- Ты бы не улыбалась так явно, - Ваня сунул папиросу в рот.
- С чего это?
- Родители скоропостижно померли, а ты радуешься, - зажег спичку и поднес к лицу. – Странно выглядишь.
- Ничего странного, - осуждающий взгляд мертвой хваткой вцепился в Ивана. – Я что, по-твоему, должна плакать по каждому поводу?
Глава 1
Предыдущая глава
Глава 20
Анна лежала на кровати, уставившись в потолок, и думала, что будет с ее дочерью, когда самой Анны не станет? Можно было б отдать ее родне, но все родственники (и даже те, которые являются дальними) отвернулись от Ани из-за ее дурного поступка. Никто не захочет общаться с той, которая посмела увести кормильца из многодетной семьи. Подумать только, связалась с отцом собственного мужа! Анна продолжала лежать, вспоминая тот ужас, который пришлось им пережить. Митю забрасывали камнями, а ее, будучи беременной, свекровь и ее две дочки таскали за волосы и били прутом. И как удалось доносить Таню, если бабы попадали по животу и не жалели будущее дитя? Загадка.
- Только бы дожить до ее совершеннолетия, - и два прозрачных ручейка потекли по пульсирующим вискам.
Не дожила. Не смогла справиться с уходом любимого мужа и утешить плачущее сердце. Упав рядом с дочерью, когда та крутилась перед зеркалом и рассматривала новое платье, купленное на свадьбу, Анна за секунды испустила дух и оставила единственную дочь сиротой.
- Ох горюшко горькое, - Фрося держала в мягких объятиях Таню и гладила ее по голове. – И что ж теперь будет-то, а?
После похорон, Фрося привела Татьяну в свой дом, чтобы та не ночевала в пустой избе.
- А где ж ваши родственники? Может быть к себе взяли бы? Надо бы им весточку послать.
- Не надо. – Таня подняла напуганный взгляд на Фросю. – Я никуда не поеду. Здесь мой дом, друзья…
- Тоже верно. Вот только тебе семнадцать…
- И что? Я уже взрослая, могу жить одна.
Таня говорила живо, без слез и истерик. Она не убивалась по умершей матери, всплакнула на ее могиле для вида, и хватит. Да, не смеется, не веселится, но и не рыдает в три ручья.
- Нет, девочка моя, - поцеловав в лоб девушку, Ефросинья перевела заботливый взгляд на племянника.
Тот как будто прочел ее мысли. Встал подошел к Тане и предложил расписаться, хоть завтра. Естественно Таня согласилась. Кому охота попасть в детский дом, даже если придется там жить всего год? Лучше уж побыстрее стать женой и быть абсолютно независимой, как взрослая женщина. Правда, значение слова «независимость» Таня понимала по-своему. Ей казалось, что полная свобода наступает тогда, когда стукнет восемнадцать лет или у тебя появляется муж и исчезает родительская опека. Теперь ты сам себе хозяин, и можешь делать все, что взбредет в твою «сумасшедшую» голову.
В чем причина такой бешенной необходимости в женитьбе – пояснять не пришлось. В сельсовете догадались и приняли заявление. Моментально расписали молодых, поздравили и принесли соболезнования Тане. Выходя из домика, где располагалась администрация колхоза, Таня подняла голову и громко вдохнула.
- А вот теперь заживе-ом, - счастливым голосом произнесла она и одарила мужа загадочным взором.
- Ты бы не улыбалась так явно, - Ваня сунул папиросу в рот.
- С чего это?
- Родители скоропостижно померли, а ты радуешься, - зажег спичку и поднес к лицу. – Странно выглядишь.
- Ничего странного, - осуждающий взгляд мертвой хваткой вцепился в Ивана. – Я что, по-твоему, должна плакать по каждому поводу?
- Не должна, но это же родители… - затянувшись, Иван опустил руки по швам.
- И? Я не из тех, кто рыдает по мертвым. Радоваться надо, мы-то живы.
- Ох Танька, нет в тебе ни капли сочувствия. Да какое там сочувствие? Совести у тебя нет, - шагнув по скрипучему снегу, Ваня подумал, что через год они точно разведутся.
Сделал жест доброй воли, чтобы она не попала к чужим людям, и достаточно. Отмечать радостное событие не стали. Надо выдержать траур по покойным, да и традиции нарушать нельзя. Навестив тетку, Иван предупредил, что с завтрашнего дня все вещи и скотина будут перевезены в его дом.
- Но я не хочу жить в твоем пустом доме, - возмутилась Таня, прижимаясь к пухлому телу Фроси. – Я здесь хочу, рядом с тетушкой. Она мне мать заменит.
- Девонька, да у нас лишней кровати поставить некуда, - Фрося начала оправдываться. – Ты заходи к нам, а ночевать топай к мужу. Тем более, столько голов в сарайку не поместишь. У твоего отца две коровы, гуси, кролики и свинки. Куда ж мы все это добро поселим? Разделить с Иваном – разделим, чтобы не бегать за реку, в такую даль, а в нашем дворе всех не упакуешь.
Неприятно стало Татьяне. Нахмурившись, она отстранилась от бабушки и сгорбилась.
- Теперь ты под мужем, - продолжила свою песню Фрося. – Муж – всему голова.
- Чего? – щеки девушки побледнели.
- Муж, говорю, главный. Учись, девка. С сегодняшнего дня в подчинении у Ивана будешь. Он теперь тебе вместо матери и отца.
Вытаращив черные глазенки, Таня обомлела. Здрасте-приехали! Главенствовать? Над Таней? Ага, сейчас, никто ей командовать не будет! Не для того родилась, чтобы ею всю жизнь управляли! (А смысл Фросиных слов она так и не поняла…)
Глава 21
Спасибо за ваши лайки и комментарии.