Непримечательное здание в центре Кронштадта. Стоит на перекрестке улиц. Словно портал перед нами открывается черная железная дверь одного из домов.
Темно. Ловким движением руки наш проводник включает свет в помещении. Окна закрыты жалюзи. Тусклый свет осветил то, ради чего мы пришли.
Каждая из стен увешена работами из бересты. Слева от нас целый ряд различных чудных шапок. Повсюду как маленькие, так и большие фигурки. В стороне виднеется целая берестяная люлька.
Наш таинственный проводник – это Валерий Михайлович Сартаков, – кронштадтский народный мастер, специализирующийся на бересте. Сегодня он читал нам лекцию в библиотеке, представлял свою выставку. Я и раньше видела берестяные изделия, но таких, какие делает Сартаков – никогда. Маленькая туфелька на каблуке. Детские игрушки. Венец. Плетушки. Даже головоломки.
Журналистская совесть не позволила упустить такого интересного человека, поэтому я увязалась за ним с просьбой дать мне интервью. Тихая беседа привела нас в его мастерскую.
Валерию чуть больше шестидесяти. Невысокий, с бородой. На левой руке у него отсутствует несколько пальцев. Он мне напомнил старика Хоттабыча – он же тоже чудеса творил в сказке. Здесь же, в его мастерской просто не знаешь за что зацепиться взглядом. В растерянности оглядываюсь по сторонам. Валерий замечает это и проводит нас дальше.
Обращаем внимание на стены маленького прохода. Они заклеены бумагами и фотографиями. Афиши выставок еще с двухтысячных годов. Дипломы и благодарности. В углу висит берестяной костюм: плащ и шапка.
– А это моя племянница. Видите, не хоть бы где ее напечатали, а на плакате избирательной комиссии Ленинградской области, – улыбаясь, указывает Валерий Михайлович на изображение девочки в берестяных украшениях.
Вглядываюсь в стены. Вижу маленькую фотографию женщины в берестяном купальнике. “Ого, даже так...”, – отвожу смущенный взгляд.
Большая светлая комната. Посередине стол с креслом. Над ним висит портрет президента и подаренный из запасников Эрмитажа российский герб. Рамок на стенах еще больше. Пестрые афиши выставок, грамоты, дипломы, огромное количество фотографий еще с советских времен закрывают собой обои.
Не успеваем заметить, как Валерий Михайлович уже показывает нам какую-то досочку.
– Я же сначала резьбой по дереву занимался, только потом стал уделять много времени бересте. От резьбы отошел, вот и не закончил этот узор. Тут должно было быть такое деревянное кружево, видите?
Пока разглядываем резьбу, уже слышим голос из-за спины. Сартаков показывает старую книжечку и горделиво говорит о том, что здесь напечатана его статья. В ней мастер призывает создать организации внешкольного воспитания.
Валерий Михайлович признается, что его сильно трогает эта тема, в первую очередь, как мастера такого редкого промысла:
– Сохранять и передавать знания, тем самым вкладываясь в культуру, – это ведь намного дешевле, чем потом тратить огромные деньги на археологию и все восстанавливать! – Сартаков разводит руками и убедительно смотрит на нас.
Дипломы и афиши – не только на русском, но и на других языках! Французский, английский. Тут на столике и швейцарский путеводитель по Петербургу. По три выставки за год в зарубежных странах у Сартакова было. Даже китайская виза где-то спряталась.
Сосредоточенно ходим и рассматриваем каждую фотографию. Тут берестяных дел мастер за работой. Там с кем-то обнимается и смеется. На другой на празднике за столом сидит. На выставке в красной рубахе и берестяной шапке позирует.
– Девочки, а примерьте шапки! – восклицает Валерий Михайлович.
Мастер протягивает нам невероятные берестяные вещи. Шапка с огромными длинными рогами, как у Малефисенты. Берестяная шапка-ушанка. Какой-то маленький головной убор, похожий на кокошник.
Сартаков приносит и предлагает примерить мне берестяную жилетку. А сам достает фартук. Кожаный длинный с берестяными квадратами. В этом фартуке больше тысячи стежков! В общем целый берестяной модный приговор. Под наш тихий застенчивый смех он нас фотографирует и приговаривает, как это все мастерил.
Не замечаем, как пролетает время.
Наша экскурсия в новый мир подошла к концу. Мы прощаемся с этим невероятным человеком. Он, конечно, очень не хочет нас отпускать.
Идем по тихой улице, а в руках у нас пакет с пирожками. Валерий Михайлович угостил.