- С.ерти боюсь, - пишет в вотсап жена.
Что может ответить жене в вотсап пятидесятилетний мужчина, тоже боящийся .мерти.
Осторожно отвечаю:
- Ну мы все у.рем.
- Нет ты не понимаешь, - отвечает жена.
Я еще более осторожно пытаюсь ответить. В принципе я читал и Ницше, и Платона, и Шестова, и Бодрийяра, прости Господи. Могу что-то ввернуть.
- Я пойму, - выдавливаю я.
- Я обещала Во.ну и мир прочесть Толстого.
- Кому, - удивленно спрашиваю я, всё более не понимая.
- Высшим силам, - отвечает жена.
- Прям В.йну и мир?
- Когда я в 17 лет поступала в университет, то на экзамене по литературе поклялась Высшим силам, что прочту .ойну и мир, если мне не выпадет билет по Толстому.
- И чего?
- Выпал Маяковский.
- Даааааааа, - тяну я, - надо теперь Войну и мир прочесть, нехорошо.
- Нехорошо, - пишет жена, - живу, живу и все не так, все ни к чему, надо Толстого прочесть.
- Мне больше Анна Каренина нравится и Смерть Ивана Ильича.
- Но я вот что думаю, - пишет жена.
- Что? – опять недоумеваю я.
- А вдруг я сейчас прочту Толстого и сразу .мру. Типа все обещанное сделала и Высшие силы скажут:
«Все Леночка, погуляла, давай в гроб».
- Резонно, - отвечаю я.
- И что мне делать, - в отчаянии пишет жена.
Я не люблю, когда женщина в отчаянии. Женщина в отчаянии может совершить что угодно. Покорить Эверест, уехать в штат Джорджия Северо-Американских штатов или потребовать завести третьего кота.
- Хорошо, - пишу, - мы же решили умереть в один день?
- В один.
- Ну я в тот день, когда буду умирать, принесу тебе Войну и мир, и ты его прочтешь.
- А когда ты умрешь, - спрашивает жена.
- Не знаю, - отвечаю, - эта тайна мне неведома.
- Ладно, - пишет жена, - ты меня успокоил. Пойду почитаю пока Бабеля.
- Одесские рассказы?
- Одесские рассказы.
Осторожно шлю смайлик, мало ли что придет в голову женщине в отчаянии.
Вячеслав ХАРЧЕНКО