После Карабаха Азербайджан может переключиться на «иранское направление»

Событием последних недель в международной повестке стало достаточно активное движение в сторону армяно-азербайджанской деэскалации – множество встреч, переговоров, контактов между сторонами на всех возможных посреднических площадках – Россия, Европа, США. Армения, судя по всему, почти готова подписать договор с Азербайджаном на условиях, приближенным к азербайджанским, – «пять принципов Алиева».

Причина такого быстрого движения понятна. Все международные игроки, хоть как-то заинтересованные в Южном Кавказе, хотят максимально быстрой деэскалации и создания условий для стабильного мира. Кроме, пожалуй, Азербайджана, лидер которого неоднократно выступал с весьма агрессивных максималистских позиций.

России и Ирану нужен стабильный путь торговли друг с другом и совершенно не нужно острого конфликта между соседними странами, в котором пришлось бы явно занять одну из сторон. Европа не хотела бы компрометации азербайджанского газового экспорта, неизбежного в случае начала агрессивного наступления на Армению. США хотели бы упрочить свое влияние на Кавказе и показать, что другие игроки там не «решают проблемы». Сама Армения терзаема внутренними противоречиями с одной стороны, а с другой – в чисто военном смысле способна крайне мало что противопоставить возможной прямой атаке Азербайджана.

Ситуативно в «мире вокруг Карабаха» заинтересованы буквально все. Однако, так как силы сторон категорически (опять же в моменте) не равны, подписан он будет на условиях, скорее, Азербайджана, чем равного компромисса. И на Армению, и на Азербайджан оказывается серьезное давление, чтобы одни согласились с тем, что станет для них весьма серьезным ударом по национальному самосознанию, а для других – пусть и менее, но все же болезненным ударом по наполеоновским максималистским планам и национальному агрессивному милитаристскому нарративу.

Более того, полагаю, что сегодня за кулисами на Алиева посредники давят значительно сильнее, чем на Пашиняна. Ведь ему предстоит очень и очень сильно умерить аппетиты, в продвижение которых вложено так много ресурсов.

Для Пашиняна же сложно, учитывая фактически уникальный в нынешней ситуации консенсус всех международных посредников вокруг ситуации и категорически неравные силы, увидеть альтернативные такого рода разрешению ситуации сценарии.

Можно предположить, что подписание мира вызовет в Армении к жизни серьезные внутриполитические конфликты и уличную протестную активность. Что, безусловно, предпочтительней, чем очередные жертвы нового этапа не прекращавшейся 30 лет войны. В любом случае Армения вступает в весьма проблемный период своей внутренней истории.

Однако и для Азербайджана долгосрочная разрядка создаст потенциальные проблемы. Окончательного решения армянского вопроса не произойдет ни в Карабахе, ни тем более в Армении, как и «возвращения» тех территорий, которые официальный Баку многократно называл своими. Разочарование наиболее националистической части населения неизбежно. А для «ненационалистической части» придется придумывать новые объяснительные конструкции для экономических проблем и социального неравенства.

По некоторым признакам, новой национальной идеей режима Алиева может стать «иранское направление» – борьба за права «этнических азербайджанцев» в Иране и чем черт не шутит – территориальные претензии в отношении так называемого в Баку Южного Азербайджана (Северного Ирана) по аналогии с претензиями в сторону Западного Азербайджана (Армении). Тем более что в эту сторону Баку активно толкают влиятельные партнеры Азербайджана и оппоненты Ирана – Израиль и США.

Источник