Добрый вечер, золотые мои! Сегодня весь день мне не дает покоя одна мысль: почему в середине 1980-х мы так быстро сдулись?
Ведь по сути, та же Перестройка (уважительно напишу, хотя чтоб ее!) была началом тридцатилетнего конца. Хотели возвести фундамент под футуристическую башню Татлина. А вышла-то оптимистическая трагедЬ! Отвлекли наше внимание и - растащили по кирпичику.
Когда я приступала писать повесть "Дети Перестройки", я чувствовала ту эпоху совсем иначе: я была юной, дерзкой, смелой (донельзя) и радовалась (удивление зашкаливает!), что на нашу долю, на долю моего поколения, выпала такая честь - стать пионерами, строителями новой реальности.
Сегодня, в век, когда искусственный интеллект намерен подчинить себе человечество, словосочетание "новая реальность" наполнено для меня несколько иным смыслом - ничего позитивного я в нем не нахожу. А вот негатива - сколько угодно! Как в компьютерной игре. Или симуляции. Хочется проснуться завтра, а на дворе какой-нибудь махровый, абсолютно не прогрессивный год. Скажем, 1979-й. Мне 12 лет. Я наивная дура. Сижу с книжкой на качелях. Бабушка печет пироги. Мама музицирует. Сестра Катерина, протиснувшись в дырку в заборе детского сада, самостоятельно шурует по пыльной дороге домой. И слава социалистическому труду, что на середине пути ее встречает отец. Что примечательно - без ремня.
Ладно! С 1970-ми я перегнула, каюсь! Это было бы слишком нормально для нынешнего "ненормального" времени! Берем начало 1980-х. Хорошего мало. На периферии - талоны. Жрать, пардон, нечего. В очередях за колбасой меняют талоны на водку на талоны на сахар. Но все еще верится, что жить будем при коммунизме, как завещал великий Ленин.
Скоро окончание школы, а затем - московский институт. Ностальгии нет. Но есть вера в то, что по распределению в тундру не пошлют. (Холод не люблю).
Перестройка начинается словно торнадо! Умом понимаешь, что больше не надо слушать "вражеские голоса", потому что мы теперь живем среди друзей. Те, против кого раньше на каждой двери институтской общаги висел политический плакат, теперь нам - по новому уставу! - братья навек!
Еще танки не ходят по Москве. Мы еще не вкусили досыта окорочков и не наелись всевозможных свобод, но в Европу уже прорублено не просто окно: мы вышибли в нее дверь! И застряли в ней, потому что не соблюдали строгую очередность, к которой нас приучили Советы.
Магазины к началу "новой эры" уже завалены импортным шмотьем. Кто-то уже успел где-нибудь побывать и рассказывает о "прекрасном закордонье" как о чудесном острове в океане абсолютного профицита! Чего там, мама дорогая, только нет!
Предприятия оборонного комплекса начинают продавать с молотка. Градообразующие - если в российском городе (в любом) есть такие - идут следом за ними. В культуре начинается полный кабздец, потому что ненормативной лексики и голых тел вываливается из нее столько, сколько не слышала ни одна совдеповская пивнушка и ни один банно-прачечный комбинат. Мы постепенно быдлеем и чувствуем себя почти европейцами. Ключевое - "почти".
Работать становится негде, но первый кризис 1990-х еще не ударил нас по башке, поэтому мы оптимистично настроены и полны сил. Хотя той страны, за которую мы так привыкли гордиться, уже давно нет - мы спустили ее с молотка. Нас, как папуасов, купили за консервную банку.
Это была не диверсия вселенского масштаба, нет. Это был типичный воровской гоп-стоп.
Кто-то еще скучает по той "цивилизации", друзья? Кто-то еще не "наелся" ею?