Глава 57
Узнав, в какой каюте расположилась Мари, шеф-повар на следующий же день после работы отправился туда прогуляться по палубе, церемонно раскланиваясь с узнававшими его пассажирами. И там, будто случайно, столкнулся с предметом своего обожания. Юная особа стояла у борта и романтично смотрела в морскую даль.
Подойдя к девушке и сделав вид, что эта встреча для него совершенно неожиданна и потому безумно приятна (второе было правдой), Пьер пустил в ход все свое знание русского языка и обаяние. Он рассказывал Мари о том, какие прекрасные вечера бывают в Марокко, где невероятные цветовые гаммы. Поведал, как готовится одно из лучших его блюд, не отяжеляя свой рассказ, конечно, излишними кулинарными подробностями.
Свою речь при этом Пьер из-за недостатка русских слов щедро перемежал французскими, а сам при этом следил за тем, с каким восторгом Мари вслушивается в иностранную речь. Уж Пьер, будучи не впервые знаком с русской девушкой, знал, какое впечатление производят на них эти слова. Многие вообще млели только от сознания, что с ними общается настоящий француз. А уж его речь так и вовсе обладала каким-то магическим действием.
Во время общения Пьер предложил во время следующей встречи – буквально завтра – устроить Мари экскурсию по круизному лайнеру. Обещал показать места, куда нет доступа обычным пассажирам. «Но обязательно будет доступ у вас, очаровательная мадемуазель, потому что с Пьером вам здесь любые двери открыты», – сказал француз.
Его уверенность объяснялась довольно просто: старший помощник капитана приходился Пьеру дальним родственником – троюродным братом, потому разрешал по-свойски немножко нарушать правила внутреннего распорядка. Тем более что знал о романтических приключениях дальнего родственника. Да и сам порой, под большим секретом, в них участвовал. Такое происходило, если вдруг у новой пассии повара обнаруживалась симпатичная подружка.
И вот на следующий день Пьер зашел за Марией, вручив ей букет алых роз, и сказал, что на этот день он станет ее Вергилием. «Только Вергилий водил своего героя по кругам ада, я же покажу вам, прекрасная Мари, все круги рая, из которых соткан этот могучий корабль», – добавил он.
Маша с удовольствием согласилась. Ей по-настоящему нравился этот француз, хотя и был намного старше ее обычных ухажеров. Никаких иллюзий в отношении него девушка не испытывала. Это Пьеру она казалась романтичной и наивной барышней, которая, вкусив плоды его труда, совершенно им очаровалась. На самом деле Машей двигали практические умонастроения.
Она, заметив повышенный интерес шеф-повара к своей персоне, сразу разгадала, чего он добивается. И решила ему не отказывать, тем более что и сама давно хотела расстаться с девственностью. Только никто из тех, кто окружал Машу, – а это были сплошные прыщавые юнцы из школы, – не подходил по критериям. Их было несколько: парень должен быть постарше, искушен в постели и уметь красиво ухаживать.
В Пьере все эти критерии сошлись как нельзя лучше. Более того: он был иностранцем, значит, ни о каком продолжении романа и речи быть не могло. Все это Машу устраивало на сто процентов. Потому она, превратившись для француза в невинную глупенькую девочку, любезно приняла его приглашение посетить тайные уголки корабля. Тем более что ей двигало и обычное женское любопытство.
Тот вечер они провели превосходно. Пьер провел Машу сначала на капитанский мостик, где показал, как управляется эта огромная круизная махина. Затем они побывали в кают-компании, посетили самую верхнюю палубу, заставленную всевозможными антеннами, но с которой открывался изумительный вид на море. Потом было – машинное отделение, где Маша увидела невероятных размеров механическое сердце корабля.
После экскурсии, стоя на палубе неподалеку от каюты Маши, Пьер нежно поцеловал ее ладонь и сказал: «Очень жаль, что нам приходится расставаться. Я бы мечтал продолжить это свидание». Маша ответила очень тихо: «Так давайте продолжим…». Внимательно заглянув ей в глаза, Пьер приблизился к ней и поцеловал. Девушка ответила на прикосновение губ.