В начале 1916 года, в Курской губернии, в славном городе Фатеж борьба за трезвость, против продажи спиртных напитков совершенно неожиданно закончилась… борьбой с трезвыми людьми. Как такое могло случиться?
Во главе городских трезвенников стоял настоятель местного собора протоирей о. Молотков. По его настоянию Фатежская городская дума почти единогласно высказалась за закрытие в городе всякой торговли винами. Однако, такое постановление шло вразрез с интересами трактирщиков и виноторговцев. К ним присоединился довольно внушительный легион городских рыцарей зеленого змия.
Вопрос о торговле спиртными напитками вторично был внесен в думу для нового рассмотрения, причем была произведена самая тщательная мобилизация всех алкогольных сил. Однако, и на этот раз усилиями того же о. Молоткова продажа вина была воспрещена даже в клубном буфете.
Тогда поклонники алкогольных напитков пошли походом на о. Молоткова, как главного и энергичнейшего поборника трезвости. Поход принял характер настоящей и беззастенчивой травли. Сразу полетели доносы в трех направлениях: к архиерею, к губернатору и в орган черносотенной пропаганды – в газету «Курскую Быль».
К примеру, жалоба архиерею подписана пятью лицами: гласными городской думы: Барковым, Мариным, Ассорьевым, Амелиным и Ефремовым. Надо пояснить, что Барков содержатель главного винного погреба в городе, известный политический деятель Н.Е. Марков – его ближайший родственник, Ассорьев хозяин дома, где помещается клуб, Ефремов – усерднейший служитель Бахуса (горький пьяница). И вот эта блестящая плеяда жаловалась архиепископу, что о. Молотков, в качестве представителя духовенства в городской думе, привносит в среду городских гласных прискорбное разделение, возбуждая неуместные острые вопросы об уничтожении в городе виноторговли и т.п.
Названные ревнители свободной виноторговли требовали от архиерея удаления из состава думы о. Молоткова и о замещении его другим представителем, более расположенным к зеленому змию.
Еще решительнее была поведена атака против о. Молоткова перед губернатором. Здесь фатежский исправник Георгий Александрович фон-Розен не постеснялся возвести на злополучного протоиерея самые крайние обвинения политического характера. Молотков обвинялся в революционном настроении и убеждениях, несовместимых со священством. Исправник писал, что в 1905 году о. Молотков, якобы, открыто восставал против самодержавия и отказался подписать адрес Государю от имени земского собрания.
Наконец, в «Курской Были» травля против почтенного о. Молоткова велась во имя того, что его родной брат, священствовавший в Щигровском уезде, был изобличен Николаем Евгеньевичем Марковым в причастности к крестьянскому движению и приговорен военно-окружным судом к каторжным работам.
- Что же ждать от брата каторжника? – находчиво вопрошал автор газетного материала, требуя чуть ли не лишения сана для о. Молоткова.
Все эти жалобы и инсинуации оказались покушением с негодными средствами. Следствие, к чести своей, доказало всю вздорность обвинений против о. Молоткова. Даже отказ в подписании адреса Государю оказался выдумкой: в представленной копии земского адреса подпись архиерея красовалась чуть ли не на первом месте.
Следствие послужило поводом к широкому общественному движению среди городского населения в пользу уважаемого пастыря. Исправник фон-Розен пытался и это обстоятельство обратить против о. Молоткова. Осенью 1916 года он утверждал: «Через него-де волнуется население, а волнения в переживаемый момент военной бури (как известно, шла Первая мировая война – авт.) крайне опасны».
Дальнейшие события фатежского противостояния, к сожалению, не отразились в архивных делах. Вероятно, бурные события 1917 года сыграли в этом не последнюю роль.
P.S. «Сухой закон», подорвавший экономическое положение империи, явился катализатором развития революционной ситуации в России – к такому выводу пришла Ольга Александровна Чагадаева – автор диссертационного исследования ««Сухой закон» в Российской империи в годы Первой мировой войны (по материалам Петрограда и Москвы)», Москва, 2013.