Когда сегодня студенты поступают на геологические факультеты, мало кто задумывается, что когда-то такой дисциплины в России просто не существовало. Геология как самостоятельная наука вошла в академическую систему благодаря одному человеку — шотландцу по происхождению, но исследователю России по призванию.
Его имя — Родерик Импи Мурчисон.
От военного к геологу
Мурчисон родился в 1792 году в знатной шотландской семье. В юности он вовсе не собирался становиться учёным: увлекался спортом, охотой, служил в армии. И только в 33 года, будучи фактически дилетантом в науке, неожиданно заинтересовался геологией.
Он начал посещать лекции в Лондоне, вступил в Геологическое общество, познакомился с ведущими учёными. Вскоре Мурчисон занялся полевыми исследованиями и сделал открытия мирового значения — впервые описал силурийскую и девонскую геологические системы.
Но главное его открытие было связано с Россией.
Путешествие длиной в 20 тысяч километров
В 1841 году 49-летний Мурчисон отправился во второе путешествие по России вместе с французским палеонтологом Эдуард де Вернейль. Русское правительство прикомандировало к экспедиции молодых специалистов — Александра Кейзерлинга и Николая Кокшарова.
Экспедиция длилась пять месяцев. Учёные преодолели около 20 тысяч километров — по бездорожью, рекам, горам.
Мурчисон подготовился основательно. Он взял с собой геологический молоток, компас, угломер, карты, записные книжки, красный ящик для образцов, складную железную кровать, несколько смен одежды — от полевой до парадного мундира со шпагой. А ещё — трубки, сигары, вино и даже консервированные супы из Лондона (для того времени это была новинка).
Урал: суровая красота и научное открытие
Из Екатеринбурга экспедиция двинулась на север вдоль Уральского хребта. Мурчисон внимательно изучал стратиграфию пород, залежи магнитного железняка и медных руд.
23 июня путешественники прибыли в Богословский завод. Здесь их встретил управляющий округом полковник Матвей Протасов. Население округа составляло 15 тысяч человек, ежегодно добывались тысячи пудов меди и десятки пудов золота.
Учёные исследовали известняковые скалы по берегам реки Каквы, собирали окаменелости, посещали золотоносные прииски. В слоях глины находили не только золото, но и зубы мамонтов и ископаемых лошадей.
Поездка была не только научной, но и эмоциональной. В дневнике Мурчисон записал:
«Прекрасный жаркий итальянский вечер, горы теряются в знойной дымке. Пруд и всё остальное выглядит красиво…»
Но за живописной картиной скрывался суровый климат: ежедневно болели сотни рабочих.
Главное открытие — пермская система
Именно на Урале Мурчисон установил новую геологическую систему — пермскую. Он также определил возраст Уральского складчатого пояса.
Это открытие стало событием мирового масштаба. Через четыре года вышел труд «Геология Европейской России и хребта Уральского», принёсший учёному мировую известность.
Император Николай I наградил Мурчисона орденом Святой Анны.
Как геология стала университетской наукой
В 1845 году Мурчисон был избран ординарным членом Императорской Санкт-Петербургской академии наук. Его авторитет и масштаб исследований сделали очевидным: геология — не вспомогательная дисциплина горного дела, а самостоятельная фундаментальная наука.
Именно благодаря Мурчисону специальность «геология» вошла в список дисциплин Российской академии наук, а затем закрепилась и в системе высшего образования Российской империи.
Сегодня геологические факультеты, научные экспедиции и исследовательские институты — привычная часть академической жизни. Но их появление во многом обязано шотландскому исследователю, который однажды решил изменить свою судьбу — и изменил научную карту России.
Иногда достаточно одного человека, чтобы целая наука получила право на существование.