- Рассказ "Морена", глава 3
(ссылка на начало рассказа в конце текста)
***
Пожилой вахтер не сразу понял, о чем толкует Вася, и только спустя минуту, почувствовав неладное, вырвал из рук парня бумагу. Он не мог поверить своим глазам - листок был девственно чист.
"Но ведь..." - Коровина аж перекосило от гнева, лицо его вмиг окрасилось в багровый цвет.
- Вот это фокус... Но как такое возможно? Я же сам видел... - Он попытался собраться с мыслями. - Это что же получается, исчезающие чернила?! - И тут Петра Николаевича прорвало. - Да она же... А я... Ах, ты ж! - Он зарычал, задыхаясь от злобы. - И имя, небось, выдумала. Как я сразу-то не сообразил?! Она просто посмеялась надо мной.
Коровин схватил бутылку с остатками коньяка и стал пить прямо из горла. Васька впервые видел вахтера в таком состоянии. Выждав, пока тот отставит бутылку в сторону, осторожно поинтересовался:
- А что там было написано, не помните, Петр Николаевич? Вы вроде какую-то администрацию упоминали...
Прилично подогретый эликсиром, вахтер вдруг всхлипнул.
- Как это какую-то?! Я ясно видел - стоял штамп с надписью "АДМИНИСТРАЦИЯ". Я такие справки еще с периода службы в армии помню. - Обратив внимание на непонимающий взгляд и глупую улыбку Василия, он презрительно хмыкнул. - Да уж где тебе понимать эти штампы. Администрация президента. Так понятно?
От этих слов лицо Василия вытянулось от изумления.
- Президента? Вы хотите сказать...
- Да, именно. - Коровин продолжал разглядывать злополучный листок. - Ах, шельма... Развела меня, как кролика... Ну, попадись она мне еще разок на глаза! - Он угрожающе помахал кулаком, сотрясая воздух.
Видя переживания вахтера, Вася сообразил, что тот попал впросак, и решил поддержать старика:
- А может, она и правда фокусница? Или как это... гипнотизерша? Какая уж тут ваша вина? - Он замотал головой. - Нет, дядь Петь, вы ни при чем. Любой бы попался.
Коровин пристально взглянул на Васю и прищурился.
- Хм, а ты не так глуп, парень. - И, призадумавшись, стал расспрашивать. - Говоришь, она шастает сюда часто? И правда, с чего бы это? - И вдруг он, округлив глаза, тихо пробормотал: - А вдруг она - иностранный агент?!
Похвала вахтера воодушевила парня, и он стал размышлять вслух:
- А что агенту в больнице делать? И зачем ей наши больные? Нет, тут что-то другое. - Он стал усиленно стал чесать макушку. - А может, она из тех, кто охотится за одинокими стариками, чтобы отжать недвижимость?
Коровин не сводил с парня глаз. "А ведь дело говорит. Как я сам не догадался?"
Но Василий, поморщившись, сам отмел эту версию.
- Да нет, не похожа она на мошенницу, скорее уж на актрису. - Он перевел взгляд на бумагу в руке вахтера. Затем вытащил из кармана мобильный телефон. - Как, говорите, она назвалась? Марина Костлявая?
Коровин кивнул.
- Да как-то так... Или Марьяна... - Он стал покусывать нижнюю губу. - Но вот Костлявая точно.
Василий что-то сосредоточенно высматривал в телефоне, бормоча:
- А мы сейчас погуглим, может и найдем что...
Вахтер с недоумением уставился на парня и хмуро ответил:
- Чего ты там бормочешь такое? Не понял ни единого слова. Что там гулить? Это по голубиному, что ли? Ты совсем свихнулся, парень? Или коньяк тебя так развез?
Не удержавшись, Вася захохотал.
- Да я про интернет! - Он стал тыкать пальцами в телефон, приговаривая. - Марьяна... Костлявая. Вдруг что всплывет про эту красотку.
Заинтересовавшись, Петр Николаевич придвинулся к нему, заглядывая в гаджет через плечо верзилы. Василий вдруг охнул и побледнел.
- Что там? Что? Нашел? - Вахтер нетерпеливо заерзал на стуле.
- Дядь Петь, а эта... Она случайно не Мореной назвалась?
- Во, точно! - Радостно вскрикнул Коровин. - Так она и сказала, точно Морена! Ну ты молоток, Вася. - он похлопал парня по спине. - И что? Кто такая? Неужто известная актрисулька?
Василий поднял голову и посмотрел на вахтера.
- Мореной Костлявой называют смерть, дядь Петь.
- Чего-чего?! - мороз продрал кожу Петра Николаевича, а лицо его исказила гримаса ужаса. - Что это значит?! - Он замотал головой. - Такого быть не может. Это просто шутка, да?
Но Вася был другого мнения.
- Теперь понятно, чего она частит сюда. Я ведь сразу смекнул, что не может быть у нее в больнице столько родни или знакомых. - Дрожащими губами он повторял слова Морены: "Бойся своих желаний, Василий... Сегодня точно не твой день". - Теперь мне понятно, что она имела ввиду.
Петр Николаевич беззвучно открывал рот, не в силах произнести ни слова.
***
Поблескивая под яркими лучами солнца, черный автомобиль ехал по извилистой дороге. Чтобы скоротать время, Морена пыталась разговорить Ивана, но тот только кивал головой. Пришлось пустить в ход методы обольщения, но и тут мужчина лишь тяжело вздыхал, думая о чем-то своем. Это поразило Морену и даже разозлило. Еще никто не мог устоять перед ее чарами. Она сделала еще несколько безуспешных попыток, но мужчина не прореагировал. Не удержавшись, Морена спросила:
- Иван, у вас есть женщина? Любимая?
Она услышала тихий стон, вырвавшийся из глубины сердца. Значит, задела за больное.
- Люблю... Всю жизнь люблю. Ни на секунду не переставал любить.
Морена с сомнением покосилась на Ивана.
- И что с ней? Где эта ваша любимая?
И тут будто нарыв прорвало - Иван стал говорить. Слова, наполненные болью, лились водопадом.
- Анечка... Моя первая и единственная любовь, я дышал ею. Мы были так молоды и счастливы... Уже планировали свадьбу. Но мама... Моя мама... Она была категорически против нашего брака. Считала, что Аня из слишком простой семьи и не подходит нам. Я упирался - другая мне не нужна. Тогда мама стала уговаривать, чтобы я подождал года два. Поняв, что я настроен решительно и не хочу ждать, она решилась на крайние меры - пошла военкомат и настояла, чтобы меня призвали в армию. Я ушел служить, а Анечка осталась ждать. Она обещала, и я не сомневался. - Матвеев закрыл лицо руками. - Но почему-то она не отвечала ни на одно мое письмо. Я ничего не понимал, продолжал писать каждый день, но все впустую.
Иван остановился, тяжело дыша. Слова давались ему с трудом, поэтому он решил немного набраться сил, а затем продолжил:
- Я с трепетом отсчитывал каждый день в армии, а когда отслужил и вернулся в город, то, конечно, в первую очередь хотел увидеться с Аней. Но меня ждало большое разочарование. Дверь мне открыли совершенно незнакомые люди и сказали, что больше года назад купили эту квартиру, а прежних хозяевах ничего не знают. Потерянный я побрел домой. От мамы узнал, что Анечка моя вышла замуж и уехала в другой город, а ее родители, наверное, последовали за ней. Мама подробностей не знала. Это был удар для меня. Я тогда чуть не умер - не ел, не пил. Стал таять на глазах, попал в больницу. Кое-как врачи выходили, но я все равно был опустошен и подавлен, не хотел жить.
- А потом? - спросила заинтригованная Морена. - Что было дальше?
Матвеев смотрел перед собой невидящими глазами. По лицу его струились слезы.
- Ничего... Дальше все происходило будто не со мной. - Ком в горле мешал Ивану говорить. - Наверное, я умер уже тогда, когда потерял Аню...
Морена сбавила газ и внимательно посмотрела на Матвеева.
- И вы так и не женились на другой?
Мужчина вздохнул и стыдливо отвел взгляд.
- Женился, на дочери маминой приятельницы. Тамара уже была разведена и старше меня на пять лет. Она работала бухгалтером и зарабатывала в два раза больше меня. Брак распался через полгода, но я был этому даже рад. На женщин я больше не смотрел. Как я мог, если мне Аня снится до сих пор по ночам. Так и жили вдвоем с мамой, - Иван снова опустил голову и заговорил еще тише, - но несколько лет назад матушка умерла, и я остался один. Совсем один в большой трехкомнатной квартире.
Морена слушала и чувствовала, как тяжело давался Ивану рассказ. Но ему необходимо было излить душу. Эта личная драма убивала мужчину из года в год. Незаживающая рана переросла в неизлечимую тяжелейшую болезнь. Много лет помимо душевных страданий Иван испытывал и телесную незаживающую рану. Как же жестоко его наказала родная мать...
Мужчина уже замолчал, а Морена представляла как могла бы измениться его жизнь, если бы... Из размышлений ее выдернул голос Ивана:
- А я догадываюсь кто вы, Морена, - произнес он спокойно. - Вы ведь даже не спросили меня адрес...
Она молча кивнула и отвернулась, чтобы он не видел навернувшихся на глаза слез. Ей и самой было больно. Возможно, даже впервые она так сочувствовала человеку.
Матвеев вздохнул, будто с облегчением, и тихо поинтересовался:
- Значит, сегодня?
- Да.
- Это даже, наверное, хорошо. Только об одном жалею... - Иван запнулся, заметив, как Морена бросила взгляд на завибрировавший гаджет и, резко развернувшись на перекрестке, поехала в противоположную сторону. - Я так понимаю, мы не домой едем.
Морена молчала. Она и без слов читала мысли Матвеева и знала, чего он желал больше жизни. Она знала даже больше.
Наконец, машина остановилась у одной из многоэтажек на окраине города. Не глядя на Ивана, Морена произнесла:
- Иди. Там ждут тебя. Второй этаж, квартира 47.
Мужчина с недоумением уставился на нее.
- Меня ждут? Но кто? - Он на мгновение запнулся. В глазах мелькнула догадка. - А я был уверен, что мы попадаем туда... - Он показал пальцем вверх.
- Иди, Иван. Ты сам все поймешь. Торопись.
Он послушно вышел из машины и вдруг почувствовал легкость во всем теле. Спина и ноги больше не болели, чувствовался какой-то невероятный прилив сил. Совсем как в молодости.
Иван вошел в подъезд, с легкостью преодолел ступени лестницы и подошел к двери нужной квартиры. Она оказалась приоткрыта, и Матвеев без сомнений ступил внутрь. В нос ударил любимый аромат вишневого пирога. Из глубины комнаты доносились голоса. Один из них - женский, показался до боли знакомым.
***
Продолжение
Начало
Предыдущая глава