Машина времени - замечательное изобретение. Захотел - метнулся в будущее хвастаться отсутствием налогов на испускаемый при дыхании углекислый газ. Захотел - вернулся в прошлое, смотреть как Сергей Михалков тренируется, до толщины фольги вылизывая лист дюралюминия. В какой-то миг не выдерживаешь, говоришь, Серёжа, перестань стараться, ты не знаешь какое ужасное будущее тебя ждёт. Все над тобой будут смеяться из-за публичного осуждения Пастернака и Солженицына, но люди поймут, что ты был полностью прав только в 2038 году. По мотивам Дяди Стёпы на Ленинградской улице города Самары сделают невероятно всратый памятник, где туристы будут фотографироваться, и районный краевед, Евпраксия Штейнберг, рассказывать легенду, что бронзового пса зовут Трезор, и если погладить его, то выпадет удача, хотя памятнику литералли пяти лет нет.
У тебя родится двое детей различной степени бездарности, один из них войдёт в историю как режиссер относительно прикольного баддикоп фильма Танго и Кэш, другой как шнырь, которого застали в постели с Финном Фулвхардом в косплее Фредди Меркьюри. И видно, что Сергею Михалкову честно говоря плевать на все мои сказки - ведь жизнь та еще саркастичная сука. Делать нечего, я выкладываю козырь - твой внук снимет первый полнометражный компьютерный 3D мультфильм Наша Маша и волшебный орех, а Сергей Михалков такой - чел, ну вот чего ты от меня хочешь, до массового применения вазектомии в мире ещё 10 лет, как мне быть? Вы, молодой человек, вообще-то могли бы перейти от слова к делу и на мотив Назад в будущее соблазнить Наталью Аринбасарову. А я говорю - невозможно, значит невозможно, так сразу бы и сказали.
Смотреть Нашу Машу и Волшебный орех после таких грандов писафщитной анимации типа Легенда о Титанике или Ночь в Супермаркете все равно, что зелёному берету после Вьетнама играться в лазертаг с физически ограниченными детьми. Коренное отличие нашего мультфильма от тех, что валяются на дне коричневой шкалы - наши все-таки старались. Это был амбициозный проект, должный продемонстрировать всему миру и студии Дримворкс в частности, что мы сами с усами, и это не могло не могло не закончится провалом в кокаиновые 00е.
Главная проблема Нашей Маши - это отменно говноедская режиссура и только. Изначально задумывавшийся как детская на мотив Щелкунчика сказка, мультфильм протерпел гнилостные метаморфозы в тлейлаксовом чане воспаленного воображения Егора Кончаловского, и превратился в миллиниальный кринжфест, пародирующий то ли Историю Игрушек, то ли Шрека, то ли Жизнь в отчаянии. Это оуроборусовское пиршество постмодерна пелевинского разлива, ощущаемое больше как горячечный предсмертный бред похороненного за плинтусом, в каком-то плане предвосхищает знакомые каждому провинциалу цирковые спектакли типа Уэнсдей, Эльза и Клава Кока против Хагги Вагги. Обычные же смертные, миновавшие судьбу старшего брата в Твери, отметят про себя попеременно извергающуюся вторичность с сосущей пустотой, сменяющиеся так часто, что не каждому пульсару и снилось.
Егор Кончаловский искренне хотел снять мультфильм для всей семьи, и также искренне ни черта не понимал как это сделать. Для младшей части аудитории, по видимому являющейся 11 летними акселератками из пресловутого Старого Оскола, потерявшими честь, но сохранившими подписку на журнал Bravo, Наша Маша изобилует музыкальными, спетыми выкидышами Фабрики Звёзд номерами, хабальным юмором и сексуализированной главной героиней, как модель поведения. Для тех же, кто родился в советском союзе, мультфильм припас олигофреническую историю про пионерскую дружбу и самые отбитые каламбуры, которые бы постеснялся сказать со сцены даже Сергей Дроботенко.
Все это вкупе представляет собой ядерную смесь из подросткового еджи китча образца 00х и дедпердедского идеализма прямиком из 70х, что на самом деле ставит Нашу Машу в разряд guilty pleasure, чему только помогает вполне себе легитимный визуальный дизайн и приемлемая техническая составляющая. Для первого российского CGI мультфильм вышел более, чем компетентным - критики несинхронизированных движений губ и прыгающих Машиных сисек просто не видели Сэра Билли или Тони Хок: Саботаж. Наличие анимированных волос и шерсти, настоящих неоднотонных и некоричневых текстур и частоты в 12 кадров уже делает Машу чуточку смотрибельной.
Сильной ее стороной является дизайн, и если к колористике - кислотно-яркой, но все же радующей глаз, вопросов нет, то вот художественные решения своей необычайностью ставят в экзистенциальный тупик, в котором нашли себя русские фентезийные художники того времени. Попробую объяснить - героиня натурально живёт в био- кибер- антиутопии образца Half-Life 2, откуда попадает в уже в магическо-сюрреалистичный стимпанк, где главными врагами внезапно оказываются гламурные гавнари, живущие в замке будто специально построенном для Алисы Американа МакГи. Если абстрагироваться от сюжета и смотреть только на сеттинг, то получается некая болезная и хрупкая фантазия, пытающаяся упихнуть всебя неупихуемое, которая могла прийти в голову только обитателям Дома, в котором. Это и жутко и здорово одновременно.
Да, Наша Маша - это говнище, но это наше говнище, которое я посмотрел с величайшим удовольствием и трезвым до самого конца. Для людей будущего - безудержное безумие, вырвавшееся из параллельного мира, но для нас, родившихся и выросших вместе с Хубба-Буббой и Скелетонами, Наша Маша является естественной и неотъемлемой частью прошлого, где люди под шутки Трахтенберга собирали ртом мелочь с пола, где Мэддисон вел передачу про компьютерные игры на федеральном телеканале, вся страна переживала до слез за лесбийскую пару на Евровидении, школьники запоем читали Лимонова и Кастанеду, неиронично слушали блэк-метал и смотрели какой-то артхаус по СТС, тераписэйшены собирали под тысячу народа, на главной площади города делали сникерсурбанию, а до казантипа было рукой подать. В тот момент все это казалось вечным и незыблемым, однако ж исчезло без следа, словно дым от сигарет Кисс яблочные, оставив после себя только ряд культурных артефактов, свидетельствующих, что все выше в самом деле с нами происходило.
IMDb - 3/10
Бимувиметр - 10/10