О буддизме принято говорить как о чуть ли не самом миролюбивом религиозно-философском учении. Очень часто публицисты и общественные деятели изображают его в такой идеалистической пасторальной картине. Однако главная особенность выбора буддийского пути состоит в том, что правда должна стоять выше любого желания.
Правдивость, сачча-парамита (sacca-pāramī) – одно из десяти совершенных качеств, которые прославляются в суттах палийского канона. В махаянском направлении центральную роль играет бодхичитта, то есть «пробуждающая мысль» или «пробуждённый ум». Я несколько раз встречал у мастеров дзен-буддизма пояснение, что пробуждённый ум — это ум, устремлённый к истине, к правде.
А что такое правда? Лучшее определение я запомнил так: truth is where no interest. Слово interest в этом высказывании означает личную заинтересованность, буквально личную выгоду. Правда не может быть там, где есть личная выгода, потому что наличие таковой уже приведёт к искажению — как приводит к нему желание показать буддизм в идеалистическом виде.
Да, первая заповедь буддийского кодекса чести — панатипата верамани сикхападам, «я обязуюсь воздерживаться от лишения жизни». Соответственно, любое сознательное причинение вреда и, тем более, смерти другому живому существу является нарушением первой буддийской заповеди. Что уж говорить о боевых действиях и военной агрессии…
Однако и в древней, и в современной истории буддизма есть немало эпизодов, в которых буддисты демонстрировали прямое нарушение этой заповеди. В истории Китая известно событие, когда большая община буддийских монахов подняла вооружённое восстание в столице, которое помогло монгольским ханам вторгнуться и захватить власть. Именно с тех пор главный буддийский храм в Пекине принадлежит церкви тантрического буддизма, главными благодетелями которого была именно монгольская династия.
В истории Японии была ещё более неприятная для буддизма страница, когда во времена Второй мировой войны имперский милитаризм настолько поразил умы людей, что буддийские священники благословляли войну и собирали деньги для её финансирования. Даже знаменитый последний патриарх Сото-дзен Кодо Саваки выступил с ужасным оправданием военной агрессии Японии, допустив настоящую психологическую перверсию. Я с глубоким сожалением привожу его слова (английский перевод здесь):
«Во имя наказания тех, кто нарушает порядок вещей. Заповедь, запрещающую убийство, соблюдают как те, кто не убивает, так и те, кто убивает. Ибо эта заповедь держит в руке меч. Эта заповедь бросает бомбу».
С не меньшим сожалением приходится признать, что и в странах, где главенствует палийский буддизм, называемый тхеравада, священники и монахи также оказались вовлечены в агрессивные военные действия. В Мьянме некоторые буддийские священники разжигали неприязнь в отношении мусульман малой народности рохинья, что привело к многочисленным актам агрессивного насилия. А на благословенной Шри Ланке, родине тхеравады, в ходе гражданской войны, которая длилась более двух десятков лет, буддийская церковь стала одним из пропагандистов сингальского национализма. Отголоски той жестокой войны до сих пор ещё можно встретить на улицах ланкийских городков, например, в виде вот таких надписей на тук-туках:
Не знающему контекста человеку это может показаться чем-то безобидным. Мол, ну гордится человек тем, что он буддист, ну и что? Но контекст этого печален, так как долгая кровавая война шла между тамилами (индустами) и сингалами (буддистами), и заявление «я буддист и горжусь этим» означало для сингала заявление своей воинственной позиции. Это выглядит не так глупо, как русские надписи «на Берлин» и «можем повторить», но по своей сути столь же агрессивно.
В завершение этой статьи я всё же хочу сказать, что хотя мы не должны закрывать глаза на приведённые факты, они в большей степени говорят о том, что ведомый своими желаниями человек способен исказить любую правду и превратить даже самое миролюбивое учение в оправдание своего греха. Грех намеренного убийства очень часто прикрывался и прикрывается словами про бога. К сожалению, он точно так же может быть прикрыт словами про Дхарму и Будду.
И всё же… я знаю, что истинная преданность учению Будды означает бескомпромиссное устремление к истине, к правде — то есть к очищению ума от лжи, к которой мы склоняемся потому, что чего-то боимся; от заблуждений, возникающих в силу принятия на веру того, что нам нравится; а также от навязываемых пропагандой мнений, потому что пропагандист всегда старается нравиться своей публике, а значит он лжёт, потому что… нет правды там, где есть личный интерес. Truth is where no interest.