В эфире радиостанции Говорит Москва Михаил Хазин рассказал чем отличается повышение госдолга США от тех что были ранее.
В Соединенных Штатах Америки есть, в отличие от других стран мира, два закона, регулирующие величину госдолга. Первый – это, как и во всех других странах, закон «О бюджете», где прописаны годовые лимиты, сколько можно взять, как надо погашать и так далее, и тому подобное.
А есть еще отдельно закон «О лимите госдолга», который ограничивает совокупный объем государственного долга. И вот такого закона нет нигде.
Понятное дело, что на протяжении истории Соединенных Штатов Америки этот лимит повышали, это было много десятков раз, 30-40. Я сейчас уже не помню, это не важно. Важно то, что обычно это происходит быстро, четко, хотя бывают конфликты, когда администрация Белого дома и одна из двух палат или даже обе палаты американского парламента, именуемого Конгрессом, состоит из другой партии, то есть не той, которую сформировала администрацию в Белом доме.
В нашем конкретном случае Байден представитель демократической партии, а Палата представителей -республиканской.
Но все при этом прекрасно понимают, что слишком долго создавать проблемы нельзя. Технический дефолт технический, потому что все понимают, что даже если он произошел, как было, например, во времена Обамы, продлится он там две недели, кто-то недополучит денег, в основном госслужащие и, в общем, с этой проблемой можно справиться. То есть это не есть что-то такое, что запредельно сложное.
Самое главное – администрация всегда может говорить, что вот эти ребята, которые из себя строят борцов за свободу и демократию, на самом деле ведут себя нехорошо, потому что в результате честные труженики недополучают деньги. В результате обычно все заканчивается тихо и мирно.
А вот сейчас ситуация немножко другая. Почему? Дело в том, что как я уже рассказывал где-то недели две тому назад, в Соединенных Штатах Америки исчезла, просто перестала существовать система стратегического управления.
Что я имею в виду? Мы уже говорили о том, что голова ФРС Пауэлл все время мучается почему? Потому что он может принимать некие решения, он может ставку поднять, он может ставку опустить, он может ничего не делать.
Но фактически последний подъем на четверть процента – это и есть ничего не делать, потому что был полный консенсус, 90 процентов всех финансовых экспертов говорили, что ставку поднимут на четверть процента. То есть это означает, что Пауэлл пошел в тренде.
Но а дальше что? Ситуация в Соединенных Штатах Америки критическая, ставка очень велика, экономика падает. Тут можно прочитать обзоры фонда Хазина последние, там это все очень подробно описывается.
Кстати, две недели тому назад очень подробно я описал истерику Пауэлла на пресс-конференции после подъема ставки на четверть процентов.
В чем истерика? А истерика вот в чем:
Из-за этих проблем спрос падает, розничные продажи падают, данные по региональным резервным банкам показывают, что промышленное производство падает и, соответственно, инфляция не опускается ниже тех значений, которые уже держатся много месяцев, причем это не 5% по потребительской инфляции, это, я думаю, процентов 10-11, если не 12. И в этой ситуации как бы нужно что-то делать.
Но ровно из-за того, что она плохая, любое действие либо в одну сторону, либо в другую даст проблемы. Если бороться с инфляцией, то надо повышать ставку, ужесточать кредитно-денежную политику и тогда ухудшится ситуация с банками. А уже было два банковских кризиса.
Повышение ставки на процент – это минус 100 миллиардов долларов из банковской прибыли. Да, наиболее крупные банки выдержат, а мелкота повалится, и это очень большие проблемы. Дальше, соответственно, если ставку повышать, то спад экономический будет еще сильнее.
Это официально у них положительный рост около нуля, а в реальности, если посчитать реальную инфляцию, по итогам 2022 года экономический спад США, как минимум, 6%, ВВП упал на 6%. Это официально никто не говорит, но Пауэлл это все прекрасно понимает.
Вот картинка: повышать ставку – это политическое решение. И не забудем, что повышение ставки – это увеличение процентных платежей домохозяйств, то есть уменьшение жизненного уровня населения. Замечательно. Значит, если мы повышаем ставку для того, чтобы инфляцию таки опустить до желаемых 2%, то это политическое решение.
Если мы, наоборот, начинаем стимулировать спрос, чтобы американские граждане начали покупать, причем не просто товар, а именно американского производства товар, а не импортный, и одновременно начинаем закрывать внутренний рынок от китайских и прочих товаров, то это стимулирует инфляцию и тоже создает политические проблемы, потому что нужно менять модель ориентации в части закупки ширпотреба на внешних рынках. Это тоже политическое решение.
И то, и другое политическое решение не входят в мандат Пауэлла, у него решения технические в финансовой сфере. И он должен был обращаться к Байдену в Белый дом, говорить:
«Ребята, скажите мне, что делать?»
А ответа нет и поэтому истерика Пауэлла, потому что от него все требуют, чтобы он объяснил, какая у него стратегия, а он вместо это говорит:
«С одной стороны, мы будем продолжать бороться с инфляцией, а с другой стороны, мы не допустим. И вообще уже хватит, мы уже подошли к пределу поднятия ставок».
Напоминает известный анекдот про Рабиновича в бане, которому друзья говорят: «Рабинович, определитесь: или крестик снимите, или трусы наденьте». Вот это типичная совершенно ситуация утери стратегического управления.
Читать в продолжение темы:
Главные бенефициары мирового кризиса
