Геннадий Голиков рассказал о службе в ПВ КГБ СССР: «В КСЗПО побывал по разным надобностям от Соснового Бора до Калевалы. Бывал в авиаполку ПВ в Петрозаводске. Курсанты ГА - это курсанты училищ гражданской авиации.
Были такие, готовили техников и даже лётчиков. На выпуске присваивалось звание мл. лейтенантов. Учились там два с половиной года на казарменном положении со всеми атрибутами военного училища.
По окончании распределяли не только в ГА, но и в войска на офицерские должности. В 85 году МО начало снимать с таких училищ брони, и курсанты после перового и второго курса уходили в армию на полный срок рядовыми.
В обязанности повара-инструтора входило и выезды на заставы, в том числе для доведения новых норм питания и использования введенных в раскладку продуктов. За тридцать лет я конечно подзабыл все точные расшифровки аббревиатур, особенно тех которых лично не касался.
Кстати "бегать по отряду" это бегать по гарнизону, рядом с которым располагался учебный пункт, а не по всем заставам отряда. Погранец бы понял - о чем речь…
По моей памяти катерники прибывали уже с морской учебки, куда ехали прямо с призывного пункта. Уже на призывном им сообщали, что служить они будут в ПВ, но три года и одевали в учебке соответственно.
Многие призывники видя флотских без буквы Ф думали что служить надо будет два года и напрашивались к таким купцам. У нас в «краю озер» к матросам относились бережно. Понимали, что тяжело нести службу лишний год в условиях, когда плечо к плечу с тобой служат два года.
Если ставили в наряды, то в почтенные: по штабу, по причалу, по гостинице, по клубу, в столовой только молодые и только по офицерскому залу. В отпуск два раза за службу отправляли.
Старались ставить на должности так, чтобы денежное довольствие больше получали. На дембель шли в первую партию со всеми знаками и не ниже старшины первой статьи. Если матросы хотели в КПСС вступить, то подавали, и их принимали без всяких проволочек и препонов.
Берегли ребятам психику, как могли. На них была положена другая пайка, но они всегда отказывались принимать пищу отдельно от гарнизона и свою пайку отдавали в один котел.
Был у меня казус на картошке. На картошку посылали сборную солянку шоферов со всего округа. Меня отравили поварить на всю сборную, и в помощь мне дали молодого флотского кока.
На месте выяснилось, что шофера в лагере будут только завтракать и вечером перекусывать. Им все раздали талоны на питание в сельских столовых и полевых станах. В лагере оставались только три ремонтника с тягачом и мы, но тоже с талонами.
В общем, готовки было минимум, и я взял все на себя. Через пару дней старые матросы предъявили мне, что так их салага очень сильно расслаблен. Матросы были с морской части и о трепетном отношении к матросам озерным они услышали только от меня.
Я донес, что для меня здесь и так курорт после гарнизонной столовки, а салаге еще два с половиной года корячится. В общем, коку они сами аккуратно все высказали, меня сильно зауважали и по вечерам привозили бутылку пива. Пиво я отдавала коку, так как мне водила с моего отряда привозил все по заказу…».
Подписаться или поставить лайк – дело добровольное и благородное…
