Андрей Зайцев
«Если вы пишете за деньги придуманные истории, потрудитесь поискать информацию», «А вы можете дать координаты семьи Ивановых (фамилия изменена), я переведу ей деньги на карту?», «Вы- очередные мошенники, набивающие карманы на людском горе».
Вот лишь несколько комментариев под просьбами о помощи, рассказами о работе фонда «Адреса Милосердия» и о жизни людей с ДЦП и другими заболеваниями.
Люди убеждены, что мы, как работники фонда, сидим на мешках с деньгами, каждый месяц покупаем себе новые машины и все время хотим их обмануть.
Маленькому фонду на обвинения в мошенничестве ответить и проще и сложнее. Вот смотрите. В фонде работают 5 человек. В 2022 году жертвователи перевели на помощь детям и взрослым с инвалидностью 4 470 391 рубль. Еще 1 739 035 рублей нам дал Фонд Президентских грантов на программу «Соломинка» (мы помогаем родственникам тяжелобольных людей). Даже если на мгновение представить, что фонд ВСЕ полученные средства потратил на себя, получается чуть больше миллиона рублей на год – 13 % налогов (Ну хорошо, мы "мошенники" и не платим налоги). В месяц на человека получается меньше ста тысяч рублей. Хорошая сумма, но не та, ради которой стоит рисковать репутацией фонда.
Но на самом деле в том же 2022 году фонд потратил 8 276 804 рубля. То есть мы -очень странные мошенники. Всем остались должны. Эти сведения не секретны, они есть в нашем годовом отчете, но люди редко читают отчеты. У них есть внутреннее представление о справедливости и знание жизни.
Эти знания, к сожалению, говорят о том, что люди и организации теоретически могут воровать деньги. Слова "теоретически" и "могут" обычно проглатываются и делается вывод «Все фонды воруют деньги».
Ну хорошо, давайте еще раз представим, что мы не оплачивали детям с ДЦП ни одной реабилитации, не покупали инвалидных колясок, не оплачивали проезд к месту лечения, не покупали лекарства и спецпитание, не провели ни одного вебинара, а просто весь год подделывали счета, платежки и писали «придуманные истории за деньги».
Да, совсем забыл. Фотографии и письма родителей мы тоже должны были где -то взять.
Самое интересное, что по этой схеме работать ГОРАЗДО СЛОЖНЕЕ. Если мы без согласия реальных пап и мам возьмем фотографии детей и их истории, будет огромный скандал, и в интернете можно будет найти реальные обвинения конкретного фонда с фактами и скринами.
Нужно будет тратить время, чтобы погасить все эти скандалы.
Нужно найти левых поставщиков, которые будут продавать нам несуществующие вещи, принимать наши платежки и за какое-то вознаграждение себе переводить эти деньги обратно.
Нужно, чтобы из всей команды никто ни разу не проболтался об этом в соцсетях, не показал фото с новыми машинами и отдыхом на тропических островах. При этом человек постоянно должен был бы отвечать на критику и обвинения в соцсетях и на почте фонда, а еще и платить судебные издержки, потому что на такой бы фонд постоянно подавали в суд.
Вам не кажется, что я описал ОЧЕНЬ ДОРОГУЮ И СЛОЖНУЮ схему, которая стоит больше 7 миллионов за год?
Теперь насчет придуманных историй. Я -сотрудник фонда с ДЦП. Допустим, я неплохо придумаю историю ребенка или взрослого с ДЦП, но я мало что знаю о пересадке сердца, жизни с удаленным кишечником, ремонте в частном доме, поездке на поезде из Владивостока в Крым и еще множестве заболеваний и ситуаций.
Да более того, когда я в прошлом году писал историю про подростка Ярослава, который живет с родителями-инвалидами во Владивостоке и хотел поехать с ними в санаторий на Черном море, я забыл, что во Владивостоке есть море и дал заголовок «Ярослав хочет увидеть море».
Эту ошибку тут же заметили читатели, и заголовок мы уточнили.
А теперь представьте, что таких историй в год надо написать 60-70, а еще посты в соцсетях. Найти к ним фото, придумать письма родителей, а потом провернуть ту схему, которая описана выше. Я профессионально пишу тексты уже лет 20, но не рискнул бы взяться за такую работу за любые деньги. Во-первых, я бы ее завалил, а во-вторых, не смог бы спокойно спать по ночам. Для человека с ДЦП это очень вредно)).
Не знаю, смог ли я убедить вас, что писать «придуманные истории за деньги» очень дорого для маленьких фондов, но я по крайней мере попытался.
Я и мои коллеги будем благодарны за небольшое, но регулярное пожертвование.
Тогда мы сможем дальше помогать нашим подопечным.