Какой по счету адрес? Сбилась. Евгения думала, что предыдущий адрес, недалеко от вокзала, был шестнадцатым. Но сейчас она записала все в тетрадку и убедилась, что переехала в двадцатый раз. Вереница из адресов. Уже вошло в привычку перед тем, как вызвать такси, или заказать что-то, открыть блокнот и посмотреть – какой адрес? Она просто записывала туда новый, не вдаваясь в детали. Не запоминала их. Все равно скоро переезжать. И каждый раз ее находили.
- “Шикарные гортензии под твоим балконом”, - буднично, как-то равнодушно, написал брат. Словно они пообщались только что, как лучшие друзья, и он ждет свой троллейбус, от скуки вспоминая цветы, - Отдай деньги. Или у меня нет сестры.
Нашел раньше, чем обычно. Это плохо.
Женя надеялось, что у нее есть все лето, но, видимо, здесь она не задержится.
К вечно собранным чемоданам она адаптировалась, доставала из них необходимое, все остальное – по надобности. И не докупала лишнего. У нее и чемоданов мало – всего два. “Только подпоясаться” – смеялась Женя, когда кто-то спрашивал, как она постоянно складывает и разбирает баулы. Как-то было, что пришла уже под вечер, посмотрела на квартиру и тут же съехала.
На послание от брата девушка не ответила. Он клялся, что испортит ей жизнь, молодость, верю в людей, он выполнял. Такое настойчивости и упрямству можно лишь позавидовать. Направить бы это в иное русло… Но Валера перенаправлять свое упрямство не хотел. Он искусно разукрашивал двери в том жилье, где находил Женю. Заливал монтажной пеной. Царапал что-нибудь. Ходил по соседям и пугал, что она опасна.
Борьба оказалась бессмысленной.
На диалог он не шел, а все заявления терялись из-за отсутствия улик. Вот Женя и бегала. Ничего креативнее она не придумала. Когда адаптировалась, то это стало даже забавным – постоянно что-то новенькое: дворы, соседи, парковки, районы.
- Здравствуйте. Я увидела ваше объявление. Когда можно подъехать и посмотреть?
После такого уведомления нет разницы – сейчас смотаться или завтра.
- Давайте на 18.30 договоримся.
- Идет, - кивнула Женя.
- Вы спешите?
- Немного.
- Если что, то я могу сейчас. Но это прямо сразу.
- Лечу.
Ни к чему не привязываться. Ни к чему не привыкать. Никого не запоминать. Валера быстро ее научил этому. Уже и не верится, что когда-то они были – не разлей вода. Пока Валере не исполнилось шестнадцать. Резко просела успеваемость и возникла плохая компания. Женя тогда была в лагере для ребят, занявших первые и призовые места в олимпиадах. Долго она не приезжала. Родители говорили, что все нормально. Но Валера уже был сам не свой. Женя отломила половинку батончика, как у них было принято делиться, но он отшвырнул шоколад, сказав, что ему ничего не нужно от тех, кто его игнорировал. А Женя не игнорировала! Она не знала! Вроде, потом смягчился. Женя растопила лед, прикрыв его ночные побеги из дома. 2 года прикрывала.
Ситуация развернулась не в пользу Жени, когда Валера, не предупредив, не пришел. Просто не появился. Родители подняли всех, кто хотя бы косвенно был с ним знаком. Женя стойко молчала до обеда, а потом сказала, где Валера может находиться. Он тусовался в заброшенных складах. Там его и схватили те, кому он был должен. Валера пролежал на бетоне, посреди заброшенного склада, до утра. Когда прибежали родители и Женя, он был еще живой. На грани.
Почему-то в той истории крайней осталась для него Женя. За то, что сказала маме и папе, где он был, а то он бы сам решил все свои проблемы. Но она вмешалась! Деньги тоже требовал с нее, так как “я бы разобрался, но ты влезла”.