Памятуя о привычной разрухе, неразберихе и толкучке в своем почтовом отделении, Оглоблин поехал в «центральное» в этом районе города отделение. И не прогадал - народу в просторном и длинном помещении было раз-два и обчелся, и очередь была электронной. Однако, пришлось подождать пяток минут – табло не спешило позвать к означенной стойке. За это время Оглоблин помог старушке с кобельком жесткошерстного фокстерьера натыкать электронный билет и даже отправить к нужному окну. Краем глаза Оглоблин отметил, что пёс пегого раскраса – единственное, верно, бабушке отрада, и уж конечно самое близкое теперь существо – и в повадках, и в позе был как-то совсем безрадостен, а уж собачьи глаза и вовсе безнадежно – печальны – словно бабушкина усталость от жизни такой передалась вполне и ему. Благополучно отправив свои бандероли и купив, в качестве благодарности за отменный сервиз, лотерейный билет на субботний розыгрыш, Оглоблин с улыбкой направился было уже на выход, как вдруг путь ему преградила друг