Катька расплакалась в его руках, как сопливая девчонка. От накатившего глухого отчаяния и от обиды за себя — только-только глотнула крохотную порцию счастья и не успела насладиться толком, и даже на эту малость покушается вся её ненормальная семейка, включая обнаглевшего старшего брата. Она жадно вдыхала уже до боли знакомый, дурманящий мужской запах и вжималась, впечатывалась в возникшего из ниоткуда Никиту, как цепляются за последний шанс.
Он гладил её волосы и обнимал так бережно, что Катька вдруг поняла с кристальной ясностью — Никита никогда не причинит ей никакого вреда. Это просто невозможно, это ложь. А правда в том, что она нужна ему. По-настоящему.
— Моя маленькая, ты чего? — пробормотал он в горячую макушку. — Ну же, Катя. Почему ты плачешь?
В его голосе отчётливо слышалось намерение защищать её от любых угроз.
Выжигающий изнутри жар исчез, словно лекарство было в нём, в Никите. Измученное тело исцелялась с каждым вздохом и прикосновением, наполнялось жизненной силой из самого подходящего в мире источника.
Большой палец пробежался по подбородку, а Никита склонился ближе и сместил фокус на заманчиво приоткрытый рот. От поцелуя Катька расслабилась окончательно и наконец смогла мыслить почти связно. Сжимавший её обруч лопнул, и она выпалила первое, что взбрело в голову:
— Ты же не обидишь меня?
— Катя… Откуда такие глупости?
— Это не глупости. Помнишь, я говорила про пропавшего брата? Так вот, он предупредил насчёт тебя.
Не дружи с этой девочкой (начало, назад)
— Брат-призрак? — Никита не отстранился и только теснее обнял девушку. — Тот самый? И что же он сказал обо мне?
— Что ты для меня опасен.
— Но ты же в это не веришь?
— Нет, конечно.
Но прозвучало почему-то как мольба.
— Послушай меня очень внимательно. Я не могу объяснить всего, это реально очень сложно, но ты должна знать главное — ни при каких обстоятельствах я не подведу тебя.
— Но я готова послушать про сложное, — робко попросила Катька.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
— И я расскажу, — твёрдо пообещал он, — когда ты будешь готова. Многому ты научишься сама, но я буду рядом и помогу.
— Хорошо, — доверчиво выдохнула она, — тогда что мы будем делать? Я не хочу с тобой расставаться. Больше никогда.
Признание вырывалось слишком быстро даже для неё, но страх оказаться навязчивой и ненужной куда-то отступил. Близость к нему и вера в прекрасное, почти осязаемое будущее для них двоих опьяняли, а от терзавших её сомнений ничего не осталось. Ни капельки.
— Вот как! А тебе не пора… э-э-э… вернуться в дом? — Никита поедал её ошалевшими от зашкаливающих эмоций глазами. — Тебя скоро хватятся.
— Наплевать. Я вообще могу сбежать оттуда, — жар прошёл, но её начала бить дрожь от предвкушения чего-то волшебного. Катька поверить не могла в собственную смелость, — их волнует только мой старший братик, так пускай наслаждаются общением с призраком. Если смогут.
— Что он ещё сказал? Кроме того, что я опасен?
— Что ты виновен в его исчезновении.
— Прямо так и сказал? — изумился Никита, и Катька поправилась.
— Намекнул. Довольно неуклюже, кстати, что ты как-то замешан в этом, хотя и косвенно.
— Ясно.
Никита чуточку напрягся.
— А что на самом деле? — с замиранием прошептала она.
— Моей вины нет. Клянусь тебе.
Катька вдруг вспомнила про фотографию.
— Вы же дружили? С Костей?
— Сомневаюсь, что это можно назвать дружбой. Скорее он учил меня.
— И чему же?
— Способу видеть больше, чем другие. Как ты.
— Получилось?
— Как видишь.
— Тогда почему ты не признался мне, что вы знакомы? Это же не так плохо, разве нет?
— Боялся, что ты оттолкнёшь меня из-за брата. Ты же этого не сделаешь?
Глаза его сверкнули беспокойством.
— Нет. Мы теперь будем вместе. Навсегда. Я тебе верю.
— Так и будет. А теперь шагом марш домой, или мне придётся тащить тебя силком. Не хотелось бы скандала с твоими родителями на ночь глядя, да и тебе надо выспаться. Ты вся горишь.
— Нет-нет, я в норме.
— Мы увидимся завтра утром, ясно? Буду ждать тебя возле водокачки.
— Во сколько?
— Неважно. Я буду ждать.
Катька ещё разок поднялась на цыпочках и собственнически поцеловала Никиту, а потом проговорила с какой-то новой дерзостью:
— Смотри, не пропусти правильный момент, а то я не выдержу ждать слишком долго. Кажется, я больше не могу без тебя жить.
Он с восхищением оглядел девушку, а потом отпустил:
— Ну же, беги! И не сломай ноги на бочке. Она ржавая.