этого человека равным себе?!
Допустим. Допустим, в правилах бывают исключения и не все dh*oine грязные свиньи, среди них встречаются и исключительно умные сволочи. Отрицать очевидное глупо и опасно, ибо недооценка врага всегда чревата самыми печальными последствиями. Но разве этого достаточно? Сколько карательных рейдов возглавлял Вернон Роше, и сколько скоя*таэлей подражая своему командиру носят снятые с трупов опознавательные знаки «Полосок» в качестве трофея? А Роше, вон, тоже за своих готов кромсать даже королей… Так разве возможно забыть или игнорировать пролитые между ними реки крови? Не поспоришь, и впрямь обширный список взаимных претензий!
Тогда почему? Ведь суть не в том, что ему во что бы то ни стало необходимо как можно быстрее добраться до Лок Муинне, снять с Саскии чары очередной подлой колдовской шлюхи и побороться за свободный Верген уже в другом смысле, а Роше – единственный кто способен ему в этом как-то помочь, поэтому поддаться ненависти и перерезать горло спящему мужчине несколько нерационально, и тот это, сука, знает… Как было не в том, что глава темерской разведки моментально расписал настолько многоходовую комбинацию, решив воспользоваться случаем и приспособить своего давнего врага на пользу родине, применив новые знания о нем и его намерениях…
И вообще, не слишком ли много у них этих знаний друг о друге накопилось? Вот именно. Даже чересчур, чтобы убить и незамысловато порадоваться… Хорошо-хорошо, изощренно торжествовать! Все равно не хотелось: ни убивать, ни торжествовать.
Спать хотелось до полного отупения! Чертов dh*oine опять оказался прав, - Иорвет зло выругался.
Посмотрел с сомнением на гамак с тонкой подушкой и свернутым шерстяным одеялом в нем, и со вздохом принялся расстегивать ремни на себе, стараясь как можно меньше шуметь. Лук и мечи были поставлены рядом с оружием Роше, после недолгих колебаний кушак, кольчуга, и все прочее тоже легло на сундук. Наконец-то разоблачившийся до рубашки эльф загасил светильник и свернулся в гамаке, плотно закутываясь в одеяло и пристроив под голову тощее недоразумение.
Где-то в глубине души по-прежнему самому не верилось, что он делает это: не только сам просил Темерского Пса о сотрудничестве, затем пришел и буквально сдался «Синим полоскам» в руки, а теперь сошел с ума настолько, что собирается спать рядом с их капитаном даже без ножа под рукой... А гаже всего было то, что он, Иорвет, объявленный военный преступник, широко известный у dh*oine бандит и прочее, за чью голову объявлена награда, - в кои-то веки чувствует себя спокойно. Все его врожденные и приобретенные за долгую, до смешного паскудную жизнь рефлексы - твердили хозяину о безопасности и покое.
Да неужто оттого, что в двух шагах нагло дрых проклятый темерец? Херово…