Только сейчас Тома поняла, в чём была странность, царапнувшая с первой секунды — глаза одноклассницы были пустые. Неправильно пустые, как у дорогой и очень качественной куклы. Почти как настоящие. И этими глазами Ирка безучастно смотрела, как Тома отрывает пятки от линолеума, приближаясь к единственному в комнате стулу — как раз возле изголовья кровати. Врачи всего несколько минут назад убрали оттуда оранжевый чемоданчик и заявили, что всё с девушкой в порядке, но поверить в их заключение было прямо-таки невозможно. Куда они смотрели вообще?!
Но в остальном лицо и руки поверх одеяла смотрелись… более-менее. Бледноватая кожа и в целом вид исхудавший, но румянец на щеках появился — организм явно оживал. В каком-то смысле, но не во всех.
Ирка разомкнула пухлые губы и ровно произнесла:
— Привет.
— Я сяду? — Тома указала на стул.
Ирка не ответила, но и не возразила, когда Тома осторожно устроилась на край сиденья.
— Где Катя? — человеческая речь в её исполнении звучала так, словно Ирка механически воспроизводила непонятную ей какофонию.
— Уехала. Пока только я пришла тебя проведать, — ощущение от этого недоразговора было не из приятных, так что Тома не стала лишний раз распространяться про Катькину поездку на дачу.
— Хорошо. Мне нужны люди.
— Ты о ком конкретно сейчас? — осторожно уточнила Тома.
— Ты и Катя. Нужны.
Тому передёрнуло — прямо бездушный робот. Жесть.
— Ну, я здесь, — Тома старалась не смотреть ей в лицо и остановилась где-то на подбородке, но даже голос вымораживал. И вдруг она преувеличенно обрадовалась. — Может, позвонить Соне? Прикинь, она же не в курсе, что ты вернулась! Вот обрадуется!
— Нет. Соня не нужна. Когда придёт Катя?
— С каких пор вы с Катей подружки? — Тома забеспокоилась. Не сильно, но всё же.
— Катя мой друг, — упрямо выдала Ирка. Ну хоть какая-то эмоция.
Не дружи с этой девочкой (начало, назад)
— А Соня больше не друг? Вы же с первого класса дружите!
В дверь постучали и в комнату снова заглянула вспотевшая от волнения хозяйка.
— Хотите чай? Врачи сказали, Ирочке надо пить много жидкости, — она сунулась с двумя огромными дымящимися кружками, нерешительно водрузила их на свободное место на столе и вытерла руки о фартук.
— Мам, иди уже.
— А что насчёт Сони? Хорошая же идея? Позвонишь ей?
— Ма-а-ам!
Хозяйка ушла.
— А чего ты против Сони? Она что-то сделала? — Тома покосилась на кружку, но пить не стала.
— Ты останешься? Мне страшно, — Ирка лихорадочно впилась в неё взглядом. Отрешённость как ветром сдуло.
— Могу посидеть, да. Мама поздно приходит с работы, а я могу и здесь позаниматься, — Тома приподняла плечо, на котором висел её рюкзак.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
— Не уходи.
— То есть… На ночёвку? — Тома прикусила губу. Караулить сутками она изначально не собиралась, но что сказал Никита? Лично отвечаешь? Похоже, без вариантов.
— Да.
— Ирк, а куда я лягу?
Ирка указала на кресло возле шкафа.
— Оно раскладывается.
— Хорошо.
Ирка заметно успокоилась, схватила кружку и принялась пить быстрыми глотками, а потом поставила обратно пустой.
— Мама не будет лезть и мешать. Папа тоже. Я им сказала.
— Что сказала? А полиция? Тебя не будут допрашивать?
— Нет. Потом. Сколько меня не было?
— Да пару дней всего.
— Я ничего не помню, — понизив голос до шёпота, сообщила Ирка.
— Вообще? А как вернулась?
— Тоже. Вы с Катей привели меня?
— Строго говоря, ты сама себя привела. Мы в подъезде столкнулись.
— Я боюсь оставаться одна.
— Ну я же обещала, что останусь, только маму предупрежу.
— Когда я хочу заснуть… то вижу всякое. Страшное.
Тома подавила всплывшее видение обезумевшей Ирки на четвереньках.
— Насколько страшное?
— Совсем. Кажется, я бегу за кем-то… и я голодная.
— Попросить твою маму приготовить что-то? — Тома поёрзала на стуле.
Ирка ела без остановки — Тома никогда ещё не видала, чтобы столько всего влезло в худого человека. Мать притащила суп, кашу с котлетами и кучу бутербродов с колбасой и сыром, но Ирка по-прежнему просила ещё. Позже пришёл отец и заглянул к ним, похлопал по силуэту коленей под одеялом и немного всплакнул украдкой. Соня тоже прибежала, но Ирка наотрез отказалась её пускать.
— Так что с Соней не так? Признаешься?
— По-моему, там во сне я делаю с ней что-то нехорошее, — Ирка недовольно отодвинула осиротевшую тарелку. — С мамой и папой тоже. Потому ты нужна. И Катя.
— С чего вдруг я помешаю?
— Они тебя боятся.
— Кто?
— Они, — Ирка мотнула затылком, намекая на присутствие кого-то невидимого в комнате.
— Издеваешься? Здесь никого нет.
Зрелище висящих летучих мышей опалило память.
— Есть. Вон там, — Ирка ткнула указательным пальцем в дальний угол, — и там. Их полно. Они тоже голодные. Но я сильнее.