День восьмой. Кот из дома - мыши в пляс. Глава 22
Стоило окончательно стихнуть голосам, шагам и прочим лишним звукам вокруг, как бархатное полотно угольно-черных ресниц дрогнуло и распахнулось, обнаруживая полное отсутствие каких-либо признаков сна в зеленом глазу. А вот чего там присутствовало в избытке, так это удивления, причем в той стадии, которую охарактеризовать можно было только не самым культурным словом «охренение».
Это что тут такое творится? Что вообще произошло за время его отсутствия, что один из его довереннейших и надежнейших бригадиров, безукоризненный командир и волевая здравомыслящая женщина вдруг свободно захаживает к Темерскому Псу и ведет с ним подобные откровенные разговоры о скоя*таэлях и самом Иорвете? Пожалуй, услышь эльф звуки эротических игрищ – он и то был бы сейчас шокирован меньше!
Нет, безусловно хорошо, что он все это узнал. Если мнение о себе некоторой части «белок» Иорвета не тронуло вовсе, - сам же приучил, что их командир неуязвим и чужд любой слабости, - то было бы даже интересно отследить, как изменится поведение Роше со своим поднадзорным в свете таких интересных подробностей о личности давнего противника. К тому же теперь Иорвет хотя бы будет в курсе существования подобных задушевных бесед, а то у него бы и мысли не возникло, что кто-то из «белок» станет бегать к полосатой псине и вываливать на него скорбные и трагические моменты из жизни повстанцев.
Однако чем дольше Иорвет размышлял над услышанным, тем большие сомнения им овладевали. Поначалу он действительно не собирался торопить события и хотел сегодня ограничиться лишь встречей с Киараном: помощник никогда его не подводил, и командир скоя*таэлей предполагал, что полученных от него сведений пока окажется достаточно, чтобы составить для себя примерную картину их нынешнего положения. Дальше он намеревался потихонечку продолжить прощупывать Роше, сохраняя за собой максимально возможное поле для маневров, для чего не стоило сразу же дразнить спецагента демонстративным неповиновением. В конце концов, даже dh*oine говорят, что спешка хороша только при ловле блох.
Ну и конечно, собственную удручающую беспомощность из-за болезни приходилось принимать во внимание. Сейчас из оружия у Иорвета оставались только изощренный былыми противостояниями ум и воля, тогда как уверенность в собратьях по борьбе несколько пошатнулась. Невольно напрашивался вопрос, чего еще он не знает? Ведь незнание порой чревато куда худшими последствиями, чем просто глупый просчет или самоуверенность, а dh*oine своего не упустят.
Занятый этими невеселыми размышлениями, Иорвет пропустил появление сиделки, и заметил ее лишь тогда, когда та обратилась к нему прямо.
- Пить хочется, - честно признался мужчина в ответ на ее вопрос, тем временем тщательно присматриваясь к хлопотавшей незнакомке.
Но ощутил даже некоторое разочарование: девушка как девушка, молодая, довольно невзрачная, ничего особенного. Разве что бесшумный шаг и экономная сдержанность движений выдавали выработанную привычкой бессознательную сноровку, да глаза причудливого оттенка, будто под коркой льда проглядывал синий ирис, - смотрели на подопечного скоя*таэля с трепетным волнением, если не сказать испугом.
Такой взгляд раздражал, хотя действовала она ловко и умело: приподняв подушку, под нее споро подтолкнула другую, чтобы расположить больного повыше, а питье перелила из кружки в маленький кувшинчик с крышкой и носиком. Иорвет попытался было отстранить от себя это приспособление, но девица проявила неожиданную решительность и мягко отвела его руку обратно на одеяло:
- Нет-нет, попробуйте, так гораздо удобнее и ничего не прольется, - увещевательно защебетала она, почему-то принимая при этом еще более тревожный вид, - а вам сейчас и правда нужно пить много жидкости, это полезно, чтобы организм лучше справлялся с болезнью…
Иорвет едва удержался от того, чтобы заскрипеть зубами, - еще одна заботливая наседка на его голову вдруг выискалась, - однако смирил первый порыв и не стал даже язвить, чтобы ненароком не спугнуть бледного хрупкого мотылька. Вместо того он кратко поблагодарил девчонку и обратился к ней со сдержанным расположением, будто кот на мягких лапах осторожно подбираясь к своей цели:
- Ориэль, да?
- Ориэль Асплен, рада помочь вам, - было заметно, что девушка склонила голову не столько в приветствии, сколько пряча за вежливым жестом мгновенно напавшие на нее скованность и стеснение.
- Ориэль, - в тоне мужчины исподволь проскользнули едва заметные вкрадчивые нотки, - ты, наверное, знаешь, что мне разрешили встречаться с друзьями… Ты не могла бы позвать ко мне кого-нибудь из старших скоя*таэлей?
Иорвет пристально отслеживал малейшую реакцию эльфки и видел, как она чуть нахмурилась, заколебавшись:
- Меня не предупредили ни сир Роше, ни брат, а они оба уже наверняка ушли по делам…
- Но вчера… - возразил Иорвет, позволив проявиться в голосе капельке огорчения.
- Да-да, вчера говорили об этом, - спохватилась Ориэль, понемногу оживляясь, - и вам сегодня гораздо лучше, в самом деле! А кого бы вы хотели пригласить? Я все же мало кого знаю… но я могу позвать Ярлиссу! Она точно еще где-то здесь, и она очень за вас переживает.
- Ярлисса? – на мгновение задумался скоя*таэль. – Пусть будет Ярлисса. Сходи за ней, пожалуйста.
Теперь Иорвет твердо намеревался любым способом переговорить со всеми бригадирами, чтобы сравнить их видение ситуации, а в таком случае порядок встреч был не принципиален, главное успеть до возвращения Роше.
- Командир! – будто из засады просочившаяся в спальню воинственная эльфка умудрилась даже в полушепот вложить столько чувства, что он прозвучал восторженным воплем, чем, бесспорно, и являлся по сути.
Травянисто-зеленые глаза расширились, в один момент буквально заглатывая в себя образ любимого начальника и окружающую его обстановку. Судя по решительному выражению лица, если бы хоть одна какая-либо крохотная деталь указала бы ей на то, что лидеру беличьих отрядов оказывается недостаточное уважение, не говоря уже о чем-то более серьезном, - то взрыв был бы неминуем, от ярости бригадирши всех сколько-нибудь причастных не спасло бы ничто и никто, разве что незамедлительная добровольная смерть позволила бы избежать возмездия.
- Спокойно, Ярлисса, - Иорвет не мог не улыбнуться невольно, - как видишь, я жив и даже вполне дееспособен.
- Ох, командир, эти dh*oine! – эльфка в негодовании вонзила ногти в ладонь.
- Да, «эти dh*oine», - строго подтвердил скоя*таэль, - у меня много вопросов, включая, как вышло, что мою болезную персону так плотно и старательно опекает лично Вернон Роше. Так что садись и докладывай с самого начала обо всем, что происходило, пока меня не было с вами.
Ярлисса подчинилась распоряжению с видимым удовлетворением, как бы говоря: ну вот теперь-то наконец все пойдет как надо. Однако рассказ ее много света не пролил, лишь подтверждая кое-какие логические выводы Иорвета. Так, после ареста сдавшегося на королевскую милость главаря «белок» и препровождения его в тюрьму, глава специальной службы Темерии развил бурную деятельность, в результате которой остальные скоя*таэли остались на свободе и были направлены в бывшую цитадель Ордена Пылающей Розы. Вроде как на постой, но все прекрасно понимали, что под надзор, пусть и негласный. С самими «белками» Роше тоже договаривался немедля, а с точки зрения Ярлиссы попросту гнусно шантажировал их жизнью командира, обещая, что если они будут сидеть тихо и смирно, то он вернет им Иорвета целым и невредимым.
На этом моменте Иорвет слегка усмехнулся: а ведь получается, что если формулировка была именно такой, то обещание синеполосатого не было нарушено, в отличие от его планов на недавнего противника.
Вот они и сидели целых два месяца тише воды ниже травы, - продолжала между тем Ярлисса, не скрывая отвращения перед последним фактом, - даже выходить за пределы замковых стен старались только по крайней необходимости. Да и какой смысл шляться по вызимским улочкам? Любоваться на грязных dh*oine и лижущих им задницу оседлых выродков? Роше, правда, напряг патрульной службой, однако тут приходилось признать, что она и в их интересах, все же послевоенный город не самое спокойное место, всякое может случиться. К тому же, dh*oine вовсю интриговали между собой, Роше сорвался в Нильфгаард, а перед этим убедил пятерых бригадиров присягнуть мелкой королеве, мотивируя это тем, что тогда они останутся официально неприкосновенны независимо от его участия.
- Вот, собственно, и все события, - пожала плечами эльфка. – О том, что Полосатый вернулся, мы узнали неделю назад, когда он сообщил, что тебя отпускают. Поразительно, но он даже попросил Киарана принести для тебя чистую одежду, и, признаюсь, мы тогда подумали, что это хороший знак, раз человек заботится о достоинстве сейдхе… Мог ведь провести по улицам в тюремном тряпье на потеху всяким отбросам.
Она словно бы извинялась за вопиющую наивность скоя*таэлей, которые посмели неплохо подумать о людях, и тут же вскинулась со страстной горечью:
- А вместо этого, Темерский Пес приволок тебя на носилках в глубоком беспамятстве! И сразу же воцарился здесь сам, никого толком не подпуская и только лишь раздавая приказы. А мы даже не можем его тронуть или как-то заставить убраться отсюда… Потом, несколько дней мы не знали ни что думать, ни что делать! Опасались, что вместо лекарства местные предатели подсунули яд… три дня назад рыжая ведьма Роше точно определила, что за болезнь, но ты так и не приходил в себя. Я уже не знала, во что и кому верить, командир, - повинилась бригадир, сокрушенно склонив голову.
- Ничего, с этим мы обязательно разберемся, - заверил ее Иорвет, задумчиво глядя в пространство.
- Командир, - воспользовавшись удачным моментом, осторожно обратилась к нему обнадеженная эльфка, - а что же произошло с тобой?
Ее вопрос нес в себе некоторую недоговоренность, намек, неприятно напомнивший скоя*таэлю подслушанные рассуждения Верноссиэль, однако Иорвет ответил помощнице прямым взглядом и не стал изощряться в лукавстве.
- Как ни странно, но ничего, - бесстрастно сообщил мужчина, - ничего из того, что могло бы быть...
Он коротко взглянул на насторожившуюся воительницу и пояснил с усмешкой:
- Как ты знаешь, в таких местах не бывает натопленных каминов и не кормят разносолами, только и всего. Обычная скучная тюрьма. Так что в этом смысле Роше сдержал слово, - признал Иорвет, затем тон его переменился и зазвучал повелительно твердо, - а вот что он хочет взамен – это уже совсем другой вопрос. Ты вот что, я слышал, что Киаран и Гроностай отсутствуют по делам, поэтому постарайся пока провести ко мне Эанведда. Только незаметно, и отвлеки как-нибудь эту девушку, Ориэль, чтобы она потом не проговорилась темерцу.
- Не беспокойся насчет нее, - отмахнулась зримо воспрянувшая духом Ярлисса, поднимаясь. – Ориэль хоть и городская, однако она правильная сейдхе и понимает, с кем ее место. Она, правда, довольно наивна, но я поговорю с ней, предупрежу, и она ничего никому не скажет.
Иорвет слегка прищурился, испытующе приглядываясь к воодушевленной бригадирше:
- Ты так уверена в этой девице? – усмехнулся скоя*таэль. - Взяла ее под покровительство?
- Командир, Ориэль того заслуживает! – горячо вступилась за подругу Ярлисса. – Она простодушна, но не глупа. Вряд ли она когда-нибудь сумеет стать сильным бойцом, но зато уже сейчас помогает в другом: она первая принесла для тебя лекарства, сделав это даже в тайне от родного брата. И разве можно позволить, чтобы еще из одной юной и невинной aen seidhe окружение вылепило очередную распущенную дрянь, годную только ложиться под грязных дхойновских свиней?! Ориэль и так не повезло с семьей, такой пример под боком…
Спохватившись, что опять чересчур разошлась, эльфка оборвала свою пылкую речь, однако подбородок остался решительно вздернут под насмешливым взглядом старшего скоя*таэля.
- Что за пример? – полюбопытствовал Иорвет.
Ярлисса гневно фыркнула и скривилась:
- Да братец ее… Может, как врач он и талант, редкий умелец, а по натуре сволочь и подстилка! – припечатала эльфка, рубанув с плеча правду-матку. – Пока его Роше в оборот крепко не взял, лечить тебя отказывался, воротил нос и поливал грязью всех скоя*таэлей, я еле-еле лекарство у него выбила… А как прижали его, да Роше еще додумался поручить присматривать за ним Гроностаю, который всегда с лекарями носится, как дурень с писаной торбой, так эта клистирка нашему благородному рыцарю прям сразу медалькой на грудь повесился, не отдерешь! Пары дней не прошло, а блондинчик уже не то что в постель к нему залез, а целое гнездышко свил на двоих, шалава.
По мере ее эмоционального повествования брови у Иорвета поднимались все выше и выше: уж о ком из «белок» он меньше всего готов был услышать скандальные и скабрезные истории, так это о седом бригадире, который всегда служил скоя*таэлям примером не просто самодисциплины, но чести и благородства в некоем возвышенном понимании таких качеств.
- Хорошо-хорошо, - эльф все же быстро взял себя в руки и вернулся к насущным задачам, - я буду иметь в виду эти сведения. А сейчас приведи поскорее Эанведда.
- Есть, командир, - смутившаяся Ярлисса наконец выскользнула за дверь.
Иорвет проводил эльфку озабоченным взглядом: не то чтобы он всерьез усомнился в ее суждениях и оценках, но все же бригадир имела нрав горячий и пылкий, из-за чего порой бывала чрезмерно категоричной и скорой на приговор, чтобы абсолютно полагаться на ее мнение. Допустим, скромная городская девочка напомнила Ярлиссе ее саму в начале жизненного пути, и воительница взялась не только по привычке опекать Ориэль, как было принято среди «белок», чтобы новичок быстрее приспособился к новым условиям, превращаясь из балласта в бойца, но и прониклась к девушке дружескими чувствами, быть может, желая в глубине души защитить от того, что пришлось испытать ей самой.
В этом не было ничего удивительного либо предосудительного, точно так же, как вполне возможно, что и у Гроностая дело обстоит не настолько скверно, как прозвучало в изложении Ярлиссы. Упрекнуть самого старшего из скоя*таэлей в отсутствии здравомыслия, не говоря уж о распущенности, было трудно, а вот щепетильности и заботливости в нем порой действительно обнаруживалось с избытком, так что Гроностай вполне мог взяться обихаживать медика из самых невинных побуждений.
Таким образом, с одной стороны, вроде бы ничего катастрофического не происходит, а с другой, - не стоит забывать, что любой слабостью, в том числе симпатией, и впрямь очень легко воспользоваться в своих интересах. Если даже проверенные командиры за какие-то считанные недели оказались настолько восприимчивы к разлагающему воздействию человеческого общества, то что тогда прикажете предполагать об остальных «белках»? Не хотелось бы второго Элиаса, и много чего еще тоже не хотелось бы…
Да уж, - в который раз отметил про себя Иорвет,- крайне важно выслушать хотя бы всех бригадиров, коль нет пока возможности наблюдать за событиями непосредственно самому.
В недавнем прошлом командир и моральный лидер скоя*таэлей еще не подозревал, что с наличия у «белок» близких отношений с различными представителями населения Вызимы - сезон ошеломительных открытий для него только начался.
Не прошло и минуты, Иорвет не успел даже попытаться толком сформулировать для себя впечатление после разговора с Ярлиссой и настроиться на новую встречу, как в комнату вошел Киаран, предупредив свое появление вежливым стуком. От него пахнуло морозцем и почему-то немного гарью, лицо разрумянилось, а на черных волосах кое-где еще поблескивали снежинки. Видимо, его разыскали и предупредили, и было заметно, что бригадир очень торопился.
- Иорвет, - скоя*таэль выглядел взволнованным, но тоже скорее радостно-возбужденным, - как ты себя чувствуешь, брат?
- Неплохо, - проговорил старший эльф, откашливаясь, и поерзал, сделав попытку приподняться на подушках повыше.
- Не напрягайся! – тут же встревожился Эасниллен, подступая к постели. – Чем помочь?
Иорвету удалось самостоятельно устроиться поудобнее, и он посмотрел на товарища с толикой иронии и раздражения:
- Киаран, я не рассыплюсь от лишнего вздоха, не нужно паники!
- Ну не знаю, - серьезно парировал его товарищ, - лично мне хватило зрелища твоего вчерашнего приступа.
- Что ж, видимо, поэтому я оказался на ручках у Вернона Роше? – съязвил Иорвет.
Киаран весело фыркнул, покачав головой:
- Никогда не думал, что скажу нечто похожее, но я рад, что Темерский Пес взял все в свои руки: можно быть уверенным, Роше поставит тебя на ноги наилучшим образом! – он выдержал гневный взгляд друга и командира и попробовал объяснить уже без шуток. – Понимаю, это трудно принять даже со стороны, и не представляю, что ты чувствуешь, но… так получилось. Роше оказывал тебе первую помощь, и первым забил тревогу, что ты не приходишь в себя. Да, он внаглую, в приказном порядке обосновался здесь, но он бдительно дежурил около тебя и не пропустил опасных моментов, когда мы все растерялись. Его люди нашли Трисс Меригольд, - я, как и ты, не доверяю ведьмам, но эта не самая худшая из них и согласилась помогать. По просьбе Роше. Медика привели Эанведд и Верноссиэль, но когда с ним возникли проблемы, - их решил Роше. Как и с лекарствами. Я видел, как он ухаживал за тобой все эти дни, и скажу, что это совершенно точно не было попыткой кого-то унизить. Если честно, то я удивлен не столько умениями этого dh*oine в уходе за больными, - мало ли что в жизни бывает, - сколько той бережной тщательностью, с которой он это делает. Я не уверен, что кто-то из наших справился бы лучше, а ошибка или небрежность имела бы слишком большую цену! Прости, брат.
Выслушав от скоя*таэля эту горячую оду главе темерских специальных служб, Иорвет прищурился, покусывая внутреннюю сторону губы: если он и был неприятно удивлен энтузиазму, с которым его практически названый брат расписывал подвиги Вернона Роше по лечению «главбелки», то вида не подал, хотя и почувствовал себя уязвленным, что польза и целесообразность возобладали в товарище над привязанностью к другу и пониманием. Да, Иорвет был готов взойти на плаху ради мирной жизни для своих бойцов, но вот налаживание взаимного доверия между скоя*таэлями и их недавними врагами за счет его бессознательной тушки вызывало почему-то лишь неловкость, досаду и негодование. И все же он прекрасно понимал, что не имеет никакого права на упреки в недостаточной преданности и моральной стойкости, только не после того, как он сам привел отряды в Вызиму, заставив «белок» ради спасения жизни пойти на договоры и соглашения с властями.
- Да у вас тут с темерцами просто идиллия, я смотрю, - невесело усмехнувшись, ограничился одним едким замечанием Иорвет и резко сменил тон на деловой. – Что вообще сейчас творится? Как вы устраиваетесь, как обстоят дела?
- Ну, до идиллии нам далеко, - ничуть не обидевшись, вздохнул Киаран, - и на самом деле обстановка довольно сложная.
Скоя*таэль не собирался скрывать что-либо от командира, правильно понимая, что тот позвал его не для праздного развлечения скучающего больного, и кратко, но обстоятельно обрисовал существующее на сегодняшний день положение. Так, насколько уяснил для себя Киаран, под влиянием Нильфгаарда новые провинции и вассалы Империи вынуждены проводить в отношении иных рас более смягченную политику, однако люди остаются людьми, и в Вызиме уже была попытка погрома.
- Правда, ее довольно жестко пресекли в зародыше. Не понимаю, почему Ярлисса тебе не рассказала, она-то была непосредственной участницей.
Это вылилось в то, что теперь скоя*таэли патрулируют нелюдской квартал, вот только со стороны его обитателей такое нововведение энтузиазма не встретило. В преимуществе своем оседлые родичи не торопятся брататься с бывшими «белками» и относятся к ним как минимум с подозрением.
- Даже странно, что несколько лет назад Яевинн умудрился найти здесь достаточно сторонников, - заметил Киаран.
- Может быть, поэтому и не торопятся, - рассудительно признал Иорвет в задумчивости. – Самые активные и непримиримые пошли за ним и полегли, потом наверняка были зачистки, а оставшиеся сейчас боятся даже голову поднять и обвиняют в своих бедах не dh*oine, которые загнали их в гетто и по-прежнему равняют с грязью под ногами, а нас, - тех, кто предпочел такой жизни отстаивать свое достоинство с оружием в руках.
Бригадир бросил на старшего эльфа испытующий взгляд, однако прямо задать вопрос не решился, заходя к проблеме издалека.
Проблема эта имела две стороны, хотя нового или неожиданного в ней ничего не было. В конце концов, даже в Вергене, где хотя бы поначалу Саския не только провозглашала всеобщее братство, мир, дружбу и равенство, но и всерьез пыталась все это изображать, рядовые жители города без восторга встречали скоя*таэлей на своих улицах, а отсюда один шаг до уже открытых конфликтов. Даже самый выдержанный из «белок», проливавший кровь за свободу и гордость своего народа, не станет безропотно сносить оскорбления и плевки в свою сторону. Он попросту не поймет, почему он должен терпеливо молчать в ответ на хамство или пренебрежение, да еще от того, кого считает трусом и приспособленцем. Знаем, проходили уже. Как и то, что скоя*таэлям, в кои-то веки оказавшимся в относительно мирных условиях, хочется воспользоваться ими на полную катушку. Они привыкли к тому, что завтра может не наступить вовсе, а значит, нужно пользоваться тем, что судьба подкидывает сегодня. Но такие вольности чреваты недовольством местных, и получается замкнутый круг. Если все окончилось плачевно в вольном Вергене, то в Вызиме они, получается, сидят на готовой бочке с горючей смесью!
Тем более, что нынче речь идет не о каком-то построении города равных, а о давно и хорошо знакомом противнике, и многим «белкам» до сих пор нелегко принять мысль о примирении с ним.
- Ярлисса вчера сильно возмущалась, что Роше не пустил нас к тебе сразу, - устало привел пример Киаран, - так чуть не подняла мятеж! Гроностай говорит, что наши в квартале вместо службы черт-те чем занимаются… А ведь всех беспокойных не запрешь в замке! К тому же тут требуются в первую очередь те, кто способен позаботиться о бытовых нуждах коммуны. Я стараюсь самых буйных брать с собой на работы, но и там нужны те, у кого руки не только под меч заточены.
- Работы? – насторожился Иорвет. – Что за работы?
Когда Киаран охотно пояснил, чем в последние дни занимаются «белки» под его непосредственным руководством, на лоб у заслуженного командира борцов за свободу aen seidhe полезли уже не брови, а единственный глаз, - скоя*таэли стали… уборщиками?!
- Предместья Вызимы сильно разрушены, частично выгорели, а нильфгаардцам было не до восстановления, ладно хоть трупоедов и утопцев изничтожали, - с толикой возмущения принялся оправдываться бригадир. – За то, что мы расчищаем территорию и уничтожаем всякую дрянь вплоть до оголодавших собачьих стай, - город пристойно платит. И… Роше сказал, что это королевская земля, что часть нам выделят под слободу, а мы уже расчистили несколько хороших крепких фундаментов с подвалами, на которых можно будет построить большой дом или любое другое основательное здание. Там в прямой видимости городские стены и ворота, парочка наших ушлых бородачей смогли договориться о взаимопомощи с местным краснолюдом, который хочет восстанавливать свою кузню… Люди с Вызимы пока не очень торопятся туда выселяться, все же только сегодня кто-то загрыз девочку и ее бабку и недосчитались пары рыбаков, но это не сравнить с болотами! Там вполне процветала устроенная жизнь, и мы сможем наладить ее заново. Там хорошая земля, хватит на сад или огород хотя бы для трав…
По мере того, как он говорил, светло-карие, как неспелая лещина, с тонкой прозеленью, ореховые глаза бригадира «белок» оживлялись все больше, все ярче блестели воодушевлением.
«О Дана, - с горечью и болью признал Иорвет, - а я ведь даже не подозревал, насколько сильно, брат, ты хочешь мира и покоя, хочешь обрести дом!»
Старший скоя*таэль растерялся, не находясь со словами, на язык отчего-то лезли лишь циничные и едкие замечания: неужели ты и правда намерен поселиться у темерской столицы? Неужели ты веришь, что эти люди станут уважать нас и позволят спокойно жить рядом своим укладом, что кто-то в здравом рассудке даст землю бывшим «белкам»? Но если бы он все-таки озвучил какой-нибудь похожий вопрос, то пришлось бы идти дальше и признать наконец, что, когда Иорвет сдавал оружие Темерскому Псу, никакого далекоидущего плана у него не было, только лишь желание вывести остатки своих отрядов из-под удара, неизбежного при утверждении властями порядка в послевоенной стране, и дать шанс «белкам» хоть как-то пережить зиму, не в качестве застрельной дичи по лесам.
Замолчал и Киаран, видимо, все же ожидая от командира какого-то отзыва, однако намечавшуюся неловкую паузу неожиданным образом прервали. Вначале в дверь почему-то поскреблись, потом та приоткрылась и послышался голос Ярлиссы, активно убеждающей еще кого-то невидимого, что все в порядке и Иорвет сам просил позвать к нему бригадиров, а затем в комнату невозмутимо шагнул Эанведд. Неодобрительно хмуря брови, он плотно прикрыл дверь за собой, кивнул обернувшемуся на шум Киарану и приблизился к постели, обогнув кровать так, чтобы встать поблизости от сослуживца, не вынуждая больного вертеть головой во все стороны.
- Хорошо, что ты снова с нами, командир, - внушительно произнес скоя*таэль.
- Пока еще не совсем, - уточнил Иорвет, подавив легкую досаду на то, что его намерение пообщаться с каждым из бригадиров поодиночке, похоже, идет прахом.
- Раз объявил сбор, значит, вернулся, - не дал сбить себя с толку бригадир. – Очень вовремя, Иорвет, а то нам надо окончательно по срокам и поименно утвердить контракт и подписывать его, чтобы уже нормально начать получать довольствие. Мой отряд по-прежнему болтается как ромашка в проруби между приказами главного спеца и собственно армейской службой обеспечения.
- Попридержи коней, Эанведд! - возмутился Киаран. – Иорвет всего день как пришел в себя...
- Скажем так, в камеру мне тоже не приносили свежей сводки новостей, - раздраженно оборвал его означенный Иорвет, прислушиваясь к тому, как начинает тяжело ломить лоб и затылок. – Что за приказы и контракты?!
- Ну как же, - несколько удивился скоя*таэль, тряхнув тугими темно-каштановыми косичками у висков, - ты сам говорил, что больше идти нам некуда, а с темерцами у нас теперь вроде как союз. Я не знаю, какие именно были между тобой и Роше соглашения, но за эти месяцы у меня к нему претензий нет. И, будем откровенными, не каждый из парней, беспрерывно провоевав последние годы, жаждет вить уютное гнездышко.
Эанведд покосился на нацепившего обманчиво отстраненную маску Киарана.
- Прямо скажу, кого-то перспектива быть привязанным к огороду или необходимость срочно искать себе ремесло и вживаться в местный колорит – изрядно напугала. Служба с оружием в руках – для них более привычна и менее зазорна. Так что отряд элитных лучников полностью укомплектован и нам осталось подписать контракты. Вопрос в том, что десять лет срока службы я считаю все-таки чрезмерными. Независимо от отпущенного нам природой долголетия, нынче события меняются с такой скоростью, что даже эльф может прожить за десять лет целую жизнь. Договоренности и служба это одно, но у каждого бойца должен оставаться выбор.
Иорвет ощутил, что у него в буквальном смысле темнеет в глазах: «белки» в качестве элитных частей темерской армии… Он точно жив и все еще в своем мире?! А Эанведд, между тем, невозмутимо продолжал:
- Я думаю, что годовой контракт, который можно как продлить, так и расторгнуть в свой срок, - это куда удобнее. Наверняка кто-то быстро захочет уйти, так зачем приковывать их насильно? А мы могли бы набрать взамен молодежь и воспитать их в правильном ключе! Как ты и хотел: мы не прекращаем борьбу, мы переводим ее в другое русло.
Безнадежно пытаясь уместить в голове откровения своих бригадиров и хоть как-то осмыслить их, лидер скоя*таэлей нечитаемым взглядом смотрел на несколько замявшегося эльфа, а тот между тем договорил слегка извиняющимся тоном:
- Решать с этим надо побыстрее, Иорвет. Сам понимаешь, неопределенность – она пагубна для дисциплины.
Сказал бы Иорвет, что пагубно для дисциплины: когда командир абсолютно не понимает, что делается вокруг и что без него уже успели натворить его подчиненные, а главное – что теперь прикажете со всем этим делать. Стоят ведь и преданно поедают любимое начальство глазами в ожидании вердикта, а оное начальство ни сном, ни духом, ни в зуб ногой, отчего сказать ничего не может. Эльф закашлялся, пытаясь избавиться от образовавшегося где-то в горле тугого кома:
- Я поговорю с Роше, - нашелся он.
Так и так глава спецслужбы Темерии будет обсуждать с ним «белок», а не памятники эльфийской поэзии. Впрочем, радует уже то, что благодаря этим встречам болезный командир лесных братьев все-таки получил хотя бы приблизительное представление, чем его «белки» в данный момент заняты и какие настроения бродят среди них.
А в следующую минуту случайность снова пришла ему на помощь – по крайней мере так показалось вначале, - и на пороге возникла недоумевающая Верноссиэль:
- Что здесь происходит? Что вы все сюда собрались? – она обернулась через плечо на Гроностая, который, оказывается, шел за ней следом. – Это же нарушение режима!
- А я здесь при чем? – резонно изумился тот. – Я вернулся в замок, потому что искал Льяна, - он должен был принести в лабораторию к мэтру Рене недостающие ингредиенты для изготовления лекарств, но до сих пор не появился, - и меня только что позвала Ярлисса.
- Льян отвлекает Ориэль, - воительница ужом проскользнула в спальню мимо подруги. – И командир сам сказал позвать к нему бригадиров. Да, Иорвет?
- Не совсем, - сухо констатировал скоя*таэль, измученно прикрыв веки и из последних сил подавляя желание застонать сквозь зубы, - я планировал тихо и не привлекая внимания поочередно переговорить с каждым из вас. Необязательно одновременно со всеми разом и срочно сию секунду!
- О! – сконфузилась Ярлисса.
- Ну, что сделано, то сделано, - примиряюще заметил Гроностай. – И я тогда, пожалуй, пойду все же займусь лекарствами, мне все равно особо нечего рассказывать. Иорвет, я согласился на предложение Роше о создании отряда эльфов-Полосок… Быть может, у нас действительно получится убедить кого-то из других скоя*таэлей сложить оружие и тем самым спастись от позорной петли или бессмысленной гибели от болезней и голода… Но Роше предложил это мне всего пару дней назад, и я еще не приступал к формированию отряда вплотную.
- Полоски?! – прервал его шокированный выкрик. – Какие такие эльфы-Полоски?! Ты знала!
Ярлисса оббежала обвиняющим взглядом невозмутимые лица товарищей и уставилась на ближайшую к ней Верноссиэль.
- И я знал, - пожал плечами неодобрительно нахмурившийся Киаран. – Роше предлагал это при мне...
Иорвет все-таки не сдержал слабого стона, судорожно вцепившись пальцами в одеяло, воздух в груди как-то резко закончился, мир вокруг потемнел, закружился в буквальном смысле. Эльф будто проваливался спиной вперед в бездонную затягивающую глубину, гул в голове усиливался, а звуки извне доносились до сознания как сквозь толщу воды.
- Ох, Иорвет! - это вроде бы Верноссиэль. – Срочно за Ориэль, кто там ее отвлекает…
- Я привезу Ильве…
- Расступитесь же, отойдите! – раздался расстроенный девичий голосок. - Ему нужно больше воздуха, лучше откройте кто-нибудь окно, а вы помогайте мне. Ах, я же предупреждала, что больного нельзя ничем тревожить, нельзя напрягать! Только один посетитель и недолгая беседа на спокойную позитивную тему!..
Иорвет ощутил, как под сокрушенные причитания девчонки его подняли, почти усаживая и подгребая под спину побольше подушек. Прохладные ладошки проворно распустили ворот рубашки до конца, опять запахло терпкой травяной горечью и ему осторожно принялись что-то втирать в виски, шею и грудь, приговаривая:
- Не волнуйтесь, расслабьтесь, сейчас станет легче, - тонкие пальчики успокаивающе поглаживали запястье, а к лицу поднесли чадящую ароматным дымом лампу. - Старайтесь лучше дышать ртом, ровно и глубоко, и дурнота пройдет…
Мужчины переглянулись и отошли к выходу, Верноссиэль немного полюбовалась на эту картину, тряхнула тяжелым узлом волос и поманила оставшихся бригадиров вон из спальни. К своему стыду, ее первым порывом было не броситься к командиру, - хорошо хоть Ярлисса притащила Ориэль раньше, чем Эанведд успел выплеснуть на него воду из кувшина, великолепное средство от обмороков, конечно, но не в этом случае все-таки, - а удержать выбежавшего из комнат Гроностая.
Она прекрасно поняла, что когда Иорвет сказал «не привлекая внимания», то имел в виду внимание Роше. Оставим в стороне тот факт, что о чем-то подобном она сама пыталась предупредить специального агента, однако человек столько раз старательно вбивал «белкам» мысль, чтобы они не лезли пока к своему главарю и дали ему сколько-нибудь поправиться, что настолько откровенно наплевательское отношение к его приказам наверняка приведет Роше в бешенство. Неизвестно, какие выводы он сделает из этого случая и на что их распространит при дальнейшем взаимодействии со скоя*таэлями. Ясно только, что это вряд ли будет что-то положительное.
И если «белки», начиная с самого Иорвета, распространяться об инциденте точно не станут, Ярлисса сможет уболтать Ориэль, то ее братец без сомнений выложит спецагенту все, что можно и нельзя, дабы прикрыть свою задницу, ведь об ухудшении состояния Иорвета Роше всяко будет расспрашивать его как врача. Так может лучше, чтобы доктора Асплена вообще здесь не было? Ориэль вроде бы одна справляется…
Тем не менее Верноссиэль не попыталась останавливать Гроностая, четко определив, что здоровье Иорвета в приоритете, поэтому медик все-таки нужен. Тем более, что Роше тоже может вернуться в любой момент, и если толпе народа у спальни командира еще могло найтись правдоподобное логичное объяснение, то обстоятельство, что при резком ухудшении состояния больного, врача даже не попытались разыскать, - выглядело бы по меньшей мере странно.
Оттого эльфка лишь раздраженно прикусила губу, досадуя на себя: она ведь знала, что доктор под чутким присмотром своего седого визави отбыл из замка, и стоило чуть задуматься над словами Гроностая, как легко было понять, что скоя*таэль вернулся один, а медик оставался где-то в городе. Однако для того, чтобы донести спецагенту про секретное собрание, вовсе не обязательно присутствовать на нем лично или подловить «белок» на горячем, вполне достаточно было бы услышать о сходке от кого-либо из участников. А кого же он может спросить и о чем, собственно, как не об условиях, поспособствовавших приступу? И уж за блондинистой пиявкой не задержится уязвить скоя*таэлей, можно не сомневаться. Увы, реакция Гроностая оказалась чересчур быстрой, он буквально испарился из цитадели, а вот Верноссиэль несколько замешкалась, мысленно хватаясь не за то, вернее, не с той стороны, и момент был упущен.
Отозвав товарищей в сторонку, эльфка вполголоса изложила соратникам свои соображения.
- Зачем огороды городить? – не понял проблемы Киаран. – Что преступного в том, что Иорвет нас позвал?
- Иорвет хотел сохранить эти встречи в тайне от Роше, - напомнила об очевидном Верноссиэль. – И Роше, когда я с ним говорила утром, не разрешал пускать к нему кого-либо, кроме тебя, и то на весьма ограниченных условиях.
- Иорвет просил меня отвлечь Ориэль, - подтвердила Ярлисса, - и я обещала, что поговорю с ней, чтобы она не проговорилась случайно о совещании.
- Вот, - веско подчеркнула Верноссиэль. – Не стоит лишний раз обострять ситуацию.
- И? Ты предлагаешь сделать вид, что нас здесь вообще не было?
- Ну, скажем, что мы все подошли позже как раз потому, что услышали, что Иорвету вновь стало плохо, - дернула плечом эльфка. – Следует только предупредить Гроностая, чтобы он сам не особо откровенничал и приструнил бы своего не в меру языкастого аманта.
- Да он вроде бы уже, - насмешливо фыркнула Ярлисса. – После вчерашнего у красавчика фингал на половину его смазливой морды.
- Ничего, - хладнокровно заверила Верноссиэль, - лишний раз напомнить не помешает, чтобы потом не пришлось еще кому-нибудь заниматься приведением этой особы в должные рамки.
- Ладно, - сдался в ответ на ее требовательный взгляд Киаран, хотя по-прежнему не скрывал сомнений в смысле всей нелепой конспирации, - если Роше станет расспрашивать о подробностях, я скажу, что был у Иорвета один, а вы прибежали позже на поднятый переполох.
Эанведд просто молча пожал плечами, в отличие от товарища даже не пытаясь вступать в спор.
- Может быть, тогда мы пойдем по делам, - неожиданно предложил он, - а ты сама дождешься Гроностая? Зачем нам еще час торчать здесь под дверьми и обострять, как ты изящно выразилась?
- О! А я, пожалуй, сначала загляну к Ориэль, - подмигнула Ярлисса. – Может быть, ей нужны вода или чистые полотенца, или наоборот нужно что-то унести…
- Хорошо, - усмехнулась Верноссиэль, - я поговорю с Гроностаем сама.
Оставшись в одиночестве, эльфка с улыбкой покачала головой: в принципе, она и не собиралась пускать дело на самотек, но очевидное нежелание мужчин ввязываться в какие-либо хитрости, тем более чреватые необходимостью затронуть некоторые вопросы личной жизни уважаемого товарища, ее позабавило. Вот даже с домашней тихоней Ориэль почему-то таких сложностей не возникало: попросила подруга не раскрывать перед Роше нарушения установленного для больного режима, та и согласилась сразу.
А что такого, ничего же страшного не произошло! Ну переоценил чуть-чуть Иорвет свои силы, бывает, особенно с сильными самоуверенными мужчинами, не привыкшими позволять себе болезни и слабости. Понятно же, что и ему хотелось увидеться наконец с друзьями и убедиться, что с ними все в порядке, и им точно так же, оттого все и переусердствовали немного. Но ведь не со зла же, и состояние Иорвета уже стабилизировалось, даже Ильве звать было не обязательно, - когда Ярлисса передала эти слова сиделки соратнице, Верноссиэль вовсе зло фыркнула в крайней степени огорчения, - а что касается подруги, так, оказывается, Ориэль заметила, что Роше не очень ее жалует за боевой характер и конечно же выдавать ему ни за что не станет. Других же она и вовсе не видела, кто там в каком порядке когда приходил, - так честно и ответит на любые вопросы. Зато теперь все успокоились и убедились, что пока излишняя активность только вредит, так что все, что ни делается, – все к лучшему.
Верноссиэль в свою очередь даже несколько удивилась столь невозмутимым и здравым рассуждениям от юной девочки, которую она в глубине души сочла не более чем милой дурочкой, годной лишь на то, чтобы вовремя самоотверженно менять испорченные простыни. Однако, похоже, что Ярлисса вцепилась в сестричку вздорного врача не зря.
А вот самого врача решительно настроенная бригадирша едва не пропустила, отвлекшись на повседневные хлопоты. Правда, она держалась во дворе, поэтому к въехавшей внутрь повозке подошла все-таки первая.
- Ложная тревога. Ориэль передала, что с Иорветом уже все хорошо. - Верноссиэль обошлась без лишних приветствий, обращаясь исключительно к спрыгнувшему на брусчатку Гроностаю. Покосившись на мрачно нахохлившегося медика, со снисходительной прохладцей добавила. – Хотя… раз уж вы возвратились, наверное, мнение доктора тоже будет не лишним…
- Всегда мечтал стать мальчиком на побегушках, - по инерции съязвил Асплен, слегка неловко слезая следом с повозки прежде, чем скоя*таэль развернулся его поддержать.
- Ильве, пожалуйста, - терпеливо и внушительно обратился к нему Гроностай.
Тот демонстративно закатил глаза, а затем с усталой злостью вздохнул, тоже обращаясь только к седому скоя*таэлю:
- Мы ничего не успели, а если меня и дальше будут дергать по каждому чиху, то и не успеем! Допустим, я могу написать рецепт и пропорции, но тогда нужен хотя бы более-менее толковый аптекарь, чтобы хоть читать умел и руки из плеч росли, потому что из Рене сейчас очень спорный помощник. Ему самому помощь нужна. А ваши «белки», несмотря на прямой приказ Роше, не удосужились даже доставить то, о чем с утра договорились! В этом виноват уж точно не я и молчать не стану.
- Не стоит горячиться! – мгновенно отреагировала Верноссиэль, заступая вперед. – Думаю, пока доктор осмотрит пациента, мы вполне успеем разрешить недоразумение и устранить все недоработки.
- Я надеюсь, - уже без особого накала заметил Ильве, забирая с повозки свою медицинскую сумку, и направился в основное здание. – Иначе результата толком не будет.
Верноссиэль проводила его довольным взглядом, попутно со внутренним негодованием отмечая слегка скованную походку и затрудненный шаг медика, которые частично скрадывала свободная длинная одежда. Ее пальцы в то же время до боли впивались в запястье седого скоя*таэля.
- Что это все значит, Верноссиэль?! – голос Гроностая едва ли не буквально обжег ухо холодом.
- Всего лишь то, что мы не успели тебя предупредить: Иорвет не хотел, чтобы кто-то, кроме нас, знал, что мы к нему приходили, - эльфка с вызовом встретила гнев аметистовых глаз. Пары слов хватило обрисовать принятую за основу легенду.
- Понимаю, - согласно кивнул Гроностай, задумчиво протянув, - мне бы тоже очень хотелось переговорить с Иорветом так, чтобы об этом не узнали наши нынешние радушные хозяева…
- Вот видишь! – воодушевилась обнадеженная Верноссиэль. – Теперь все зависит только от того, что ты сказал своему, хм, «подопечному».
- Я не сказал ему ничего, что противоречило бы вашей истории, - вновь посуровел и заледенел бригадир.
О да, он мог бы, безусловно, причем довольно едко высмеять, облить презрением эту уже набившую оскомину сплетню о его связи! И хотел бы, ведь это унизительно для них обоих, - предполагать, что он пользуется мнимой продажностью Василька, а тот ложится под каждого выгодного. Вот только нет ничего более бесполезного, чем развеивать чьи-то болезненные фантазии, и получается обычно, что чем больше отрицаешь, тем больше тебя все подозревают… а с другой стороны, Гроностай довольно цинично подумал о том, что, возможно, учитывая всю ту неприязнь, что не стеснялась демонстрировать та же Верноссиэль, - когда его уже не будет в Вызиме, может быть, хотя бы его тень станет защитой от излишних нападок, абсолютно не заслужившему их молодому эльфу.
Следует только прояснить этот вопрос с самим Ильве, - скоя*тэль улыбнулся возвращающемуся, еще более насупленному и раздраженному медику.
При всей его наблюдательности, Гроностай сосредоточил внимание на молодом эльфе и поэтому не заметил, как Верноссиэль дала отмашку караулу у ворот: больше предупреждать о приближении Вернона Роше было не нужно.