В российский прокат выходят «Все страхи Бо» — новый трехчасовой фильм автора «Реинкарнации» и «Солнцестояния» Ари Астера. Несмотря на то, что режиссер формально считается хоррор-мейкером, определить жанр его очередной работы еще труднее, чем предыдущих, еще хоть как-то напоминавших классические ужастики. В этот раз на экране — живописнейший, улиссовского размаха сеанс фрейдистского психоанализа с Хоакином Фениксом в качестве пациента.
Буквально родившись на глазах у зрителя — открывающая сцена фильма демонстрирует этот травматичный процесс подслеповатыми глазами вылезающего из материнского тела и, очевидно, тут же зарабатывающего свою первую психологическую травму ребенка — Бо Вассерман (Феникс) в следующий момент предстает уже средних лет, лысеющим и седеющим мужчиной. Пришедшим, ну, конечно, на сеанс к психологу (Стивен Хендерсон). Ерзая на кожаном диване, великовозрастный невротик пытается отыскать что-то исцеляющее в собственных воспоминаниях, связанных с семьей — в основном с матерью. Получается не очень. Едва выйдя на улицу из относительно безопасного кокона врачебного кабинета, герой оказывается в городской преисподней. Район, где он обитает — клоака, населенная маньяками, психами и маргиналами всех мастей, сквозь толпу которых нужно бежать, зажмурившись и надеясь, что в этот раз тебя не пырнут ножом. Впрочем, и в пространстве своего дома Бо не находит покоя. Всю ночь его терзают невидимые соседи, подсовывающие под дверь адресованные не ему записки. В итоге мужчина опаздывает на самолет, на котором должен был лететь к матери на годовщину смерти ее мужа и своего отца, погибшего при его, Бо, зачатии. Выслушав пассивно-агрессивную отповедь мамы (Пэтти ЛюПон) на сообщение о пропущенном самолете, герой понимает, что должен попасть на «торжество» во что бы то ни стало. Путешествие это обернется нескончаемой психоделической Одиссеей имени доктора Фрейда.
Когда-то словосочетание «сорокалетний девственник» прочно ассоциировалось с комедийным жанром, однако нынче место Джадда Апатоу в качестве режиссера-хроникера, ухватившего нерв и вайб настоящего времени, занял Астер. Совместивший, по крайней мере в «Страхах Бо», «туалетный» юмор с самокопательной и самоуничижительной трагикомедией в духе Вуди Аллена — от такого микса получился и впрямь ужастик. Персонаж Феникса, страшащийся секса, который якобы стал причиной гибели его отца, «светит» в кадре (почти что 25-ом) распухшими тестикулами, которые еще «выстрелят» — и это смех сквозь слезы. Иллюстрация Эдипова комплекса растягивается на все три часа действия, ирреального, сюрреалистичного, полного дичайших визуальных аттракционов. Особенно в первой, городской, части, наверняка способной откликнуться в сердцах всех современных обитателей урбана. Сон разума, оно же подсознание, порождает чудовищ — и утрирует действительность. Бо бежит на природу, но и тут сталкивается с кошмарами из учебника по психоанализу. Попадает в заложники к гиперопекающей семье (Эми Райан и Натан Лейн), переживающей травму утраты — крайние проявления любви оборачиваются очередным кровавым месивом, а охота, которую открывает на бедолагу Вассермана другой бедолага, но уже с ПТСР (Дени Меноше), уводит его глубже в лес. В объятья секты бродячих театралов, ставящих спектакль по мотивам его жизни — той, что была бы, если бы в ней был бы хоть какой-то смысл. Заключительный акт неминуемо развернется в отчем доме — он же этакий чердак сознания, где притаился совсем уж анекдотически фрейдистский генитальный ужас.
С самого начала тяготеющий в своих фильмах к жанру психологического — и тут речь именно визуализации всевозможных травм — хоррора, Ари Астер в этот раз отказывается от смысловой тонкости в пользу усложнения формы. Сюжет, прозрачный как мем про сублимацию, обернут в завораживающий видеоряд, деконструировать который не получится и за три часа — да и не нужно. Неуютный, нескончаемый, зудящий фильм, на который смотришь с открытым ртом, одновременно поражаясь вульгарности замысла и мастерству исполнителей. И Астера, и Феникса, вновь решившегося на некоторые телесные модификации и хлопочущего лицом — столь же безудержная мимика была у него разве что в «Мастере», и в одной из рецензий про нее тогда написали, «что на лице Феникса больше теней, чем на улицах ночной Вены». Ничем больше особо не похвастаться, но это и не актерский бенефис, а режиссерский экзерсис. «Все страхи Бо» в прокате с 4 мая.