– Знаешь, Сигизмунд, а всё-таки правильно это я тогда сказала, – Элеонора Ильинична плюхнулась на табуретку перед туалетным столиком. – Он ведь, дескать, человек не моих кровей.
Тщательно разукрашивая веки ярко-голубыми тенями, она неестественно опустила губы вниз.
–Он, понимаете ли, охранником в Пятёрочке работает. Ну, уж нашёл на кого позариться. Ему б Машку из соседнего подъезда охмурить. Вот получилась бы занятная пара – охранник да проститутка.
Элеонора Ильинична закончила с макияжем глаз и принялась вырисовывать на щеках пятнышки "здорового румянца".
– Весь такой хорохорился, подмигивал то и дело. А я что, себя на помойке нашла? За первым встречным гнаться не буду. Те ли ещё мои годы!
Вслед за румянами в ход пошла красная помада. И не какая-то, а итальянская. Элеоноре Ильиничне ее подруга подарила, на рынке по акции отхватила. Не хухры-мухры!
– Так что, Сигизмунд, не надо так на меня смотреть. Всё я правильно сделала.
Элеонора Ильинична, глядя на себя в зеркало, принялась распускать бигуди.
– Явно не ради него я такую красоту создавала! Ворочалась всю ночь на этих злосчастных пластмассках. Ну уж явно не для него! Вот какая королевишна получилась, только короны не хватает! Да ведь, Сигизмунд? Чего молчишь?
Вчера Сигизмунд, во время ежевечернего наблюдения из окна, видел, как тоненький мужичонка бежал за объемной тётушкой, именующей себя Элеонора.
– Вы обронили, – еле слышно сказал он, протягивая пластиковую карточку.
Она, откинув прядь седоватых волос, гордо задрала нос.
– Чего это Вы за мной увязались?
Мужичонка то ли заикался, то ли мучился от нервного тика (Сигизмунду было плохо видно). Он что-то рассеянно стал объяснять, на что Элеонора воскликнула гордое "Фи" и скрылась восвояси. А точнее, к Сигизмунду домой.
Жила эта дама у него уже прилично, и не раз от ее выходок ему приходилось краснеть. Ну, что ж, соседей, как говорится, не выбирают.
И вот сегодня Мадама с утра пораньше встала, накрасилась, да и собралась в Пятёрочку перед своим новым ухажёром красоваться.
– Ну, может, один маленький шансик я ему и дам, – говорила она, натягивая колготки. – Но это, Сигизмунд, только между нами!
Нарядившись в самое лучшее платье, Ильинична взобралась на каблуки и направилась к выходу из квартиры.
– Ну, Сигизмунд, пожелай мне удачи! Возможно, приду не одна.
– Да-да, конечно, – ответил Сигизмунд, представляя как мужичонка в панике бежит из города от крупногабаритной Мадамы в платье и кидает в нее забытую вчера в продуктовом магазине банковскую карточку.
– Что? Ты что-то сказал? – оторопела женщина.
– Мяу, говорю, – отвечает кот. – Мяу.
© Copyright: Дарья Александровна Санникова, 2023
