Люди, особенно молодёжь, не любят "не таких" как они, насмехаются над ними, обижают и даже издеваются. А каково быть "белой вороной"?
Люся продолжала рассказывать о себе. Она понимала, что никуда бы её родители не отпустили, если бы не бабушка Лиза. Ей бы и думать не пришлось куда идти после школы, место на железной дороге было ей подготовлено, она и во время каникул там работала. Продавала билеты на пригородные поезда, принимала участие в озеленении вокзала, высаживала цветы и ухаживала за ними. Ей это нравилось. И её мечты не поднимались выше проводницы поездов дальнего следования. Юля, её кузина, работала на этой должности уже много лет и Люся завидовала ей и удивлялась тому, что Юля была недовольна своей работой и жаловалась на усталость.
«Ну отчего тут можно уставать?» - думала Люся. Впустила/выпустила пассажиров и сиди в своём купе, любуйся видами за окном. В Москву Люся ехала в тётином вагоне, помогала ей во всём и ни уборка вагона, ни уборка туалетов не заставила её изменить своё решение работать проводницей.
Вот и сейчас Люська давно бы бросила университет и отправилась бы колесить по стране. Вот только бабушка Лиза нуждается в её помощи. Можно было бы найти для неё сиделку, узнав сколько это будет стоить, Люся выбросила этот план из головы. Да и бабушка в этом отношении вредная и никого видеть рядом с собой не хочет.
Ну ничего, Люся готова ухаживать за бабушкой, а работа проводницей её подождёт. Вот когда закончит университет, тогда и будет проводницей. Ну, конечно, если бабушки к тому времени не станет. Нет, Люся смерти ей не желала, но ведь старенькая она уже. Всё может в любой момент случиться. Люся в ужасе думает о том, что она будет делать, если э т о случится? Хоть рядом ложись и тоже помирай.
«Пусть бабушка живёт как можно дольше» - думала Люся.
- Ты не бросай меня, Люся. Я тебя вознагражу, ты будешь довольна, - просила бабушка Лиза, - Комната эта тебе достанется, а комната и не пустая, тут шкаф есть… Ты присмотри за ним.
Бабушку Лизу Люся полюбила и бросить не могла. А насчёт вознаграждения она и не думала. Ничего ей и не надо. А шкаф, которым бабушка дорожит, вообще рухлядь, ему лет больше, чем бабушки.
Люся продолжала рассказывать о себе и о бабушке Лизе, а я подумала, что наверняка у неё и финансовые проблемы имеются и спросила об этом.
- Нет! У меня денег на всё хватает! - ответила Люся, - Я же полностью бабушкиной пенсией распоряжаюсь, а кроме того ещё и стипендию хорошую получаю.
— Стипендию? Но у вас же имеется академическая задолженность, а приеё наличии стипендия не выплачивается, - удивляюсь я.
- Мне выплачивают. Я же по целевому набору поступила и стипендию платит мне железная дорога. Я получаю от предприятия сообщение, что стипендию в порядке исключения, мне платят. Так что, денег нам с бабушкой хватает. Я их трачу только на продукты, мне же больше ничего и не надо…
- А одежда? Обувь? - интересуюсь.
- Так у меня всё есть! Мне этого надолго хватит. Бабушка Лиза богачкой была. У неё столько всего! Мне носить и не переносить. И обуви много. А размер у нас с ней одинаков.
Ну вот и всё понятно откуда этот эксклюзив и раритет у Люси. Бабушкину одёжку донашивает.
- А бабушка Лиза тоже из Сибири? - спрашиваю Люсю.
- Нет, они с моей родной бабушкой коренные москвички. Бабушка Лиза и моя бабушка Маша сводные сёстры. Мать бабушки Маши умерла при родах и через некоторое время отец бабушки Маши женился на женщине с ребёнком, то есть на маме бабушки Лизы. Она на несколько лет старше моей бабушки Маши и воспитывались они вместе. Я слышала, что жили они очень дружно и в достатке. Фёдор Матвеевич, отец бабушки Маши и отчим бабушки Лизы был учёным-биологом, занимался селхозкультурами и увлекался генетикой. А в Сибири он оказался не по своей воле. Кто-то из института, где он работал, написал на него донос. Его обвинили в сокрытии своего происхождения. Отец Фёдора Матвеевича был офицером царской армии и расстрелян большевиками. Сначала Фёдора Матвеевича отправили в Сибирь в ссылку на каторжные работы, а его семью на поселение тоже в Сибирь. Жена Фёдора Матвеевича смогла оставить свою дочь Лизу в Москве у своей матери, а на поселение она уехала с дочерью Фёдора, Машей.
Вскоре после войны семье разрешили воссоединиться. К тому времени жены Фёдора Матвеевича уже не было в живых, а дочь Маша вышла замуж за местного парня. Вскоре у Маши появилась дочка, будущая моя мама. А дальше жили как и все. Сразу после реабилитации Фёдор Матвеевич собирался переехать в Москву, чтобы иметь возможность вновь заниматься наукой. Но денег на переезд не было, да и здоровье его ухудшалось с каждым днём.