«Два сапога… - в болото идти. А вы говорите - «пара»! Не всегда первая часть афоризма однозначно тянет к себе вторую, всем известную. Иногда вторгается «правда жизни» и она неумолима!
Банальная истина на то и банальная, что часто случается. Часто - но не всегда. Как в любом языке - в любом правиле! - есть исключения. Их либо помнят, либо познают на «горьком опыте»! Лучше помнить, ибо горький опыт повторов не боится.
Их называли «парой».. «Парочкой» - и умилялись, глядя. Делали прогнозы, ставки, выводы. Выводы - особенно! Как - такая страшная, бедная умишком и чумазая - могла охомутать такого видного и богатого! Значит, чудо возможно! Значит, «и я - аналогично не Бог весть что!» тоже смогу.. Надо только поднапрячься.
И поднапрягались. Вдохновлённые..
Однако, получалось не у всех. Кто-то мог урвать «часок счастья», другим обломилось. Да и вправду - он же не семижильный! Чтобы на всех обездоленных баб заряда накопить - и «ощасливить», на минуточку. И денежек дать - от семьи оторванных, навсегда.
Обиженные копытились, пузырили яд и обосновывали облом. Получалось!
Типа, «она чем-то его взяла особенным, видимо, слишком дозволенным.. а я - не такая шлюховата, мне не смочь!.» И гордо таращились по сторонам!
А та, что «шлюховата» - не смотри, что чумаза ещё больше прежнего, от трудов неправедных - и не взирала на «плебс». Знала, что все завидуют и перманентно метят на её место. Берегла насиженное и слезать не намеривалась.
А в это время, истина про «два сапога» уже набирала силу произвольную. Трактоваться - как хотеть! И «болото» виделось в перспективе и подзорной трубе.
Но никто в неё - них! - не пялился. А все пялились на «пару»! Зависть достигла такого градуса, что плавились пластиковые одноразовые стаканчики. Которых в избытке было на пьяных корпоратах! Примета времени! Их обычно жгли с вонью в кострах пионерских или сваливали в мусорные мешки и везли на служебном микроавтобусе до ближайшей свалки. Она и запомнила свою неспешную молодость по горсти разнопёрых хрустко-ломких стаканов, на выброс.
Когда поговорка «обломилась» стратегически неверным, неожиданным, по исключению. Она и вякнуть не успела. Зато прочие ржали во весь голос и долго. С удовольствием припоминая детали адюльтера и свои неудачи. Её определили в «вечные лузеры» и забыли через квартал. Как раз, после сдачи годового отчёта!.
«Два сапога..» - всё-таки! - оказалось «идти» куда-то. А не что-то иное. Впрочем, зачем ещё нужны сапоги? Два..»