Пакет, конечно, все-таки порвался. Мандарины вырвались на свежий воздух и, почуяв свободу, оранжевым трехкилограммовым потоком ринулись на снег.
Это очень красиво – оранжевое на белом. Празднично – мандарины на снегу! И настроение сразу предновогоднее ощущается.
Вот только совсем не весело, если мандарины – твои. И ездила ты за ними специально на рынок, и выбирала придирчиво именно эти – с тоненькой темно-оранжевой шкуркой, да чтобы счищалась легко – одним длинным движением, да чтобы сладкие… И накупила аж три килограмма – чтобы на все новогодние выходные хватило… И бережно несла всю дорогу, обхватив тяжелый бумажный пакет рукой, прижав его к груди и периодически опуская туда нос, чтобы вдохнуть предвкушение и праздник…
А потому что нечего было подобной ерундой заниматься!
Захотелось запаха, видите ли! Надо было, как все нормальные люди – положить мандарины в нормальный крепкий пакет. И нести за ручки. Дома нанюхалась бы.
Катя стояла на дорожке к дому – не дошла-то совсем немного! И завороженно смотрела, как мандарины сыплются на снег. Красиво же…
Рядом кто-то присвистнул:
- Ого! Сколько мандаринчиков!
На снегу возле оранжевой красоты возникли черные мужские ботинки.
Катя перевела взгляд вверх. Молодой парень. Наверное, ее возраста. Ничего, симпатичный.
- У Вас есть пакет? Сейчас помогу Вам их собрать! – парень вопросительно глянул на нее.
Катя покачала головой:
- Нету… Может быть, в шапку? Она с отворотами! Всё, конечно, не влезет, но хоть что-то.
Катя стащила с головы шапку и начала отворачивать борта.
- Нет-нет, ну что Вы! Наденьте шапку, холодно!
Парень скинул с плеч рюкзак:
- У меня, вроде, был.
Он порылся в рюкзаке, торжественно показал Кате найденный пакет (тот был свернут в аккуратный плоский квадратик), закинул рюкзак на плечо и принялся проворно собирать мандарины.
Катя тоже отмерла, наконец. В четыре руки они быстро справились. А когда в азарте погони одновременно взялись за последнего беглеца, произошло вполне ожидаемое – Катя и парень столкнулись лбами.
Катя потом вспоминала этот миг: они сидят друг перед другом на корточках, Катина рука обхватила мандарин на снегу, а его рука – поверх Катиной.
- Ну вот! – засмеялся помощник. – Хорошо, что на Вас шапка! А то была бы шишка к Новому году! Вместо елки – на лбу!
Он поднялся и потянул Катю за руку. Мандарин они оба так и не отпустили.
- Кстати, меня Митя зовут.
Он освободил руку и подставил Кате полный пакет:
- Бросайте!
- Меня – Катя.
Катя кинула оранжевый шарик к остальным и улыбнулась:
- Спасибо огромное, Митя! А то я что-то растерялась немножко. Стою и думаю – что ж теперь делать-то? Не в подол же их собирать?
Катя засмеялась, немного оттопырив подол своего короткого пуховика.
Она вопросительно глянула на парня:
- Ну… Я пойду? – и протянула руку за пакетом.
- Катя… Если разрешите, я Вас провожу. Донесу пакет до подъезда хотя бы, а то ведь он тяжелый.
- Да мне неудобно как-то, - смутилась Катя. – Вы и так уже помогли их собрать. Да и пакет, вон, пожертвовали.
- Катя, ну что Вы, такая мелочь! Не бойтесь, в гости набиваться не буду. Просто не стоит девушкам, да еще таким красивым, тяжести носить!
Катя мило улыбнулась в ответ на комплимент. Не преминув про себя ехидненько усмехнуться – а досюда мне их эльфы несли, что ли?
***
- Котенок, знаешь, я раньше мандарины как-то не очень любил. Больше яблоки. А теперь это мой любимый фрукт. Ведь благодаря им я познакомился с тобой.
Митя взял Катину руку и ласково коснулся ее пальцев губами. Катя свободной рукой прикоснулась к его щеке:
- Да, Митя. Знаешь, я хоть и любила мандарины, но теперь еще больше буду любить! И как хорошо, что мне нравятся бумажные пакеты, правда? – лукаво улыбнулась она.
Вот правда же! Если бы не тот порвавшийся пакет, не сидели бы они сейчас с Митей в ресторане, отмечая месяц со дня знакомства. И не было бы у нее Мити. И не было бы всей их красивой и романтичной любви.
Митя был сегодня почему-то неспокоен. Чего-то ждал? Или хотел сказать?
Ооййй… Кажется, Катя поняла, что именно. Нет! Она не хочет! Вот так, сразу, стать женой? Слово-то какое скучное… И вообще – это так скучно – семья, все время вдвоем… кастрюли… пеленки… а, да, сейчас же памперсы. Ну, все равно. Конечно, она Митю любит, очень-очень. Но замуж… Нет. Потом.
И точно.
Митя наконец, решился. Сунул руку в карман и протянул ей маленькую бархатную коробочку в виде сердечка. И дрогнувшим голосом произнес старые, как мир, волшебные слова:
- Катя! Я тебя люблю. И прошу стать моей женой.
- Митя, я тоже тебя люблю. И предложение принимаю, конечно. Но с одним условием: давай немножко подождем.
На просиявшее было Митино лицо тут же будто тень набежала:
- Подождем? Чего? И сколько?
- Ну… Давай до осени хотя бы. Да, до осени. У меня же в ноябре день рождения, вот, вместе и отпразднуем. А то как-то неприлично – только месяц как познакомились – и жениться!
- Катенька, да кому какое дело? Ну, мы же с тобой любим друг друга? И хотим быть вместе? – Митя явно расстроился.
- Конечно, любим и хотим! – Катя погладила его по руке. - И будем. Только чуть позже, ладно?
- Ладно… - Митя явно сник. Даже плечи опустились.
Кате стало его так жалко, что ее губы вдруг сами собой выговорили:
- А знаешь что? Давай пока не расписываться, а просто вместе жить? Гражданским браком? Заодно и привыкнем друг к другу, и узнаем друг друга получше, а? – Катя заглянула ему в глаза.
- Катя. Это же… Ну, нехорошо. Некрасиво. Вроде я тебя буду использовать, -
- вздохнул Митя.
- Да ладно! А может, это я буду тебя использовать, - задорно улыбнулась Катя.
- Используй, Катенька! Используй, пожалуйста! Распоряжайся мной как хочешь, любимая моя!
Столько жара было в его словах, во взгляде, что эта жаркая волна подхватила Катю и унесла куда-то далеко.
Так далеко, что она даже не помнила, как они ушли из ресторана и оказались дома у Мити…
***
- Котенок! Надень шапку, сегодня снова похолодало!
- Нет, Мить, не хочу. Волосы опять примнутся. Да и у меня капюшон теплый!
Митя вздохнул:
- Ну хоть зонт возьми. В прогнозе передавали – будет дождь.
- Не «будет», а «возможен». Две большие разницы. Ты же знаешь, как я не люблю зонтик таскать. Ничего, если начнется, капюшон надену. Да мне и идти-то от метро недолго, не вымокну.
- Котенок, вот сколько раз я тебе предлагал – давай, буду возить тебя на машине.
- Ага, тебе крюк в полгорода!
- Ну и что? Мне же это только в радость!
«Тебе в радость, а мне-то – нет», - сердито подумала Катя. А вслух сказала, стараясь не злиться (ну, человек же искренне переживает, зачем его обижать):
- Митенька, ты же в курсе: мы с Таткой ездим. Это у нас единственные полчаса в день, когда мы можем вволю поболтать. Потом – работа, у меня – ты, у Татки – Ромка. Ну, мы так привыкли. Не обижайся, зайка. Все, пока! До вечера!
- Пока… - Митя обнял ее и поцеловал в макушку:
- Котенок, я тебя прошу: не носись как угорелая. Через дорогу осторожно, ладно? Ты же знаешь, какие водители бывают невнимательные! И покушай в обед хорошо, а не кофе с салатиком.
- Ладно!
Катя выскользнула из Митиных объятий и выскочила за дверь. Фуууххх! Наконец-то можно снять сладенькую улыбочку с лица.
Этот разговор, с небольшими вариациями, повторялся каждое утро. Митя советовал ей надеть шапку (перчатки, куртку потеплее и так далее), взять зонтик, хорошо «покушать», быть внимательной. И всё такое прочее. Сетовал, что она не хочет, чтобы он возил ее на работу на машине. Окружал заботой дома. Приносил по выходным завтрак в постель. По малейшему поводу таскал букеты. Дарил духи и украшения. Следил за каждым чихом. (Да уж лучше совсем не чихать! Тут же – капли-таблетки-градусники-горчичники. Пару раз Катя от вызова Скорой по поводу банального насморка отбилась только под угрозой сбежать из дому!)
Старался предупредить малейшее желание.
Не мужчина, а сплошная сказка.
***
И сказка всё длилась и длилась, тянулась и тянулась.
Вот только ей, Кате, сказка эта все больше и больше почему-то надоедала. Митина неутомимая забота уже вызывала у нее тоску и зубовный скрежет…
«Сказка была такой страшной, что воспитательница вывела детей покурить» - вспомнился ей анекдот.
Да уж. Тут не только что закуришь, а, того и гляди, запьешь, пожалуй.
Как ее это достало, кто бы знал!
Было же все так хорошо! Раньше! Как говорится, и полгода не прошло. Вот кто, какой враг рода человеческого, дернул ее тогда, пять месяцев назад, предложить этот несчастный «гражданский брак»? И какой Ангел-хранитель уберег от похода в загс?
Все вокруг восхищались их парой. Их нежными и красивыми отношениями. Митиной трепетной любовью и заботой.
И только одна Татка была в курсе. Да и она ничего не понимала. С жаром уверяла Катю, как ей повезло. Что миллионы женщин мечтали бы о таком мужчине. Что у Катьки в голове «винтиков не хватает», раз не понимает и не ценит. И что вообще – «зажралась ты, Катька, вот что я тебе скажу!».
А Катя чувствовала, что Митина забота давит на нее. Душит так, что не продохнуть. Туго-натуго обволакивает упаковочной пленкой, как затягивают чемоданы в аэропорту. Гнет к земле свинцовой плитой.
И ей хотелось кричать, орать прямо Мите в лицо: «Отстань от меня! Я не ребенок! Я сама знаю, что мне надевать, что есть и пить! И как лучше почистить тот же мандарин! И как переходить дорогу! И я в состоянии доехать до работы и даже обратно – сама!!!».
***
Катя зашла в супермаркет. Бродила возле полок, соображая, что бы купить. Дома, кажется, все есть. Зашла-то она сюда так, время тянула. Чтобы подольше не приходить. А то ведь опять сейчас эта тягомотина начнется: «Котенок, ты устала?», «Котенок, не вставай, отдыхай, я сам тебе подам», «Котенок, что ты хочешь – чайку или какао? Я сварю», «Котенок, вот плед, прикрой ножки, а то прохладно»… Тьфу, право слово! Она вполне в состоянии и встать за вилкой, и чаю себе налить, и плед взять. Если нужно! Как же надоели все эти мусю-пусю, кто б знал! Честное слово, она скоро не то что огрызаться – кусаться начнет!
Сходить, что ли, фруктиков посмотреть?
А во фруктовых рядах взгляд ее притянули ящики с ярко- оранжевыми шариками. Мандарины. Точно такие же, как «те» - тонкая шкурка, жаркий насыщенный цвет. Они словно бы светились и манили…
Катю будто током ударило. Она смотрела на ящики и кипела: «А вы что тут делаете? Не ваш сезон! Ваше время давно прошло! И вообще - ненавижу мандарины! Всё из-за вас!». Ее бы воля – она схватила бы все эти ящики, перевернула - и топтала, топтала ногами противные рыжие шарики…
А потом вдруг как-то разом успокоилась. Да при чем тут мандарины-то?
Да и действительно – их время давно прошло. Кончилось.
Решение пришло тоже разом. Теперь она знала, что делать. Правильно, не правильно – неважно. Это ее дело и ее жизнь!
***
Как Катя умудрилась все это провернуть – она и сама толком не понимала. Но недаром же говорят: «Глаза боятся, а руки делают».
Они с Митей собирались к морю. Митя полностью все распланировал и оплатил. Все нервы ей вымотал, по тысяче раз переспрашивая, чего желает ее драгоценная душенька. А уж когда он стал выяснять, какой размер бассейна при отеле она предпочитает – Катя чуть не взвыла. Да какая разница! Она просто хочет десять дней купаться в море!!!
Сложно было – перенести отпуск на работе на месяц раньше. Надо же было найти замену. Но ничего – Наталья Ивановна даже обрадовалась. Август на даче – самое лучшее время. Урожай, закрутки, то-сё…
А вещи свои потихоньку собрать и к родителям увезти? Да так, чтобы Митя не заметил? Пришлось придумать, что просто хочет обновить гардероб и старье отвезет маме, чтобы та знакомым отдала. А впрочем, вся Митина внимательность и дотошность именно на вещи не распространялась. Лежит что-то в шкафу – да и лежит. Ну, кое-что ведь она оставила! Чего не жалко было.
Но самое сложное – это письмо Мите. Вернее, видео, оставленное на его ноутбуке. Где она с ним прощается.
Пришлось снова врать. Что полюбила другого, что с ним уезжает отдыхать. Что замуж выходит. «Замуж» и «полюбила» - это обязательно. Иначе Митя от нее не отстал бы. Да, ему больно будет, конечно. Зато – сразу. Не стоит отрубать хвост собаке по частям…
***
Татка тоже пока ничего не знает. А то бы Катя выслушала очередную порцию возмущений и уверений в собственной умственной неполноценности. Ну, ничего, Татка – человек. В конце концов будет на ее, Катиной стороне.
А ей – как же хорошо сейчас! Прямо дышится полной грудью! И никто над душой не стоит и в рот не заглядывает. И кажется, что это не самолет несет ее к морю, а сама она летит, раскинув крылья, в ласковых и невесомых воздушных потоках!
***
- Паап! А мама опять шапку не хочет надевать!
- А ты – ябеда-корябеда! – Катя скорчила Дениске рожицу. – И вообще, одевайся скорее, тебя там в садике заждались уже. А меня, между прочим, на работе!
- А я, между прочим, сколько раз тебе говорил – давай, буду тебя возить!
Олег вышел в прихожую тоже уже почти одетый.
- А я тебе сколько раз отвечала – мы ездим с Таткой. И болтаем всю дорогу. И тебе в другую сторону. И ты, кстати, тоже поторапливайся уже!
- Вот ты несговорчивая, - вздохнул муж. – А шапку все-таки надень. И не надо ля-ля про капюшон – сегодня морозец приличный, да еще и ветер сильный. Вон как в окна завывает!
- Слушаюсь, господин!
Катя отвесила шутливый поклон и натянула пушистую шапку.
– Еще приказания будут?
- Нет, только пожелания.
- Знаю-знаю! Не летать как угорелая, смотреть под ноги и по сторонам, перед едой мыть руки! – засмеялась Катя и чмокнула мужа в щеку: - Хорошего дня!
- И тебе, Катюша.
Олег потерся щекой о ее щеку.
- Да! И не пей, пожалуйста, кофе литрами, ладно?
- Ок! Все, Динька, пошли! Олежа, до вечера!
Дениска, как всегда, нажал кнопку лифта и заглядывал в щелочку его дверей – скоро ли? А Катя стояла и улыбалась. До чего же приятно, когда о тебе так заботятся! Счастливая она!
***
✅ Вот такая история получилась. Спасибо, что прочитали. И поставили лайк!
***
Любовь может начаться с мандаринов. А может с яблок. Как в рассказе Яблоки нашей судьбы. (просто нажмите на название канала).
И забота, бывает, не всегда радует того, о ком заботятся. Особенно, если делают это так, как в рассказе "Я тебе всю жизнь отдала".
***
Жду ваших комментариев! А пока пишу дальше.
Ваша Елена-Уютные истории за чаем ☕🍰🍬