Март 2023г. Мариуполь. Россия.
Уставшими глазами, она всматривалась в горизонт, где в обрывках густого тумана петляла серая дорога. Разбитая и искорёженная воронками взрывов. Да и что в этом городе было другим? Уродливая, изрытая земля, покрытая ледяной коркой, грязные, полуразрушенные дома. Здания, зияющие опалёнными дырами от тяжёлой артиллерии. Разбитый бетон, из которого вылезали, словно кривые чёрные пальцы, гнутые прутья арматуры. Да, в центре города уже возрождалась жизнь. Она начала пульсировать слабыми толчками, как только что запущенное сердце, но здесь, на подступах к городу, пейзажи оставались ужасающими. Она положила руки на выщербленный бетонный подоконник и в задумчивости рассмотрела их. Перчатки были без пальцев и руки жутко мёрзли. Они были красные, с некрасивой кожей и коротко остриженными ногтями. Она привыкла по возможности греть руки в карманах, что не предавало женственности, конечно. Ещё раз осмотрела горизонт. Второй этаж, маленькая комнатка полуразрушенной пятиэтажки, чёрные стены. Видимо здесь бушевал пожар. Не уютная, выгоревшая комната, но хорошая точка для обзора. Все чисто. Она потёрла ладони друг об друга, пытаясь согреть и закурила. Закурила. 4 года назад, она была кандидатом в мастера спорта и вряд ли могла вообразить сигарету в своих пальцах. Но война... Она всегда внезапна, беспощадна и меняет всё.
Шестым чувством она уловила движение. Или просто услышала? Окурок исчез, а пальцы молниеносно легли на холодный металл её верной СВДМ. Да, на дороге появилось размытое пятнышко. Она уложила винтовку на подоконник и посмотрела в двенадцатикратный прицел. Автомобиль. Штатский. Чёрный фургон, едет по направлению к городу. Несколько последних месяцев жизнь в Мариуполе можно было назвать почти мирной. Бомбешки остались в прошлом и редкие стычки уже не были похожи на полноценную войну. Линия фронта была сдвинута достаточно далеко на северо-запад. Но ДРГ появлялись с завидной периодичностью, и внимание ослаблять было преждевременно. Вот и сейчас они с бригадой несли дежурство на фоне сообщений о появление очередной диверсионной группы в этом районе. Она нажала кнопку рации, но в эфире были только помехи. Ясно. Значит сама. Автомобиль приближался и даже немного набрал скорость на более-менее сохранившимся асфальте. Она присела, чтобы скрыться за подоконником и прислушалась. Близко. Сейчас проедет мимо. Это мирняк, точно. Она уже была готова покинуть укрытие, как с наружи раздалось характерное жуткое шипение и почти в тот же момент взрыв, от которого будто завибрировало её нутро. О, этот звук не спутаешь ни с чем - РПГ! Пытаясь игнорировать сердцебиение, кажется в районе горла, она приподнялась и выглянула. Скверно. Гранатомёт против небронированного авто? Они там озверели? Фургон стоял под углом в 45 градусов к дороге, и интенсивно дымил из-под капота. Левое переднее крыло отсутствовало, капот искорёжен и открыт. Водитель мёртв, конечно. Ну и мрази! Опять лупят по мирным! Её пальцы несколько раз сжались в кулак и разжались. Она тяжело вздохнула и дёрнула из-за спины винтовку. В стене под окном был удобный раскол, который и сыграл в пользу выбора этой квартиры. Позиция упора оружия с колена. Усевшись на одну ногу, второе колено она подняла и удобно устроила на нем локоть с винтовкой Драгунова. Смотрела над прицелом пока. Сердечные удары мешали. Было не страшно, но волнительно. Она не любила войну, и не любила убивать, но ещё больше она ненавидела тех тварей, что уничтожают невинных людей. Мирных людей, на её земле. Наверное, ей повезло, у неё есть шанс собственноручно отправить этих ублюдков в ад. Ну, где ты? —беззвучно прошептала она одними губами, - Не заставляй даму ждать.
Дым из-под капота подбитого автомобиля становился слабее, она ощутила едва уловимый запах гари, и вот появился невысокий язычок пламени. Она поморщилась. Огонь усложнял дело и запускал таймер времени. В автомобиле могли быть люди, которым нужна помощь.
Её внимательный взгляд уловил фигуру, осторожно обходившую автомобиль сзади. Он вышел из пролеска с противоположной стороны дороги, откуда и был произведён выстрел по авто. За плечом РПГ, точно он. Шея то вытягивается, то втягивается в плечи, как у напуганной кошки. Автомат на изготовке.
-Ссышь получить пулю из машины? - её губы искривились в ассиметричной улыбке, а щека мягко прикоснулась к холодному металлу. Перекрестье прицела остановилось на затылке мужчины. Он стоял спиной к ней и был совсем близко по снайперским меркам. Метров 200. Выдох, задержать дыхание, успокоить сердцебиение, винтовка, как продолжение руки. Монолит. Палец мягко надавливает на спусковой крючок и перекрестье прицела уходит немного вверх. Выстрел не громкий, на дуле глушитель, хотя в первую очередь он нужен снайперу, чтобы скрыть дульную вспышку, а не звук. Звук не громкий, но и не тихий, как нам показывали в тупом Голливуде. Враг клюнул носом в заднюю дверь, куда так хотел заглянуть, и отрикошетив лицом и оставив на стекле кровавое пятно завалился на спину. Это произошло за доли секунды, она даже не успела оценить свою работу, как зазвенели пули по металлу. Второй! Сука! Палит по машине с другой стороны, видел как подстрелили напарника, но не понял откуда. Прицел молниеносно поймал стреляющего, выдох... Нет, не в голову, в шею! Посмотри, как пузырится, фонтанируя кровь, попробуй удержать этот поток ладошками... Второй недолго подрыгался и затих на земле. Она судорожно вглядывалась в местность. Сколько ещё? Пламя не утихало, и грозило перекинуться с капота на весь автомобиль. Она нервно потёрла шею сзади, словно стараясь прогнать ощущение онемения кожи. Ждать? Или бежать проверять выживших в машине? Да, скорее всего таких нет, ведь после выстрела из гранатомёта, по пассажирам дали очередь из АК. Если террористов больше, то покинув укрытие она погибнет. Она сегодня без напарника и прикрыть её некому. А снайперская винтовка не поможет ей в ближнем контакте. Но и смотреть как вспыхнет салон, не разведав обстановку тоже невозможно... Господи, как быть? - прошептала она в отчаянии. И тут словно её вопрос был услышан - очнулась рация у неё на груди.
-Шелест, приём! - раздался голос командира, через сплошные помехи
-Да - выдохнула она, зажав кнопку, - я Шелест...
-ДРГ засекли, трое - ликвидированы, двое - ушли, как слышишь?
-Двоих ликвидировала - скороговоркой произнесла она, закидывая винтовку за спину и выбегая из комнаты. Цепляясь за погнутые перила, она стремглав пролетела по лестнице и оказалась на высоком крыльце. Схватившись за ограждение, в высоком прыжке она перекинула ноги через перила и спрыгнула на землю. Натренированное биатлоном тело приземлилось на ноги и руки почти бесшумно. Тракторная подошва солдатских берцев оставила глубокие следы в полузамёршей земле.
Приблизившись к автомобилю, она рывком открыла переднюю правую дверь. Водитель лежал, уткнувшись носом в пассажирское сидение. Быстрым движением убедившись, что он мёртв, она обернулась на пассажира. Предварительно выволоча труп водителя из автомобиля, она оттащила его на обочину и распахнула заднюю дверь, запрыгнула в просторный салон. Это был не просто салон авто, а полноценное рабочее место. Комфортный диван и стол, на полу валялся ноутбук и ещё какое-то оборудование, слетевшее, когда машину занесло. На сиденье, полулежал молодой человек, свесив голову на плечо. Белые, почти снежного цвета волосы были в крови в районе лба справа. Ну неужели прямо в лоб?!-выдохнула она с нескрываемым сожалением. Мальчишка был совсем молод, и как-то непривычно красив. Она протянула руку к его шее и почувствовала уверенную пульсацию. Подняла волосы со лба – это был не огнестрел. Поверхностная рана, полученная при ДТП. Молодой человек открыл глаза
-Ранен? – быстро спросила она, - Куда? Где болит?
-Да, плечо – голос его был хрипловат, но сознание не спутано, - Где Денис?
Похоже, он не понимал, что произошло и не заметил, как отключился. Про водителя Шелест объяснять не стала, всё потом
-Дай посмотрю.
Он подался вперёд, и она попыталась аккуратно стянуть рукав кожаной куртки с его левой руки. Он зашипел от боли прямо у её уха.
-Потерпи, - она взяла его за рукав чёрной толстовки и почувствовала, что он насквозь мокрый. Очень скверно, чёрт! Нужен жгут, но для начала надо вытащить его из машины. Хорошо, что он одет во все чёрное.
-Давай так, - максимально бодрым голосом начала она, - сейчас выберемся из машины и пойдём в тот дом, я тебе помогу. Она аккуратно опустила его руку на его же колено, - Там я тебе окажу помощь и будем ждать наших. Она даже улыбнулась, глядя ему в глаза и сидя перед ним на коленях, - потом поедем в больницу, хорошо?
Молодой человек кивнул неуверенно. Она опёрлась на сидение, чтобы подняться, и её рука угодила в мокрое, тёплое и липкое. Она развернула ладонь к лицу, и они оба взглянули на красные разводы.
-Это моя? - глухо спросил парень и в последнем звуке «я», она расслышала отголоски приближающейся паники. Нет, нет, нет. Паникующим человеком невозможно управлять. Этого нельзя допускать. Похоже, что он первый раз осознал возможность и реальность смерти. После четырёх лет войны, она научилась быть готовой к этой мысли, но парень был не из таких. Все кричало в его внешнем облике, что он - человек из параллельной вселенной. Ухоженные, красивые руки, идеальная стрижка из белоснежных волос, чисто выбритое лицо, и тонкий аромат парфюма. Как это было неуместно и диссонировало с горящим автомобилем. Тонкая струйка крови, змейкой выползала из-под чёлки и приближалась к, безупречной формы, брови… Он неотрывно смотрел на её окровавленную руку, пока она не сжала её в кулак. Дыхание его учащалось, а глаза темнели. Ну точно, сейчас впадёт в ступор и никакими уговорами она не сможет спасти его.
-Эй, - она схватила его за здоровую руку, - Взгляни на меня! Пойдем! Быстро! Машина горит!
Максимально короткие предложения, максимально понятный текст. Но он не шевелился, в глазах было отчаяние. И она сделала то, чего раньше никогда не приходилось, хоть метод и был действенный. Без размаха, коротко, но сильно она ударила его по щеке и повторила строго и почти по слогам
- Покинем машину - спасёмся. Будем тормозить - погибнем.
Его серые глаза расширились от изумления, в них плясали отблески пламени, бушующего за лобовым стеклом. Он смотрел на неё и во взгляд возвращалась осмысленность. Она поняла, что он вернулся в реальность, и вскочив на ноги, дёрнула его за здоровую руку. Он привстал, застонав от боли и покачнулся. Она уже стояла на земле. Её ботинки почти касались трупа, распростёртого у порога авто. Она протянула ему обе руки. Он спрыгнул на землю, держась за её плечо и чуть не потерял равновесие. Выпрямился. Высоченный, такого не дотащить, если упадёт. А голова у него, должно быть, кружится прилично. Много крови, слишком много, и на одежде, и на сиденье. Он смотрел на труп. Да, лежал тот, конечно, очень неэстетично. Выстрел в затылок. Пуля вышла из лица и разнесла его в фарш.
-Да пошли уже! – прошипела она
Он уставился чуть выше её правого плеча, где торчало дуло винтовки. И что же читалось в его взгляде? Упрёк?
Она взглянула на него с вызовом, -Или он или ты. Поужасаешься под крышей. Открытые пространства небезопасны, - Она с раздражением подтолкнула его в спину. Бедняга вскрикнул от боли, но пошёл. Потом снова остановился, теперь смотрел на тело на обочине. Повернулся к ней и даже, как будто, хотел спросить, но губы так и не разомкнул, хотя во взгляде читалось многое.
Чуткий слух уловил приближение дрона. Она рванула с места, и обогнав его увлекла за руку в дом. Бегом. Они ввалились в чёрный подъезд, и он всё-таки упал на колени сразу за порогом. Прилечь прямо на входе было очень плохой идеей, если не дай Бог, прилёт, то его посечет осколками. Не тратя время на объяснения, она обхватила его за торс и протащила в глубину дома ещё на 10 метров. Чья была «птичка» она не знала, но рисковать было нельзя, укрывшись за косяком двери, сдёрнула с плеча винтовку, но звук постепенно затих. Она выглянула в проем, все было спокойно. Поставила СВДМ к стене, нажала рацию. Тишина и помехи. Молодой человек пытался придать своему, не слишком послушному телу сидячее положение. Рука с ранением не слушалась его. Он скверно, тяжело дышал, и бледнел на глазах. И её сердце сковала жалость. Она оставила бесполезную рацию и подошла к нему. Помогла усесться на пол и облокотила на стену.
-Я посмотрю.
Он молча покивал и его бескровные губы дрогнули, как будто и это для него было болезненно. Бедный мальчик, Шелест знала, что такое сквозное пулевое. И помнила, какая это чудовищная боль. То, что он не выл в голос, уже было показателем выдержки.
Достав из маленькой аптечки ножницы и жгут – турникет, она аккуратно разрезала его рукав до самого плечевого шва. От бицепса и ниже, до фаланг пальцев не было ни одного участка чистой кожи - всё в крови. Парень покосился на свою руку и отвёл глаза. Похоже все стало хуже, она с трудом нашла саму рану и наложила жгут, засекла время по наручным часам. Он тихо взвыл, когда она затягивала последние обороты. Она успокаивающе погладила его по второму плечу, и он спросил: «как Вас зовут?»
-Шелест
-Это псевдоним?
Она улыбнулась уголком губ, - Позывной.
Он смотрел на неё внимательно, правда одним глазом. Правый был закрыт, потому что его залило кровью. Она достала тканевую повязку и, смочив её антисептиком, вытерла ему веко и лоб. Лоб был покрыт холодным липким потом. Руки тоже холодные, а лицо такое бледное, что того и гляди сравняется оттенком с волосами. «А ведь, пожалуй, он не дотянет до госпиталя», с болью подумала она. Парень хотел ещё что-то сказать, но видя, как ему тяжело, она приложила палец к губам, призывая поберечь силы. Он слабо улыбнулся и устало прикрыл веки.
Она снова взяла рацию и стала вызывать своих. Минуты тянулись мучительно долго. Эфир шуршал помехами. Мальчишка учащенно дышал в углу. С улицы тошно воняло дымом и гарью. Взрыв раздался внезапно, и она вздрогнула всем телом. Огненный пузырь поднялся в воздух над горящей машиной, на мгновенье разукрасил подъезд красно оранжевыми всполохами. Парень безучастно приоткрыл глаза и снова закрыл. «Нет адекватной реакции на происходящее, угнетённое сознание, плохо дело», она закусила губу, скрывая отчаяние. Рация очнулась
-У меня пострадавший, - произнесла она, - мальчишка с большой кровопотерей, вытаскивайте нас!
-Я принял, мы выдвигаемся к вам.
-Чей квадракоптер?
-Нет информации, отбой
Она выругалась и спрятала рацию
-Мне 31 год, - раздался слабый голос, сквозь отдышку
Она обернулась и снова подошла к нему. Приложила пальцы к его сонной артерии, - пульс прощупывался куда слабее, чем в первый раз. Пустой пульс или пульс слабого наполнения, вот как это называлось… Учащённый. Он качнул головой и прикоснулся холодной липкой щекой к её руке. И она словно почувствовала его боль. Присела перед ним и посмотрела в глаза, -Ты молодец, слышишь. Продержись ещё немножко.
Он снова облокотил голову на стену. Черты лица заострились, глаза смотрели на неё обречённо.
-Я на грани, по-моему…-голос прозвучал спокойно и буднично, - Ты не уйдёшь?
Сказать ему весёлым голосом, что все будет отлично она не смогла. Не первый раз кто-то умирал рядом с ней, но сейчас было как-то по-особенному больно. И ещё она ощущала вину. Если бы она заметила обоих террористов, мальчик отделался бы ссадиной на лбу.
Она сунула пальцы в его ледяную руку, и он едва заметно пожал их.
-Я уйду только вместе с тобой. Это могу обещать.
Она заметила, что его потряхивает. – Холодно? Встав на колени перед ним, она отклонила его от стены и аккуратно натянула куртку на плечи.
Она снова услышала шум квадрокоптера и подошла к дверному проёму. Он был далеко, в руках запиликала рация.
-Шелест, прием, видим фаершоу, вас не видим.
-Мы в здании. Вы близко? Я видела ваш беспилотник.
-Да, ожидайте.
Она застыла, облокотившись плечом о стену и вглядываясь в пустую дорогу. Скоро все закончится. Скоро. В тягостном ожидании прошло минут 15-20, она выкурила 2 сигареты подряд. Мальчик потерял сознание, устало склонив голову к плечу, и она не пыталась привести его в чувства. Только периодически подходила проверять пульс. Каждый раз, уверенная, что все кончено, она все же улавливала слабые и очень частые толчки крови. Он был сильным. Он продолжал борьбу, невидимую глазом. Его сердце отчаянно пыталось качать то, что осталось, и билось, она посчитала, 120 раз в минуту.
Движение на дороге — это свои. Слава Богу!
Она была на проезжей части, когда машина подъехала. Из военного грузовика спрыгнули трое. Она шагнула на встречу, и самый старший и мощный солдат выпятил подбородок в её сторону, это был вопрос куда идти за пострадавшим. Она указала направление и получила новый указ подбородком «садится в машину» Остальные двое рассматривали трупы на дороге.
-Шелес, сколько патрон? – спросил молодой боец, в балаклаве, склонившись над вторым трупом. У него был жуткий акцент и чёрные восточные глаза. Она показала две гильзы, и он поднял большой палец вверх. Пока ребята снимали оружие с трупов, тихо переговариваясь, она перемахнула через задний борт покрытого тентом грузовичка и уселась на широкую деревянную скамью. Все ждали командира Мишу, кстати, был ли это позывной от Медведь или реальное имя никто не знал. Но на медведя их командир походил сильно. В первую очередь своими габаритами.
-Примите изнутри – услышала она Мишин приказ и в кузов запрыгнули сослуживцы. Они сбросили в угол РПГшку, два автомата Калашникова, в кучу, где уже лежало другое трофейное оружие, и высунулись, чтобы принять раненого. Взяв мальчишку под мышки и за ноги, они затащили его в кузов и положили на скамейку, затылком на колени Шелест.
-Держать, надо не потерять, тряска! – Сказал черноглазый боец. Он был сириец, он был снайпером – парником Шелест с позывным Виза. Почему их сегодня Миша решил разделить, Шелест не знала, но приказы, как известно не обсуждаются. Она уже привычным жестом зажала сонную артерию на шее мальчишки и выдохнула, поймав пульс.
-Умер ещё, не? – спросил Виза, усаживаясь напротив. Она улыбнулась, -Жив.
-Через госпиталь давай, крикнул Миша водителю и на удивление легко для своих 120 кг, запрыгнул в кузовок. Сел рядом с Шелест.
-Когда наложен жгут? Руку не потеряет? - спросил он. Она посмотрела на часы, - 42 минуты - успеем
-Рассказывайте, - попросила Шелест, и удержала ладонями голову молодого человека, когда грузовик тронулся и поскакал по разбитому асфальту. Мужчина сидевший напротив, рядом с Визой стянул балаклаву. У него была славянская внешность и возраст около 40 лет. Позывной Тобол, единственный, который объяснялся просто – Курганская область, река Тобол.
-Ребята из двенадцатой, засекли их с «птички», - начал он. Скинули координаты, засели в дачах. Визу поставили в 700 м. Шуганули издалека, ну и троих уложили. Двое ушли в лес. Он пожал плечами, в смысле, что ничего особенного, - Я, кстати, его знаю. Все вскинули взгляд на Тобола, не поняв последний фразы. Он прикурил, и все тоже полезли за сигаретами.
-Знаю пацана этого, - продолжил он, после затяжки.
-Вроде не наш, - протянул Миша, разглядывая раненого.
-Не наш… Но и наш одновременно…
-Блин, Тобол! – прикрикнул Миша и курганец рассмеялся…- Вы, бл*дь, совсем одичали что ли? Артист он.
-Донецкий?
-Всероссийский. Шелест, тебе медаль дадут, если довезёшь!
-Что тут делать артист? Театр искать?
Все посмотрели на Визу и рассмеялись. Шелест снова проверила пульс и поудобнее устроила голову артиста на своих коленях. Машину сильно трясло. Ей приходилось удерживать его за затылок и лоб.
-Они шарахнули из РПГ по его машине, -начала она. Я была в доме, они в лесу напротив. Глубоко, я постоянно смотрела, но не увидела. После взрыва села ждать. Они вылезли. Но я увидела только одного, который с моей стороны оказался. Она помолчала, вспоминая, и вновь переживая те эмоции. Как только подстрелила его, второй, он был за машиной, дал очередь из АК по пассажиру. Они так близко были, почти в упор била… Если бы я увидела обоих… - Она опустила голову и неожиданно для коллег заплакала крупными слезами, которые упали прямо на лицо мальчишке. Его веки дрогнули, но глаза не открылись.
Вообще говоря, слезы после операций были неожиданностью только для её сослуживцев. Обычно она доносила их до дома. И это было обычным делом, разрядкой после стресса. Приходила домой, принимала душ, ложилась на диван и рыдала, обняв подушку. Минут 20 после сравнительно лёгкого боя. Дольше после тяжёлого. Если гибли её сослуживцы или мирные, то и пол ночи могла проплакать. За то она не проронила ни одной слезы в бою, на операциях отличалась хладнокровием и никогда не поддавалась эмоциям. «Дома!» - говорила она себе, когда слёзная пелена грозила застелить взор, или рука становилась не верной от происходящего вокруг ужаса.
-Вести два объект сразу – не бывает. Никто не может, —произнёс, немного смущённый Виза.
-Да, что-то ты загоняешься, - это уже Тобол, - не волнуйся, получишь ты свою медаль. Все хмыкнули, но разговор продолжать не стали. А Миша потрепал её по плечу и сказал, -Тебе отдохнуть надо…
В госпиталь она не пошла. Просто легко коснулась пальцев его руки, как будто попрощалась, когда его забирали врачи. Проводила взглядом.
Машину они с Визой отпустили и пошли пешком. Виза был больше, чем напарник, он был друг. Он приехал добровольцем на Донбасс в далёком 2018году, после завершения активной фазы российской военной операции в Сирии. Мотивация была крайне проста: Вы помогли нам – мы поможем Вам. Он был опытным снайпером. Его карьера брала начало где-то меж барханов сирийской пустыни. Он приехал без оружия и знания русского. У него был только ничем не подтверждённый опыт, и врождённое очарование (это уже с его слов). Профпригодность свою он на 100% доказал в первой же стычке, а с языковыми сложностями боролся целый год. Когда его наконец стали понимать, он самосовершенствоваться в этом направлении бросил. Зачем? Те, кто слышал его впервые, поверить не могли, что он на Донбассе уже 5 лет. Когда Шелест приехала сюда, 33х летняя биатлонистка из Санкт-Петербурга, готовая сменить спортивную винтовку на снайперскую, на неё смотрели скептически. А Виза довольно спокойно согласился взять её на «испытательный срок». Раздобыл для неё почти новую, трофейную винтовку, погонял в тренировочном лагере и очень скоро взял на первую боевую вылазку. Получилось, что и в моральном плане работать с ней пришлось ему. Они сдружились. И последние 2 года работали в паре, под командованием Миши. Она отлично его понимала и не замечала акцента. Серьёзно относилась к его советам по любым аспектам жизни. Он мог помочь и в технологии ведения прицельной стрельбы, и в вопросах психического здоровья и равновесия.
-Шелес, ты взял в голову неправильное, -сказал он, когда они шли от госпиталя.
-У тебя бы получилось не дать им выстрелить, - угрюмо отозвалась она.
-Получилось. Но если у меня винтовка с один дуло и один прицел, то не получилось. А вот если два прицел и дуло и в разный стороны глаза, то да, я был бы лучше всех.
Она улыбнулась, - Я имею право быть недовольной своей работой?
-Если ты не доволен работой - то лучше, чтобы ты там не был. Если ты там не был, то артист умер. Уже умер. Ты артиста тянул?
-Из машины? Да, я вытащила и в дом завела
-Слушай, как ты тянул? Он такой длинный, мы с Тобол чуть-чуть подняли!
Шелест рассмеялась и устало потёрла глаза. Дальше пошли молча. Перед домом, Виза легко обнял её, -Отдыхать! - и пошёл прочь.
Она жила в квартире одна. Это была её квартира, в которой она родилась и провела детство. А потом был Санкт-Петербург, спорт, учёба, и даже брак. Все бывшие обитатели этой мариупольской квартирки теперь жили в Питере. Она вернулась сюда одна. Многие крутили у веска, но что ей до многих, если так повелело сердце. Если родному городу была нужна помощь, а она могла помочь. Да и самые близкие люди её понимали.
Она скинула одежду в коридоре и умылась, прошла в комнату и прилегла на кровать. Лежала долго, без сна. Отдыхала, как было велено, и вспоминала. Когда на улице стемнело, она поужинала, приняла душ и снова легла. Сегодня она не плакала. Почему? Разве сегодня было меньше стресса?
Телефонный звонок разбудил её среди ночи. С нарастающей тревогой она протёрла глаза и сощурясь посмотрела на экран телефона. 3:15, звонил командир. Сердце нехорошо сжалось.
-Да?
-Я подумал тебе нужно сказать - произнёс Миша
-Да, -повторила она глухо и сдавленно
-Твоего мальчишку стабилизировали. Выдыхай.
-Спасибо... мне... нужно было знать.
Она положила телефон под подушку и уставилась в тёмное окно. И тут пришли слезы. Хлынули неудержимым потоком. Она уткнулась лицом в подушку и заревела в голос. Вот они, слезы разрядки. Потому что не было никакой разрядки, пока она не узнала его участь. Уснула она через полчаса, на мокрой подушке и с мокрыми волосами. Изнемождённая, но удовлетворённая.
(конец первой части)
***
Все события и персонажи вымышлены.
Рассказ закончен. Остальные 5 частей у меня на канале.