Бред развивался незаметно для окружающих.
Офицер долгое время служил в одной из секретных спецслужб. Манию преследования он ловко подгонял под меняющиеся обстоятельства жизни. Развод с молодой женой-моделью, продажа квартиры в центре города, затяжной конфликт с родственниками жены и таинственное исчезновение любимого мопса бывшей супруги. Повсюду активным действующим лицом был сам офицер, но мастерски создавал иллюзию того, что он является жертвой заговора.
Весной заболевание обострилось. Квартиру он продал и переехал в гостиницу. Обналичил крупную сумму денег и носил ее с собой. Считал, что все банковские операции прозрачны для тех, кто за ним охотится. Оружие носил в кобуре. Часто менял внешность, как его учили, петлял по городу. Заходил в привокзальные туалеты, переодевался, приклеивал усы, снимал бороду, надевал очки, выходил другим человеком. Менял симки на телефоне, пользовался дешевым кнопочным, чтобы не отследили. При этом ожидал агентов чужой разведки, киллеров, которые должны привести приговор в исполнение.
На беспокойные телефонные звонки бывшей супруги отвечал коротко: "Они слишком много болтают". Кого он имел в виду, женщина не знала. Предполагала, что офицер имеет в виду ее родителей. Или мопса, которого хозяйка нашла на улице бездыханным. Мопс был отравлен. Если бывшим мужем, тогда слова "слишком много болтает" были адресованы и ее любимому псу.
Кризис случился ночью.
Около одного из дорогих ресторанов офицер вытащил пистолет и выстрелил в мужчин, выходящих из машины. Двоих ранил, одного убил.
Когда его задержали он вел себя странно. Не верил, что мог кого-то ранить, а тем более убить из сувенирной зажигалки в форме пистолета.
- Я убил? Ну что вы...Одни слова...Где доказательства? Вы слишком много болтаете.
Клялся, что нет у него никакого оружия, что он мирный человек, пенсионер, нес деньги в банк, а тут на него напали ряженные в форме. Отрицал факт стрельбы. Просил привести его на место преступления, потом в морг, чтобы убедиться, что его разыгрывают.
- Нет тела, нет и дела. Пока не увижу труп, ничего не скажу.
Его повезли в морг и показали тело. Офицер тихо усмехнулся.
- Вы меня за идиота считаете? Этого человека не знаю. Вижу первый раз.
Вскрылось позже, что больной считал всех полицейских переодетыми агентами вражеских спецслужб.
Его поместили в больницу, и там он считал, что люди в белых халатах - вовсе не врачи, а переодетые агенты. Бред его отличался от обычных шизофренически проявлений тем, что для бывшего секр-сот(а) теория и практика заговора вражеских служб была привычной работой. В ней он, как говорится, был и "царь и бог". Поэтому вычленить патологию из общей картины мира у этого пациента было крайне сложно. Он умел молчать и таиться. Единственное, что он охотно повторял врачам, была одна фраза: "Они слишком много болтают". Кого он имел в виду, оставалось загадкой.
Офицера признали невменяемым, но сторона обвинения не согласилась с вердиктом суда. Дело отправили на повторное рассмотрение, а подсудимый снова оказался в следственном изоляторе в специальной камере психиатрического типа. С ним находились двое похожих заключенных. Он хитро поглядывал на них, следил за их действиями и потом говорил адвокату: "Они слишком много болтают".