Вспомните тот момент своей жизни, когда вас нещадно обдурили. Ну вот обманули дурачка на четыре кулачка. Обидно было так, по-детски, да? А я вам сегодня расскажу об обмане, где обидно было совсем не по-детски.
Апрель 1941 года, Германия в процессе захвата Югославии. В разведывательном мотоциклетном батальоне СС дивизии «Дас Райх» служит молодой капитан Фриц Клингенберг. Он уже успел проявить себя во Франции и начальство описывает его как «умного, но упрямого; лояльного, но не боящегося перечить начальству; великолепного в экстремальных условиях, но высокомерного до неповиновения».
11 апреля Клингенберг разведывает, как бы половчее подойти к Белграду - непогода размыла дороги, а югославская армия ещё и подорвала все мосты, так что с коммуникациями было не оч. Так он дошел до Панчево (почти напротив Белграда стоит), и тут бы можно и сворачиваться, но нет. Стоит он, смотрит на Белград на другом берегу, и думает, как славно было бы разведать, что делается там. И тут ему в голову приходить мысль.
Один из солдат находит в кустах лодку, и Фриц с добровольцами (от шести до десяти человек – данные разнятся) перебираются на другой берег. Лодку отправляют назад за подкреплением, но она тонет, и наша компания остается на берегу в гордом одиночестве.
Ну зря, что ли, плыли, - идут в Белград. По дороге натыкаются на два грузовика и автобус с двадцатью югославскими солдатами. Захватывают, что добру пропадать, и что странно – югославы особо и не сопротивляются. В автобусе находят пьяного немецкого туриста, который даже не понял, что происходит, и искренне получает удовольствие от всего происходящего. Так вышло, что этот турист говорил на хорватском, из-за чего югославы приняли его за шпиона и везли на расстрел.
Используя всё тех же несопротивляющихся югославов, немцы проходят через все блокпосты по дороге и входят в город. Местные им, конечно, удивляются, но не особо – город давно бомбили Люфтваффе и немцев ждали с минуты на минуту. Клингенберг приезжает в немецкое посольство и с их помощью связывается с городским главой, предлагая сдать город без жертв.
Последний в скором времени прибывает в посольство, смотрит на всех удивленным взглядом, слушает Клингенберга, а тот молодец. Он крайне убедительно рассказал, что уже захватил все основные точки в городе, что танки уже почти вошли, и что только лично он может остановить бойню, которая обязательно случится, если город не сдадут (все переговоры проходят при помощи туриста – он уже день как протрезвел). В это время над городом пролетает разведывательный самолет Люфтваффе, на что Фриц указывает отдельно – мол, видишь, войска рвутся в бой, ну что ломаешься, для тебя же стараюсь, что, офицер СС врать тут что ли будет?
Потрясенный глава сдаёт город.
Командование Клингенберга же его не принимает. Кучу времени он убеждает их по рации, что это точно он, что ловушки и ошибки тут нет (как бы я хотела знать, какими словами), и, наконец, 13 апреля в город входят основные силы дивизии.
Его командир, давно уже его потерявшей, сначала пытается дать ему втык, но Фриц – довольно пьяный и слегка небритый – резонно возражает: «А я взял город, мне что, надо было отдать его обратно?».
Позже, когда Фрица спросили, как он вообще на это решился, он кратенько ответил: «Я был не очень занят, вот и нашёл себе дело». За такую борьбу со скукой его наградили Рыцарским Железным крестом.
А теперь, котята, вспомните ещё раз блеф, на который вы когда-то повелись и помните – всегда проверяйте информацию!
Статья Тани Иващенко