Не так давно завершилась реставрация известной картины Вермеера, и теперь девушка, читающая письмо, здесь не одна, а вместе с пузатым Амуром. Не то чтобы об этом Амуре никто не знал, просто лет 40 считалось, что Вермеер сам его записал. Оказалось, что это сделали уже после его смерти, в XVIII веке.
История интересная, но не редкая. Слава Вильгельму Рентгену, мы уже давно можем заглядывать в нутро произведений искусства и по-новому открывать для себя хорошо знакомые вещи!
Кто бы что ни говорил, а с Амуром картина Вермеера выглядит более правдоподобно (голландцы терпеть не могли пустых стен) и целостно по содержанию. Бог любви здесь недвусмысленно намекает на содержание письма и вроде бы проясняет сюжет. Всё кажется понятным, и я бы даже не стала посвящать этой теме статью, если бы случайно не обнаружила здесь кое-что интересное.
Лук Амура опущен, а колчан брошен на землю. Его стрела любви уже пронзила сердце, вопрос – чьё. Лицо девушки не стало веселее с появлением пузатого соседа по картине. Она по-прежнему меланхолично читает своё письмо, не выражая никаких признаков восторга.
Если присмотреться, у ног Амура можно увидеть маску, а рукой он как будто закрывает занавес переднего плана (у Вермеера такие штуки всегда неслучайны). Маски сброшены, спектакль окончен, тайный поклонник явил себя возлюбленной, но, кажется, не слишком её осчастливил. Персики и яблоки на переднем плане имеют прямой подтекст эротики и искушения (тот самый запретный плод), тем более, что лежат они в беспорядке. Так что, предложение чего-то сомнительного в этом письме – вполне налицо.
А вот что это за нахальный поклонник, нам говорит сама маска.
Кажется, это атрибут одного из персонажей Комедии дель арте, а именно Панталоне. Красно-коричневая маска с большим носом, иногда с усами – типаж старого похотливого купца, охочего до юных красавиц, который своими кознями часто мешает истинной любви. По-моему, – недвусмысленный намек на автора письма.
Брак по расчёту без согласия невесты – не редкость для Нидерландов XVII века, так что, задумчивый взгляд юной особы получает в этой трактовке вполне осмысленную причину. Ей точно есть, о чем подумать. А с обновлением картины Вермеера, есть о чём подумать нам.