В продолжении предыдущего паблика и – шире.
Виталий Третьяков – ректор Высшей школы телевидения при МГУ любит объявлять ВК, что «сегодня я опять у Соловьёва». Это похоже на мазохизм. Такое впечатление, что Владимир Рудольфович приглашает Виталия Тоевича,, чтобы самоутвердиться за счёт ректора и выбрать жертву для избиения в эфире.
Вчера Третьяков опять был подвергнут безжалостной атаке Соловьёва. Даже защита растоптанного Трампа, пострадавшего от суда присяжных, с неуместной отсылкой к роману Льва Толстого "Воскресенье", где виноваты присяжные - не помогли. Кстати, более века назад это было проявлением подлинной демократии. Летом 1887 года российский юрист и судья, Анатолий Фёдорович Кони рассказал Льву Толстому историю о том, как во время суда один из присяжных заседателей узнал в обвиняемой в краже (не убийстве) проститутке женщину, которую он когда-то соблазнил. Присяжный заседатель был так потрясен этим, что решил жениться на ней, и принялся хлопотать об её оправдании и освобождении. Но ничего не получилось – женщина была больна и умерла в тюрьме.
Эта история поразила Толстого, и он уговорил Кони, который тоже был литератором, отдать ему сюжет. Тот согласился. Так появился последний роман Толстого - «Воскресение». Суд присяжных, учреждённый в Российской империи в середине 19 века, и адвокатура были ответом на запрос гражданского общества. Именно поэтому мы по именам помним блестящих русских адвокатов того времени: Кони и Плевако и многих других. Именно эти люди, бывшие не только блестящими юристами, но и яркими личностями, стали настоящими поборниками справедливости и нравственности в тогдашней России. А ещё - образцами для публичных выступлений. В том числе – и на телевидении.
Вот у кого надо учиться Третьякову, который стушевался, попробовал скрыться за предложением министра юстиции Чуйченко подумать о статье Конституции, запрещающей всякую идеологию, но не мог внятно сформулировать, где это было, в какой форме? (См. изложение в моей ленте – выше!). Зарапортовался и получил по полной. Тут и Маргарита Симоньян встряла, что в деле Катюши Масловой виноваты не присяжные, а судья, который не объяснил присяжным суть преступления и мотивов для принятия решения. Тут Третьяков – совсем сник: «Дайте закончить мысль…».
Дали. Понёс полную околесицу. Он решил встать на профессиональную стезю, но лишь только заикнулся о солидарности журналистов, как хозяин эфира обрушился на него с тирадами: "Какая солидарность? С кем? С такой мразью, как Венедиктов? Я – не член Союза журналистов и что? Почему там с такими подонками, как Венедиктов и его рассадник, не борются. Вы – член Союза журналистов?".
- Я не просто член, я – секретарь, - буркнул Виталий Тоевич.
Эх! А чего же секретарь так плохо и неумело защищает профессиональное сообщество? Ну да, есть и подонки, и перебежчики в творческом союзе. А что на телевидении их нет? Есть даже прямые предатели – мы это в прямом эфире Первого канала видели. И что – разогнать всю эту телекоманду? А и правда: порой очень хочется!
Но тут Третьяков допускает вообще хамство: «Нет у журналистов никакой солидарности, а уж про писателей и говорить нечего». А ты откуда знаешь? Ты что - и секретарь Союза писателей заодно? Об «осведомлённости» ректора я могу судить хотя бы по тому, что в программе того же Соловьёва он тупо заявил через месяц после начала СВО: «Ни один творческий союз не выступил в поддержку СВО!». Это была или прямая ложь, или полная неосведомлённость: на следующий день после начала СВО Союз писателей России выступил с заявлением о поддержке нашей армии. Открытое письмо-заявление было опубликовано в «Литературной газете», «Российском писателе» и «Дне литературы». А сколько книг и антологий мы оперативно издали!
Но гости Соловьёва, похоже ни газет, ни книг не читают – некогда. Надо ехать в студию, гримироваться, торчать в эфире, болтать безответственно и – получать по полной!