О том, как относится Православная Церковь к людям, добровольно лишившим себя величайшего Божиего Дара – подаренной им Создателем жизни, не захотев по малодушию понести тот Крест, который определил им нести Вседержитель, знает каждый верующий человек: Церковь таких людей не поминает в своих молитвах, если только в момент совершения смертоубийства они не находились в таком состоянии, что, вовсе не хотев причинить себе вред, все же попали в ловушку, уготованную для них демонами.
Некоторые священнослужители относят к самоубийцам также людей, преждевременно ушедших из жизни вследствие наркомании и алкоголизма. Естественно, имея ввиду далеко не всех, а только лишь тех несчастных, духовно слабых людей, которые не противились этим страстям и не боролись с ними, а, наоборот, возлюбив их всем сердцем, добровольно за ними следовали прямо к собственной погибели.
Однако обстоятельства бывают разные… И люди, сотворенные по Божиему Подобию, конечно же, души имеют сострадательные, исполненные любви ко всякому ближнему, пусть подчас и тяжело оступившемуся… А потому, хотя общецерковного поминовения добровольно ушедших из жизни людей нет, все же с давних пор жалели их часто не только близкие родственники и соседи, но даже и святые старцы в известных российских обителях.
Среди таких подвижников – преподобный Лев Оптинский. Этот праведник, горячо скорбя о душах всякого создания Божиего, даже и возроптавшего, и отпавшего из-за грехов своих от Господа, для утешения их родных составил специальную краткую молитву, более похожую даже и не на молитву вовсе, а на распространенные в те времена на Руси «молитвенные воздыхания», благословив произносить ее исключительно келейно.
ПРЕПОДОБНЫЙ СТАРЕЦ ЛЕВ ОПТИНСКИЙ И ЕГО МОЛИТВА О ДОБРОВОЛЬНО УШЕДШИХ ИЗ ЖИЗНИ
Этот подвижник был первым старцем знаменитой во всем мире Оптиной Пустыни. В миру его величали Львом Данилычем Наголкиным.
На свет он появился в 1768 году в уездном городе Карачеве недалеко от Орла.
В юные годы будущий праведник служил приказчиком по торговым делам, и благодаря данному ремеслу объездил многие уголки Империи, приобретя житейский опыт, пригодившийся впоследствии преподобному старцу в период его служения.
В число братии Оптиной Пустыни он вступил в 1797 году, однако уже через 2 года обстоятельства сложились так, что ему пришлось перейти в Белобережскую Орловскую обитель, где в 1801 году принял он постриг с именем Леонида. В декабре того же года возвели его в сан иеромонаха.
Иеромонах Леонид был не только примерным молитвенником и постником, но особенно удивляли окружающих его беспримерные кротость и непрекословие. После тяжелых сенокосных трудов, голодный и утомленный, смиренно заменял он порой братию на клиросе во время Всенощной службы. За такие добродетели в 1804 году насельники избрали его своим настоятелем.
Следует также упомянуть, что подвижник этот был духовным чадом отца Феодора – ученика молдавского старца Паисия Величковского, обучившего своего духовного сына высшему монашескому деланию – умной молитве. Вместе с отцом Феодором и еще одним наставником, отцом Клеопой, долгое время жил будущий угодник в отдаленном ските. Однако продолжалось это недолго, поскольку со временем благочестивая жизнь отшельников стала привлекать многих богомольцев, и праведники решили перебраться в Александро-Свирскую обитель, посвятив себя совершенному безмолвию. В Оптину Пустынь старец вернулся лишь в 1829 году, приведя туда с собою шестерых учеников.
Современники свидетельствовали, что никто не видел его когда-либо в гневе или в раздражении и никогда не слышал от него ни одного ропотного слова. Христианская радость, терпение и спокойствие души никогда не оставляли этого боголюбивого старца. Старчество же его продолжалось 12 лет – все это время толпы обездоленных стекались к нему отовсюду, и преподобный, как мог, утешал их.
Предчувствуя кончину, примерно за месяц до своего преставления, старец перестал вкушать пищу и каждодневно причащался. Душа его вознеслась ко Господу 24 октября 1841 года.
Однако и в наши дни к преподобному Льву Оптинскому обращается множество людей со всякими прошениями. Еще при жизни навещавшие его чада вспоминали, что в присутствии подвижника ощущали необыкновенное спокойствие и умиротворение. Приходя к нему со скорбями и душевной болью, они уходили утешенными и радостными. Для каждого подбирал этот Божий угодник нужное слово и утешение, каждого умел вразумить и указать приходящему на совершаемые согрешения. И речи старца так влияли на людей, что они тотчас сердечно раскаивались в совершенных ими дурных деяниях и проливали в его келье обильные слезы.
Приводили к нему и бесноватых, ибо известно было, какую великую силу стяжал он над лукавыми демонами. Произошло это после преодоления преподобным иеромонахом собственных страстей. Сам он на вопрос учеников о том, за что дарована ему такая сила, отвечал: «Живи проще, и Всевышний тебя не оставит, явит милость Свою».
Но особый его вклад – специальная краткая молитва-воздыхание, составленная дивным старцем для утешения сродников «живот свой самовольно скончавших» - то есть самоубийц, добровольно прервавших свой жизненный путь. Старец Лев составил текст, который благословлял читать сродникам таких людей келейно:
