В тишине, в пустом коридоре, я слышала стук своего сердца и его обещание - помочь, позаботиться, спасти! Его слова были сказаны легко, но столько в них было заложено смысла и уверенности в действиях. В момент истинной опасности, когда у него был выбор спастись самому или подарить шанс мне, он выбрал меня. Пожертвовал собой ради той, кого казалось бы ненавидел всем сердцем. И сейчас я ни на секунду не сомневалась, что он поступит так вновь.
Я посмотрела в серые, как серебро, глаза и более не сомневалась в своём решении. Моя благодарность Вольграну только росла. Я искренне начала переживать за этого наглеца. Думала о нём довольно часто, ставила себя на его место и некоторые его поступки стала видеть под новым углом, они заиграли иными красками. С того самого леса, с той трагедии, он перестал для меня быть врагом, он стал мне другом. Настоящим другом, соратником, единомышленником и моим спасителем. Всё перевернулось в наших с ним отношениях. Возможно даже больше, чем я признаю…
– Бронс, Имельси, – рядом раздался глубокий баритон куратора. – Воркуете, голубки?
– Мы вас ждали, куратор, – спокойно ответил Вольгран, не отпуская моей руки и лишь чуть-чуть двинувшись в сторону, чтобы немного открыть меня урсолаку.
– Вот и дождались. А теперь за мной, в мою лабораторию, – не дожидаясь нашего ответа, мастер Аррон развернулся и пошёл дальше по коридору.
Мы поспешили за куратором.
– Почему именно в лабораторию? – спросил одногруппник, когда мы догнали мастера Аррона.
– Аранэя должна ещё клятву принести и кое-что нужно забрать из сейфа, – не оглядываясь на нас, ответил куратор. – Ты всем уже успел поделиться с Аранэей?
– Да, я всё знаю, – ответила я вместо Вольграна.
– Вот и отлично, – куратор настолько резко развернулся, что мы чуть было не влетели в его широкую грудь. – Предупреждаю сразу! Никаких самостоятельных действий! Не следует ничего предпринимать, многократно не обдумав каждый свой шаг. Мы имеем дело с очень опасным орденом. Любая ошибка и ваш юношеский максимализм, адепты, может стоить жизни - вашей и тех, кто рядом с вами. Вы это понимаете?
Он был резок, даже суров. Мы с Волем переглянулись. Одногруппник выглядел уверенным, а вот я немного боялась. Не куратора, нет. А того, что может произойти.
– Да, уж мы-то, господин куратор, это прекрасно осознаём, – ответил за нас Вольгран.
– Очень на это надеюсь. Ведь не так давно именно ты был на грани, борясь за свою жизнь и истекая кровью. И твой купол, Аранэя, должен был уже вот-вот рухнуть под натиском атак убийцы, – Аррон пристально нас разглядывал, взвешивая что-то в своей голове.