На дороге запылённой
И неезженой давно
Очень так, определённо
Появилось вдруг г...вно. Появилась сразу куча.
И дымится и смердит.
Мух над ней собралась туча.
Куча с гордостью глядит: «Посмотрите я какая, -
Знаменитость, фаворит», -
Вся на солнышке сверкая,
Куча мухам говорит: «Становлюсь я краше, лучше,
Аж захватывает дух».
А сверкает то не куча,
А слои навозных мух. Солнце кучу подсушило
Ветер дунул так и сяк,
И деревня поспешила
Превратить её в кизяк. В печке весело трещала
Куча в новом амплуа
И опять всем верещала
Про великие дела. Огонек, лизнув последний
Больше уж гореть не смог,
И пахнул от кучи бледный,
Исчезающий дымок… Богословский Николай Дмитриевич, 16 марта 1987 г.
На дороге запылённой
И неезженой давно
Очень так, определённо
Появилось вдруг г...вно.
Появилась сразу куча.
И дымится и смердит.
Мух над ней собралась туча.
Куча с гордостью глядит:
«Посмотрите я какая, -
Знаменитость, фаворит», -
Вся на солнышке сверкая,
Куча мухам говорит:
«Становлюсь я краше, лучше,
Аж захватывает дух».
А сверкает то не куча,
А слои навозных мух.
Солнце кучу подсушило
Ветер дунул так и сяк,
И деревня поспешила
Превратить её в кизяк.
В печке весело трещала
Куча в новом амплуа
И опять всем верещала
Про великие дела.
Огонек, лизнув последний
Больше уж гореть не смог,
И пахнул от кучи бледный,
Исчезающий дымок…
Богословский Николай Дмитриевич, 16 марта 1987 г.
