В начале XIX века Богословск был не просто уральским заводским посёлком. Это было место, куда ссылали преступников со всей Российской империи. Днём — тяжёлый труд в рудниках. Ночью — тюремные казармы. Некоторые не снимали кандалы даже во время работы.
И именно сюда осенью 1828 года прибыл человек, которому суждено было открыть новый химический элемент.
Сирота, аптекарь, учёный
Карл Клаус (1796–1864) родился в Дерпте (сегодня — Тарту) в семье художника. В четыре года он потерял отца, в шесть — мать. Его взял к себе отчим. У мальчика рано проявился талант к рисованию, но из-за бедности ему пришлось оставить гимназию.
В 15 лет его отправили в Санкт-Петербург к родственникам. Там он стал учеником в аптеке. Уже к двадцати годам Клаус получил звание провизора, а затем аптекаря в Медико-хирургической академии. Это был редкий пример того, как сирота без средств смог пробиться в научный мир благодаря труду и настойчивости.
Позже он переехал в Казань, где сблизился с профессорами университета. Его приглашали в научные экспедиции — сначала для изучения флоры, затем как рисовальщика и исследователя.
Путешествие на Урал
Летом 1828 года Клаус отправился в шестимесячную экспедицию вместе с профессором физики и химии Адольфом Купфером. Маршрут проходил через Уфу, Златоуст, Миасс, Екатеринбург, Нижний Тагил и дальше — на север, в Богословск.
14 сентября поздно ночью их почтовые экипажи въехали в посёлок.
Путешественников встретили радушно: управляющий Богословскими заводами Ф. Ф. Бегер разместил их у себя. Но за внешним спокойствием скрывалась другая реальность.
Богословск был полностью деревянным поселением с населением около трёх тысяч человек. Значительную часть рабочих составляли ссыльные. После отмены смертной казни в России тяжёлые преступления карались каторгой в Сибири. Осуждённых направляли в рудники и на заводы.
День — под землёй. Ночь — в тюрьме. Некоторые носили кандалы постоянно и находились под усиленной охраной. На улицах можно было увидеть казаков Уральского казачьего войска и солдат внутренней конвойной стражи, сопровождающих партии заключённых.
Богословский завод был фактически исправительным учреждением под открытым небом.
Вид, который сохранил историю
Клаус не только проводил исследования — он рисовал. Именно его карандаш сохранил для нас облик Богословска 1828 года.
С возвышенности на южной стороне посёлка он изобразил панораму: барочный Введенский собор с высокой колокольней на фоне горы (ныне Голая), корпуса медеплавильного завода, широкую плотину через реку Турью и заводской пруд. На дальнем плане — вершины Уральских гор.
А на переднем — конвой ведёт ссыльных на работы.
Через пять лет, в 1833 году, по рисункам Клауса в Париже были выполнены гравюры для книги Адольфа Купфера «Путешествие на Урал, предпринятое в 1828 году». Литографии создали французские мастера Эдуард Жан-Мари Остен и Жан-Виктор Венсан Адам.
Так Богословск — суровый центр каторжного труда — оказался запечатлён в европейском научном издании.
От каторжного завода — к открытию элемента
Спустя годы Клаус станет профессором Императорского Казанского университета. В 1844 году он выделит из платиновых остатков нижнетагильской руды новый элемент платиновой группы и назовёт его рутением — в честь России.
Возможно, именно путешествия по Уралу и знакомство с горнозаводским миром сыграли свою роль в его научной судьбе.
История Богословска — это не только история промышленности. Это история людей: ссыльных, солдат, инженеров и учёных. И иногда именно такие суровые места становятся частью больших научных открытий.