Вместо предисловия. Когда я заканчивала университет, нам сообщили, что одна студентка первого или второго курса нашего факультета больна раком. На первом этаже фойе университета висела информация с реквизитами благотворительного счёта, куда можно было перечислить деньги на лечение и реабилитацию этой девушки. Несколько человек из нашей группы перечислили небольшую сумму денег на этот счёт. И я в том числе. Но очень скоро стало известно, что девушка умерла.
Второй случай произошёл в школе, где я работала. Выпускница 11 класса этой школы скоропостижно скончалась от рака. Мы, учителя, только-только узнали о её болезни, а менее, чем через месяц девушки не стало.
***
Я тогда работала в одной из школ нашего города. Однажды завуч позвала меня и сообщила, что даёт мне час в неделю надомного обучения. Немецкий язык у девочки-третьеклассницы. Я как раз работала в классе, в котором она числилась, только там я вела английский язык. Кто работал с надомниками, знает, что причины для надомного обучения бывают разными. И чаще всего это связано с болезнью ученика.
Прихожу по указанному адресу. Мне открывает мама моей ученицы. Назовём её Полина. Конечно, я сняла уличную обувь. Но тут мне вручили в руки медицинскую маску и дезинфектор для рук. Руки надо было обработать перед надеванием маски. И после. В квартире все взрослые ходили в масках, особенно, когда заходили в комнату к Полине. Полине маску можно было снимать только для того, чтобы покушать. Иногда девочке разрешалось выйти и посидеть на скамеечке около дома. Но такое разрешение надо было получить от врача.
На мой вопросительный взгляд мама Полины ответила, что у девочки рак. Уже три года. Полина заболела, когда ей было пять. На позвоночнике выросла небольшая шишка. Шишка оказалась злокачественной опухолью. Девочка периодически отправлялась на лечение в Боровляны. Иногда с мамой. Но чаще всего с бабушкой. Кроме Полины, дома было ещё трое детей. Самой младшей было чуть больше года.
Полина была очень старательной ученицей. Она хорошо готовилась к нашим урокам. Самой большой мечтой девочки было проучиться хотя бы один день в настоящей школе. Но даже просто зайти в школу Полине было уже запрещено - в школе было слишком много бактерий и вирусов, которые для здоровья девочки были очень опасны.
Одноклассники Полины, которых она видела только один раз в своей жизни, присылали ей трогательные письма и поздравления на разные праздники. Вся стена в детской Полины была увешана рисунками и письмами этих детей.
Занимались мы с Полиной редко. Обычно это было 1-2 занятия в месяц. А потом она отправлялась на очередную химиотерапию в онкобольницу. К лету занятий становилось всё меньше и меньше. А периоды нахождения Полины в Боровлянах становились дольше и дольше. В мае мы уже не занимались.
В июне мне позвонила Полинина классная Наталья Юрьевна и сообщила, что Полины не стало. Нас, как учителей, приглашали проститься с девочкой. Я не пошла. Я не смогла пойти. Мне тяжело видеть детей в гробах. Полина запомнилась мне живой и жизнерадостной, полной любви и надежды девочкой.
Наталья Юрьевна сказала, что мама Полины не плакала. Может, все слёзы уже были выплаканы за три года лечения дочери? "У меня ещё трое детей, кроме Полины", - сказала она мне при нашей первой встрече. И этим детям тоже нужна мама.
А вам доводилось хоронить своих учеников? Пишите в комментариях.
#дети и рак
#онкология у детей
#школа