Вот как свой первый день на службе описывает Игорь GIV:
Не буду описывать предшествующей события, в итоге наш эшелон с призывниками, прибыл на станцию Гайжюнай. Призывники оставались только в двух вагонах, остальных высадили группами, где-то по пути следования. Нас "помыли", переодели в военную форму. После процедуры распределения по частям, всех разделили на группы, кого куда записали, толком никто не объяснял по какому профилю, куда и почему. Мою группу к машине повёл сержант, который записывал мою фамилию в свой блокнот.
Добрый, вежливый и учтивый сержант, при распределении по частям, у машины сразу преобразился: «Душары, резче прыгаем в кузов. Что сопли жуём сынки», ну и ещё что-то в том же духе. Слово «резче» для меня было непривычное и непонятное. Потом оно меня преследовало всю учёбу.
Приехали в часть г. Каунас. Территория вылизана, все блестит, спортивная площадка, турники, брусья, тренажёры для отработки вестибулярного аппарата, стапели для парашютной подготовки, самолет АН - 2 тренировочный, тренажёры для прыжков, вышка, казармы, как потом рассказали, Екатерининских времен, плац, пирамидальные тополи вдоль всех дорожек и по периметру тренировочных площадок и плаца. В казармах высота потолков на первом этаже была значительно выше, чем на втором. Нам потом объясняли, что якобы в те времена здесь жили гусары, а на первых этажах были конюшни. Но не факт. Все круто, нравится. Реально территория крутого, хорошо ухоженного санатория.
Одно было разочарование, нам не дали береты, мы в пилотках. Хотя сержант, который нас сопровождал, был в берете. В части все ходили в пилотках. Сержант по прибытию в часть, тоже поменял берет на пилотку. Тельники нам дали, но заставили застегнуться под верхнюю пуговицу, его все равно не видно.
Нас построили и сообщили, что мы прибыли служить в 300-й отдельный учебный батальон связи ВДВ. Я выпал в осадок, как так то, я же мечтал попасть в разведку.
Судьба!
И без всякого выяснения, кто есть, кто, просто сказали, ты, ты и ты - первая рота, ты, ты и ты - 2 рота и т. д. Я попал в первую роту. Со мной попали туда ещё двое ребят с моего города. Как выяснилось, в эту часть из 15 человек, с кем вместе мы прыгали в родном городе в ДОСААФ, попали только трое. Ну и ладно, три земляка в одной роте уже хорошо. Да ещё в итоге попали в один взвод.
Нас забрал сержант с 1-й роты и повел в расположение роты. Сразу загнали в бытовую комнату. Дали три ручные машинки для стрижки и 20 мин времени, что бы все были подстрижены наголо. Все ребята были и так коротко стрижены, так велели прийти в военкомат, а тут наголо и всё.
Все стоят с недоумением, смотрят на сержанта, как так под ноль? Не знаю, что у меня за взгляд такой, всю молодость в армии из-за него страдал. И потом, когда нас воспитывали, народу вроде много, все стоят слушают, смотрят на "воспитателя". Но только ко мне всегда были претензии. - А ты что так смотришь, чем ты не доволен? Я тебе устрою тяготы и лишения военной службы, будешь как шёлковый. Или что-то в этом духе.
Не знаю, чем мой взгляд отличался от других, но всегда было именно так. И тут сразу, не успев войти в роту и получить первую команду, получаю удар в грудину от сержанта за свой неправильный взгляд. Ну я только с гражданки, такого стерпеть не мог и наотмашь бью его в плечо, но конкретно так, сильно, по лицу не рискнул. Он отлетел, был ниже меня ростом и в меньшей весовой категории. Он пытается кинуться ко мне, но тут ребята оттесняют меня и закрывают своими телами.
Он ретируется и говорит: «Ну душары, вы попали, особенно вон тот. Вы ещё не поняли, куда попали? Я вам устрою райскую жизнь. Вы узнаете скоро, что такое служба в ВДВ. Вешайтесь!». Ну не дословно конечно, но что-то в этом роде. А там были и Орские пацаны (которым где и кого метелить было все равно, лишь бы повод был), с которыми мы ехали в эшелоне и бухали винище, они кинулись его молотить. Этот сержантик еле ноги унёс из бытовки.
Видать он нажаловался, тут же подтянулись старослужащие сержанты и постоянный состав, в роте жили водители, кочегар, электрик и ещё кто-то. Ребята покрупнее, посерьёзнее. Их человек 10 и нас соответственно примерно столько же. Меня забрали, остальным велели стричься, но времени уже дали 10 мин.
Со мной была проведена разъяснительная работа, без применения грубой физической силы. Но моральное давление было серьёзное. Мне объяснили, что я уже не на гражданке, а в армии. Что я здесь вообще никто. Что это ВДВ. А десантника из меня здесь, будут делать они. И кто такой сержант по уставу - это мой командир и я должен слушаться его беспрекословно, несмотря на то, что я физически сильнее его. Иначе огребать будешь уже от нас каждый день. А если ещё раз поднимешь руку на сержанта, ждёт тебя (в смысле меня) трибунал и службу продолжу в дисбате.
На меня это подействовало, мечтал служить в ВДВ, а тут в первый же день такой расклад. Пообещал, что все будет нормально, если некоторые борзеть не будут. На том и порешали. Все мы наголо постриглись и стали неотличимы друг от друга, единым стадом. Даже имена путали, не узнавали ребят сразу.
И тут же сразу у всех произошёл какой-то внутренний сбой, мы перестали быть личностями, а стали курсантами учебки Советской армии.
