Дорогие читатели, продолжаем прекрасную историю:
📕 "Трактирщица"
Жанр : любовное фэнтези, бытовое фэнтези
Читайте бесплатно и с удовольствием!
· Предыдущая часть здесь
Глава 15. Старые работники
Утром столица напоминала муравейник, но мне всегда нравилась её живая суета. Было в ней что-то родное и тёплое, как перед праздниками дома. Тогда все слуги заряжались настроением счастья и приближающегося чуда, носились по дому и готовили грандиозное событие. А ещё подарки. Они всегда придумывали для девочки Хедьды что-то особенное, интересное и необычное. Пусть подарки были недорогими, но очень важными для меня.
Вот и сейчас я с улыбкой шла по улицам столицы к конторе Саливана, где меня должен был ждать Руфус, а также всё им благородно натыренное из моего отчего дома.
Встречал меня законник прямо на крыльце небольшого здания, где снимал кабинет и приёмную для своей конторы.
— Доброго утречка, лина Хельда, — поприветствовал толстоватый морщинистый юрист. — Благодарю за оперативную реакцию. Оставлять ваши вещи здесь долго не представляется возможным.
— Доброе, лин Саливан. Да, я понимаю. Прошу прощения, что не смогла появиться раньше. Самочувствие не позволяло.
— Надеюсь, сейчас всё хорошо?
— Да, замечательно, — я кивнула. — Но у меня очень мало времени. Если вы не против, перейдём сразу к делу.
Саливан не возражал, пригласил к себе, предложил чаю и лично пошёл его заваривать. А в кабинете меня ждал сюрприз.
— Доброе утро, Руфус. Доброе утро, Нэди.
— Доброе утро, лина Хельда, — улыбнулась старая Нэди. — Как вы устроились?
— А почему вы здесь? — я вопросительно посмотрела на Руфуса. Высокого и худого, как палка, секретаря моего отца. Седина шла ему больше, чем некогда тёмные волосы. И даже длинный прямой нос казался уместным. Руфус был взрослым и мудрым человеком, всегда поддерживающим отца. Пусть тот и не заслуживал такой преданности. — Что случилось?
— Виктор решил, что слуг в доме слишком много, Нэди уволили. Без выходного пособия.
— Но у Нэди договор, — возразила я. — Её нельзя уволить. Я же сама его от имени отца заключила, когда он хотел сделать нечто подобное.
— Вас тогда чуть за лина Кантариуса силой не отдали, — рассмеялась старушка.
— "Разоряй его, паршивая девчонка, а не меня!" — спародировала я лина Беринского и фыркнула. — Хорошо, что в тот день вы напекли любимые отцовские пирожки с печенью. Иначе быть мне счастливой женой.
— Я вспомнил тот случай, — деликатно понизил голос Руфус, — и взял на себя смелость предположить, что вы сможете помочь Нэди.
Я села на диванчик, потерла виски пальцами, раздумывая над ситуацией. Мне было стыдно за сводного брата. Нэди всегда делала два вида десертов, потому что мы с Виктором любили разное, а порадовать ей хотелось всех. Когда сводный братец болел, именно Нэди кормила его с ложечки, а не родная мать. А теперь он просто взял и выкинул её на улицу.
Лин Саливан выкатил на центр комнаты столик на колёсиках, передал мне чашку чая и тарелочку с маленькими рогаликами.
— Пожалуйста, лин Саливан, — попросила я. — Составьте договор, я принимаю Нэди на работу поваром. Первое время придётся трудно. Работать нужно и в приюте, и в трактире. Хотя временно трактир пуст, но я планирую запустить работу в ближайшие дни.
— А Руфуса? — со слезами на глазах спросила кухарка. Её на работу принимала ещё моя мать, но тогда Нэди была помощницей повара.
На самом деле, она действительно была в годах, но это никак не влияло на её работу. Нэди готовила так вкусно, как никто другой. Я бывала с отцом во многих домах, там часто работали приглашённые мастера половников и поварёшек, но я почти никогда не ела досыта, потому что дома Нэди наколдовала нечто в тысячу раз вкуснее.
— Для секретаря я слишком стар, — Руфус покачал головой. — Вам лучше найти кого-то расторопного, молодого... А мне пора переходить к спокойной работе. Найду себе такое место где-нибудь. Не пропаду.
— Я хотела предложить место учителя, — осторожно начала я. — У меня есть кандидат на роль помощника, но его нужно многому научить. Да и остальные ребята будут рады, если вы поможете им.
— Я оформлю лицензию, — законник растянул губы в улыбке. — Чует моя печень, мы с вами делаем великое дело!
— Да, лин Саливан, ваша печень никогда не ошибается, — рассмеялась я.
Боги, как же много рискованных глупостей я делала в последние дни! Но отчего-то работа впервые доставляла удовольствие. Раньше я занималась бизнесом, чтобы отец был доволен. Перестал ворчать, что женщина может командовать только на кухне. Убедился, что я чего-то стоила. А теперь я просто делала то, что мне нравилось. Да, неизвестно, принесёт ли трактир большую прибыль. Но я верила, что всё получится.
— Займитесь, пожалуйста, лицензией для Руфуса, — распорядилась я. — Договорами с моими новыми сотрудниками и ещё кое-чем. По договору, заключённом с Нэди, в случае увольнения она должна получить компенсацию в две тысячи золотых.
— Вы серьёзно? — вытаращился на меня законник.
— Я всё-таки Беринская, — проворчала трактирщица без медяка прибыли. — А Беринские никогда не шутят с деньгами. Нужно заставить Виктора выплатить выходное пособие.
— Куда ж мне такие деньжищи? — испугалась Нэди.
— Куда пожелаете. Можете дочери отправить, можете дом построить, можете сиротам моим пожертвовать. Это ваши деньги, делайте с ними, что хотите.
— Без суда не отдаст, — Саливан покачал головой. — Я займусь, но разбирательство будет долгим. У вашего брата уже возникли большие финансовые трудности. Терять деньги ещё и из-за кухарки он не захочет, сами понимаете.
— Десять процентов заберёте себе, — хмыкнула я. — Но подать в суд нужно быстро, пока братец не прошляпил отцовское состояние. У Виктора талант тратить. Не удивлена, что первые тревожные звоночки появились уже сейчас.
Саливан мечтательно закатил глаза, представляя в своём кошельке двести золотых за простейший судебный процесс. Теперь точно вытащит эти деньги из Виктора клещами.
— Разумеется, лина Хельда, всё будет сделано в лучшем виде!
Ещё бы! За две-то сотни золотых!
— И последняя просьба к вам, — я выпрямила спину и расправила юбку на коленях. — Займитесь, пожалуйста, транспортировкой отвоёванного. И работников. Вечером, часам к семи, я успею закончить дела и дойти до портальной площади. Если не успею, отправляйтесь без меня.
На этом я тепло со всеми попрощалась и побежала в новый рейд по лавкам.
Мыло — сотня кусков, полсотни комплектов полотенец, печатная машинка, карандаши детям и много, очень много бумаги. Последнюю заказывала почти в промышленных масштабах, что было необходимо. Не забыла забежать и за семенами для зимнего сада. Много мелочей упустила в прошлый раз, так что теперь покупала строго по списку. Например, стеклянные банки и крупы мешками. С огромным трудом нашла светящуюся краску для вывесок. Всё это добро попросила привезти в семь вечера к первой портальной арке.
Время клонилось к обеду, а на два часа у меня ещё была назначена встреча с тем самым газетчиком. Лин Шамаль оказался человеком занятым, а потому интервью получилось коротким и, как мне показалось, бестолковым. Но мне обещали крупную надпись на обложке и рекламу на заднике, хотя подобное в предварительную договорённость не входило. Потом я с письмами от Каро прошлась по крупным трактирам, где всегда останавливались купцы. Там же разложила небольшие стопки листовок. День выдался сумасшедший, но даже я не ожидала, что успею столько всего полезного сделать.
На портальную площадь я успела в последний момент. Лин Саливан уже руководил загрузкой отцовского сейфа, когда прибежала я.
— Вы долго, — облегченно выдохнул он. — Думал, придётся бросать всё и переноситься с грузом, чтобы на месте проконтролировать разгрузку.
Я расплатилась с ним, попрощалась и с грустью подумала, что осталось всего семьдесят золотых. Такими темпами останусь без ломаной медяшки!
А трактир встретил наше трио радостным гомоном. Дети гоняли мяч, Риль с девочками вышивала скатерти, а парни старательно мастерили столы.
Первым к нам рванул, как всегда, Бесо. Я представила его работникам, и Нэди привычно стала заламывать руки, мол, какой щуплый! Хотя на деле парень был высокий и широкоплечий. Для своего возраста.
Динали занялась гостями, рассказывая, как у нас всё устроено. Нужно ведь объяснить, что Риль не просто иностранка, следующая странным традициям носить маску, а швея. А кто ещё, кроме общительной Динали, с этим справится? Верно, никто. Руфус одобрительно посмотрел на Бесо и кивнул мне, давая понять, что понял, кого я имела в виду.
— Мы почти закончили со столами, — заявил воспитанник. — Пятнадцать пока есть, ещё пять делаем.
— Да вы работаете быстрее известных мне мастеров! — искренне восхитилась я.
— У них заказов разных много, — смутился он, — а мы штампуем одинаковое.
— Неважно. Что там ещё?
— Вывески готовы, ваше секретное задание я тоже выполнил. А ещё провел инструктаж лине Каро, Риль и Динали. Наверное, теперь нужно рассказать новым работникам?
— Да, конечно, – подтвердила я. — Но это пока терпит. А что там оборотни?
— Установили защиту, — похвалился Бесо. — Сказали, что неслабую, но воевать нежелательно.
— Мы и не собирались, — фыркнула я.
Армия детей — это, конечно, страшно.
— Да-да, именно поэтому вы устроили убежище с тайным ходом! — сощурился воспитанник.
— Мой отец всегда говорил, — заявила я, уперев руки в бока. — Хочешь прибыль, готовься к убыткам. А нормальные люди эту пословицу знают по-другому: «Хочешь мира, готовься к войне».
— Будем на всякий случай и к войне, и к убыткам готовиться, — ответил он и продолжил доклад: — Риль и девочки почти закончили со скатертями, последние вышивают. Малыши нарисовали партию листовок, а потом вызвались таскать землю в будущий зимний сад. Половину, правда, высыпали, но было весело. Лина Каро вся в грязи из-за них вернулась. А лин Биторого в тот момент смотрел на неё, будто она в красивом платье на балу... Динали прибежала ко мне, чуть не плакала. Говорит, сейчас лина управляющая влюбится, и мы опять никому не нужны станем.
— А ты что?
— А я сказал, что глупость это. Даже если влюбится, нас не бросит. А если бросит, есть ещё лина Хельда, и ей мы точно нужны. Работать кто иначе будет?
— Верно, — я рассмеялась такой логике. — Земли-то много натаскали?
— Да прям уж, куда им. Завтра ещё пусть таскают, раз весело, а потом мы поможем.
— Разорюсь на ваших зарплатах, — проворчала шутливо, а потом взглянула на Бесо серьёзно. — Нужно начать вести журнал. Зайди ко мне сегодня после ужина, расчертим одну из новых тетрадей под это дело. А пока идём разбирать багаж.
Мы перешли в гостиную приюта, где уже стояли тюки с вещами, мой сейф и шкаф. Отцовский сейф я попросила незаметно отнести в кабинет в трактире, и парни с заданием успешно справились. Вернее, действовали сообща: троица парней несла, а Динали с Эрикой делали вид, будто строят оборотням глазки. Пока взрослые мужчины пытались отшить их так, чтобы не обидеть, Бесо уже пришёл ко мне с отчетом, что всё готово.
А дальше было весело. Я доставала из тюков свои детские вещи. Старые, но ношеные не больше пары раз, потому что так у нас было принято. Прикидывала, кому они могут подойти, и мы вместе делили их между детьми. Одежду Виктора постигла та же участь. Никто не остался обделённым. Волшебница Риль пообещала, что сможет подогнать одежду под любого ребёнка. Мы с Каро сами радовались как дети, глядя на счастливые улыбки.
Потом я открыла шкаф и обомлела. Здесь были не только книги. На верхней полке лежали мои сокровища. Мама не позволяла мне до семи лет носить драгоценности, но щедро одаривала недорогими бусиками, заколками, браслетами и прочим. Причём я с удовольствием носила эту красоту и после, когда можно было уже и золото надевать. Мама умерла, а отец запретов не поддерживал, так что носила простенькие безделицы я уже на законных основаниях. Пока в доме не появилась новая жена отца. Она запретила их надевать в свет, заставляла выбирать положенные по статусу дорогие ювелирные изделия.
Оставив себе на память только любимый медвежий клык в серебряном колпаке, последний подарок матери, я раздарила остальное девочкам, снова слушая радостные писки и визги. Костяные бусы, жемчуг и фероньерку, нарядное налобное украшение, отдала Нэди, Каро и Риль соответственно. Никого не обидела.
Целые башни книг мы разбирали с особой радостью. Руфус прятал самые старые и дорогие книги, а Нэди приносила самые полезные. Так у нас набралась библиотека научных фолиантов, парочка книг по тёмной магии и три тома теории магии, по которым Руфус учил меня. А ещё тут были книги рецептов народов мира, пособие молодой матери, сборник секретов садовода, энциклопедия целебных трав и куча всего прочего. Я даже расцеловала Нэди и Руфуса, неустанно благодаря за предусмотрительность.
— Скоро придётся вести каталог книг, — вздохнула я, доставая из стопки один дорогой фолиант, и отправилась к оборотням.
Сашар встретил меня на пороге отведённой им комнаты.
— Безумно редкий экземпляр, — сказала я, протягивая фолиант. — Книга о том, почему оборотни всё реже встречают своих истинных. Вообще, мало кто занимался исследованием этого вопроса, но маме почему-то было интересно. У нас с десяток книг на похожую тематику в библиотеке. Но эта — единственная, которую мама назвала разумной. Тут несколько теорий, разные пути решения проблемы. Не знаю, слышали ли вы об авторе, но пусть книга будет у вас. Отец говорил, что ваша стая занимается поиском решения.
— Верно, — вожак кивнул. — Но она же на древнем языке? Как вы поняли, что здесь написано?
— Мама переводила между строк. Я только поэтому в неё когда-то и полезла. Было интересно, какой у мамы почерк.
— Лина Хельда, книги на древнем языке стоят огромных денег, — уверенно заявил Сашар Биторого. — Я не могу принять такой подарок!
— Считайте его моей благодарностью за помощь. Нам такая книга ни к чему, она даже не до конца переведена, а продать экземпляр с комментариями мамы я не смогу. Мне важно, чтобы кто-то продолжил работу в данном направлении, и её труды принесли бы плоды.
— У нас про Вернеда Шаоасура остались только легенды. Не думал, что когда-нибудь возьму в руки свидетельство его существования, — пробормотал Биторого, прижимая книгу к себе. — Спасибо.
—У книги была другая обложка, — призналась я. — Кто-то намеренно скрыл имя автора. Но дальше в тексте оно попадается несколько раз. Так что мама приказала сделать новую обложку.
Оборотень кивнул, все ещё пребывая в каком-то трансе.
А я вернулась обратно в гостиную, и мы перешли к разбору моего сейфа. Тут тоже лежали книги. Не так много, но именно те, что стоили дороже всего — с драгоценными камнями в корешках, золотом на обложках. Больше выставочные экспонаты, чем действительно книги. Например, рукописные сборники легенд народов мира. Отцовская коллекция. Ему не хватало только третьего тома, остальные четыре собрал. Лин Беринский говорил, что вместе продаст их в сотню раз дороже. Имена потенциальных покупателей были записаны в дневнике, обведены в рамочку и выделены цветом на отдельной странице. Именно эти книги он как-то после очередного стакана коньяка назвал своим главным богатством.
— Надо же, а я и забыла об их существовании.
— Я так и понял, — проворчал Руфус. — А между тем они не значились в перечне имущества, завещанного Виктору. Книг там вообще не было, так что они, по сути, принадлежат вам.
— С чего вдруг?
— Имущество вне списка наследства переходит наследнику титула, — объяснил бывший секретарь отца. — Лин Саливан сказал, что теоретически можно отсудить вообще всё, что не указано в списке, включая столовое серебро и ночные горшки. Прецедент есть. Но проблема в том, что судебная тяжба будет идти несколько лет.
— Это нецелесообразно, — хмыкнула я в ответ. — Самое дорогое вы уже увезли. А уж без столового серебра и фамильных ночных горшков я как-нибудь проживу.
— Учитывая, что каждая комната в вашем трактире оборудована ванной и унитазом, охотно верю. — Руфус сверкнул глазами. — Я узнал разработки вашего отца, лина Хельда.
— А нечего им без дела пылиться. Здесь, в приюте, есть ещё и купальни на цокольном этаже. Вы выбрали себе комнату?
Пока Нэди и Руфус шутливо спорили, кто из них будет жить в комнате у лестницы, я продолжила разбирать сейф. Когда убегала из дома, выгребла оттуда только драгоценности и наличность, а ведь здесь лежали документы. Ценные бумаги, отчётность, журналы доходов и расходов. А ещё конверт, оставленный отцом на хранение. Всё это я отложила в сторону, чтобы унести в кабинет и там внимательно изучить.
— Так, с подарками на сегодня закончено, — я устало вздохнула. День вне стен трактира вымотал, да и дел я переделала много. Хотелось лечь спать. И ни о чем не думать. Но на сегодня были ещё планы. — Я в трактир, кто со мной?
Со мной пошёл Бесо и Динали, остальные занялись ужином. Рыжеволосая воспитанница застенчиво прятала взгляд и молчала всю дорогу.
— Надо будет выложить тропинку чем-нибудь, чтобы зимой ходить удобно было, — предложила я.
— Сделаем, — кивнул Бесо. — Вы потом зачаруете, чтобы не леденела? Снег-то убрать не проблема. А вот лёд... Все падать будут.
— Конечно, — я задумчиво кивнула. — Мыло, полотенца и всё прочее куда дели?
— Риль велела в кладовую отнести, — продолжал отчитываться помощник. — Там уже метёлки, ведра, тряпки, скатерти и постельное белье лежат. Теперь вот ещё полотенца и мыло.
— У меня голова кругом, что бы я без вас делала?
— Работали спокойно только над трактиром, вместо того, чтобы и нами заниматься, — хмыкнул Бесо. — Вон подарков сколько надарили. Книгу оборотням. А она жуть какая дорогая, да?
— Да, но те, что ты унёс в мой домашний кабинет, дороже.
— Намного?
— Каждая по тысяче золотых отцу стоила. А продать он их хотел в десять раз дороже. То есть купить за пять тысяч, а продать за пятьдесят.
— Одуреть!
— Сама в шоке была, — я рассмеялась. — У мамы всех украшений меньше, чем на пятьсот золотых. А у него одна книга стоила тысячу.
— Если бы их сразу забрали, купили бы трактир в столице, — ворчал Бесо. — Жили спокойно. Наняли хороших работников.
— Глупости! Скорее всего, у меня отняли бы книги, не заплатив ни медяшки, а, возможно, и закопали где-нибудь, чтобы к страже не побежала жаловаться.
— И правда, — мгновенно стал серьёзным парень. — Могли.
Разговор мы свернули, потому что дошли до места назначения. В трактире слегка прибрались, накрыли новые столы чистыми скатертями, расставили стулья. Приютские, себе дети сколотили две длинные лавки на время, пока будут мастерить новые. Вот тут Динали и заговорила:
— Вы упомянули каталог. Для книг. Можно я буду им заниматься?
— Можно, конечно, — я вытащила три пустых журнала и передала своим помощникам по одному. — Давайте придумаем, какие колонки сделать. Динали, сначала ты. Нужно расчертить два журнала. В первый запишем имя автора, название книги, тему и место, где она будет стоять. Придумай, пожалуйста, систему, чтобы всё было понятно. У нас дома книги стояли по автору в алфавитном порядке, а в городской библиотеке по темам. Прикинь, как будет лучше.
— Получается, что в одном журнале должно быть четыре колонки, — загибала пальцы Динали. — А в другом нужно постоянно вписывать, кто какую книгу взял.
— Мне кажется, каталог составлять рано, — вдруг возразил Бесо. — Мы же будем ещё собирать книги? Ей потом опять всё переписывать?
— А как сейчас понять, какие книги есть, а какие нужны? — спросила Динали, убирая со лба рыжую чёлку. — Я всё не запомню. Нужен хотя бы черновик. А потом составлю полный список, когда всё будет готово.
— Книги будут поступать постоянно, — сказала я. — Нужно придумать такой каталог, который мы сможем пополнять. Вот твоя первая задача, наш архивариус-библиотекарь! К сожалению, у меня много дел в трактире, я не могу заниматься книгами. Поможешь?
Динали покраснела и забормотала, что сама вызвалась. Как такая болтушка могла одновременно быть такой скромницей?
— А что мне делать? — спросил Бесо.
— Журнал по работникам. Нужно записать, кто и сколько работал, а потом подвести итог, сколько я должна им заплатить.
— Что делали, тоже важно? — уточнил он.
— Да, но такие записи нужно ввести отдельно. Я думаю, особо трудолюбивых мы начнём премировать. Например, Динали сама вызвалась работать в библиотеке. В будущем ей понадобится помощница, и платить ей тоже нужно, верно?
— Но не из ваших же личных денег, — упёрся воспитанник. — Из приютских.
— В идеале да, однако государство всегда жадничает с финансированием, так что оплата работы в приюте тоже ложится на мои плечи.
— Как это? — удивился Бесо. — Лина Каро говорила, что все работники получают жалованье. Раньше им платили ведь, пока управляющий не сбежал.
— Мы переговорим об этом с линой Каро, — пообещала я. — Тогда работников приюта пиши отдельно, а работников трактира отдельно.
— Я напишу вместе, но буду считать отдельно. И цветами разными вписывать.
— Правильно, хорошая мысль, — я задумчиво потёрла лоб. — Ещё оставь колонку для премии. В неё просто будешь ставить плюсик, если мы посчитаем, что работник отличился.
— Каждый месяц нужно будет делать новый список? — спросила Динали.
— Да. Два разворота на тридцать дней. Ещё разворот на записи по премиям. Рядом с каждой моя подпись. Или подпись лины Каро, если мы сможем платить из денег приюта.
— Можно я в помощницы сестричек Эрику и Мису возьму? — у рыжей красавицы загорелись глаза. — Мы будем в разные смены работать, чтобы и у вас, и там.
— Можно, конечно. Ещё назначим ответственных за зимний сад, помощников на кухню в приюте, одного ответственного за чистоту, воспитателя для малышей, помощницу для Риль...
— Смены? Поставим по одному человеку как ответственных, а остальных будем гонять по сменам, — предложила Доминика, которая стояла у входа уже минут пять.
Дети обернулись и заулыбались.
— Я могу быть ответственным за чистоту, — предложил Бесо.
— Ты будешь ответственным за всех ответственных, — хихикнула Динали. — Всё равно везде свой нос суёшь.
— Что значит "нос суёшь"? — притворно возмутился помощник. — Я не из любопытства, я контролирую ситуацию!
— Да-да, только это моя работа, — ответила Каро. — Я за неё жалованье получаю. И кстати, думаю, мы сможем платить немного за работу в приюте. Нужно всё тщательно посчитать.
— Посчитаем, — кивнула я. — Как раз хотела заняться сведением доходов и расходов.
Я выдала Каро пустую тетрадь, и мы уселись прямо на пол — считать, писать и размышлять. Работали почти до самой ночи. Заходила Эрика, принесла еды, а мы продолжили считать. Но около полуночи мы с Доминикой выгнали детей, выпили по рюмке той самой наливки и тоже разошлись. Завтра новый день. И кто знает, какие приключения он нам принесёт?
📖 Автор : Ирина Риман и Мишель Лафф
Следующую главу читайте 28.04.23
Ждем ваших лайков и комментариев.
Следите за новинками, подписывайтесь на канал
Читайте с удовольствием на Букривер