11 месяцев исполнилось дочери Есенина, когда отец впервые её увидел. Рожала Зинаида Райх на родине – в Орле. В Москву она вернулась только в конце апреля 1919 года. Горе-муж поселили её в квартире друга Вадима Шершеневича. Но пропустил ради жены и дочери большие гастроли имажинистов по Украине. А потом поэты совершили религиозное хулиганство в стиле Pussy Riot.
Как только имажинисты вернулись из большого турне по Украине, в котором Есенин не участвовал, Госиздат запретил им без согласования выпускать поэтические сборники. Есенин, как это обычно бывало, вспылил. Он нашел другой способ доносить до читателей свои стихи.
Поэт предложил писать стихи на стенах общественных зданий. Первую акцию решили проводить в Страстном женском монастыре, построенном в 1654 году! Рядом с ним находился Моссовет. Имажинисты сильно рисковали, но против цензуры выступить должны были.
Ночью 28 мая масляными красками Мариенгоф выводил на стене строчки Есенина:
Облаки лают,
Ревёт златозубая высь…
Пою и взываю:
Господи, отелись!
«Гос-по-ди, о-те-ли-сь», – прочитал милиционер, который подошёл к группе хулиганов. Поэты из истории выкрутились блестяще.
Они сказали, что занимаются общественно-важным делом по заданию исполкома – улучшают революционный облик Москвы. Милиционер поверил и ушёл. Поэты, конечно, посмеялись над ним, но утром им стало не до шуток.
Вадим Шершеневич пошёл полюбоваться художествами при свете дня и уже издалека увидел, как стены монастыря обступила толпа и конная полиция. Стены монастыря со стремянок, задрав юбки, освобождали от поэтического творчества имажинистов монахини.
Вечером имажинисты выступали на сцене Всероссийского союза поэтов. И на их концерт пришли возмущенные хулиганской выходкой москвичи.
Но ни драки, ни даже скандала не случилось. Никто имажинистов к ответственности не привлёк, стены монастыря оттерли. В том же 1919 году в нем расположили Центральный антирелигиозный музей Союза безбожников СССР. А в 1937 году здание монастыря и вовсе снесли.